Замерла.
Приблизился, присел на корточки рядом со мной. Взял за руки.
— Пожалуйста, милая моя, не спорь со мной.
— Но ты неправ! — обижено запищала я.
— Пусть, пусть неправ, но, молю, не спорь, — устало склонил голову мне на колени. — Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?
Немного помолчала, пережевав свою злость…
— Ноги иногда болят, кости крутит, а так по-прежнему.
— Странно.
— Что?
— Давно уже должна была пойти быстрая реакция.
— Что это значит? — нервно сглотнула. Вот только мне таких фраз не хватало!
— То, что если сейчас затишье, то все может резко выплеснуться. Взорваться. И тогда будет немного больно…
— Ясно…
Вдруг лифт предательски дрогнул.
Поехали…
Нехотя оторвался.
Глаза в глаза. Застыл, застыл на мгновение, а затем вдруг резко приблизился…
Сладкий, робкий поцелуй в губы.
— Люблю тебя…
Тут же отстранился, выровнялся, сделав вид, что меня и вовсе не знает…
А я, а я все еще сидела в своем, бессознательно-сладком дурмане…
Двери раскрылись — Матуа выскочил наружу и спешно пошел на выход
Я, лишь спустя минуту, наконец-то проглотив, поборов наваждение чувств, попыталась выкатиться наружу.
Несмело проехалась к стеклянным дверям…
Отыскала взглядом…
Сидел уже в своем автомобиле, припаркованном на обочина как раз напротив выхода.
Уложил руки на руль, а сверху — умостился подбородочком…
Заметил…
Улыбнулся…
Двадцать, тридцать метров расстояния…
Шум, гам, чужие судьбы между нами…
Время, место, события…
… что только не пытается нас разделить.
Но все равно! Все равно вместе! ВМЕСТЕ! Хоть… и не рядом…
Уже, УЖЕ скучаю…
Уже, еще даже не выпустив из виду…
Люблю…
Люблю!
ЛЮБЛЮ!
— Ах, вот ты где! — послышался голос Лили, — Дорогуша, ты опаздываешь на прием к врачу.
— Прости, — отдернулась взглядом от Луи, повернулась. Пристыжено улыбнулась.
— Ой, подруга, а на что ты там всматривалась?
И издевательски выглянула на улицу, ища "зацепки".
Я испуганно обернулась.
Но нет, нет…
Его автомобиля уже не было. Не было моего Матуа.
— Так, смотрела, что там… в жизни мирской творится…. - глупо соврала я.
Глава Тридцатая
(Луи)
— Здравствуй, Батист.
— Добрый вечер. Неожиданный, скажу Вам, визит.
Короткая, фальшивая улыбка навстречу.
— Я по делу.
— Ни капли не сомневался, мой старый друг. Ар де Ивуар не ходит по гостям без весомой на то причины.
— Ты сегодня должен лететь в Италию. Появились некоторые материалы по Личару. Да и Виттории сейчас нужен.
— Я… не могу.
Сегодня, сегодня… Завтра мне нужно быть у моей Марии. Какая еще Италия?!
Короткое надменное движение головой. Неспешно прошелся вглубь комнаты.
Резкий разворот.
— Я ослышался?
Немного замялся. Но ответ очевиден…
— Нет. Я готов вылететь послезавтра ночью.
Затяжное молчание. С вызовом уставился в глаза.
— Это всё из-за нее?
Удивленно вздернул бровью.
— Из-за кого? — попытка лгать.
— Из-за той калеки в больнице? Мария… Бронс? Верно?
Нервно отвел взгляд в сторону.
Отвернулся.
— И много еще знают?
— Дорогой мой мальчик, если знает де Голь, знают все.
— Я осторожен.
— Не сомневаюсь. Не сомневаюсь, что ты думаешь, что действуешь осторожно и правильно. Но ответь мне сейчас, только правдиво.
Разворот. Глаза в глаза.
— Ты же понимаешь, что как только все закончится, ты ее бросишь? Навсегда. Без права увидеть повторно. Даже невзначай. Иначе ей не жить.
— Понимаю.
— Ты на это пойдешь?
Нервно рассмеялся. Невольно потер лицо руками.
— А разве у меня есть выбор?
— Ты не ответил.
— Я сделаю все, чтобы больше с ней не встречаться. Доволен?
— Нет. Дай мне слово, что она исчезнет из твоей жизни навсегда, как и ты — из ее.
— А иначе?
— Неужели ты думаешь, что Виттория заступиться за тебя? Пойдет против всего Ордена? В конце концов, против самой Искьи?
— Я не настолько глуп, чтобы рассчитывать на чью-то помощь. Никогда не просил за себя, и не стану.
— Молю, не повторяй ошибки прошлого. Никто еще из Поверенных не был счастлив от своего глупого решения пойти против обета. Ни Федерико, ни Сиера, ни Леон, ни Маркус, ни Жоржия, ни Квель. Никто. И об этом нынче свидетельствует их прах. Помни, мальчик. Я желаю тебе лишь добро.