Она провела маленькими руками по моей груди и поднялась на колени, глядя на мой налитый член, такой большой, что она едва могла двигаться на нём. Готов поспорить, что прямо сейчас она сожалела о том, что изменила меня. Я не стану ей помогать. Если кто и мог принять мой член, так это Синтия. Я посмотрел туда, где наши тела соединены, и её жадное тело доило мой член, пока он не заболел.
— Посмотри, какая ты тугая и порочная. Кончи со мной. Я хочу видеть, как ты трахаешь меня, милая. — Она посмотрела на меня, и в синих глазах пылала ярость и гнев. — Ты злишься? Хорошо, выплесни гнев на мой член, женщина. Только это тебе и остаётся.
Я едва сдержал стон, когда она упёрлась ногами в кровать и встала, сжимая каждый дюйм члена внутренними мышцами, соскальзывая с меня. Звуки секса разносились по всей комнате. Я закинул руки за голову, смотря на покрасневшее лоно. Я ждал, что Син встанет и уйдёт, но нет, она резко опустилась вниз, принимая каждый дюйм моего члена, а затем снова и снова, пока я не взорвался. Через секунду, запрокинув голову, Синтия закричала от освобождения, и магия заполнила комнату. Я двинулся, перекатывая её на кровать, продлевая оргазм как можно дольше. Я сильно и быстро толкался в неё, пока Син не захныкала, пытаясь убежать, но мы оба кончили, полностью истощённые и задыхающиеся.
— Женщина, ты меня портишь, — усмехнулся я в её упругую грудь, покусывая сначала одну, а потом другую, когда Син запрокинула голову. Я качнул бёдрами, и Син покачала головой, не желая принимать монстра, которого сама и создала. — Устала? Чертовски плохо, малышка. Я всё ещё твёрд и не закончил с тобой.
Шли часы, а я продолжал трахать Син, пока мы не пресытился, и даже тогда я не хотел покидать её тело. Я чувствовал себя чудовищем из-за ненасытного желания трахнуть Синтию и заявить на неё свои права самым примитивным способом. Я хотел, чтобы её лоно было наполнено, а тело пропиталось моей спермой, чтобы в ней рос мой ребёнок. Я изо всех сил старался не отпустить внутреннюю власть. Я мог бы оплодотворить Син по щелчку пальцев.
Как только война закончится, она подарит мне ещё детей, и мы будем жить в мире, пока я буду смотреть, как округляется Синтия.
Чёрт, я хотел эту женщину и такую жизнь, но мне нужно, чтобы Син очнулась. Мне нужен её внутренний воин, но розовые очки мешали. У меня не было ни времени, ни терпения ждать, пока она возьмёт то, что принадлежит ей по праву. Она до сих пор мне не ровня. Я заставлю её принять силу, потому что этот мир зависит от нас обоих.
— Райдер, давай спать, — хрипло произнесла она.
Я резко улыбнулся, отстраняясь. Я наколдовал на Синтии ночную рубашку, а на себе — простую одежду, полностью осознавая, что за мной из тени наблюдают. Я повернулся и вышел, чтобы присоединиться к Заруку, который ждал меня в коридоре. Мы не говорили, пока не вышли из крепости и не оказались рядом с Прудами, вдали от моей жены и тех, кого она впустила в дом.
— Она была там? — спросил Зарук, сжимая в ладони клинки и глядя мне в лицо.
— Синтия заключила с ней сделку. Какую именно, понятия не имею.
— Синтия предала нас? — хмуро спросил Зарук, недовольный таким выбором.
— Она изменила меня, и да, предала меня. Я не знаю, что она задумала и что сделала. Не хочу, чтобы она поняла, что мы в курсе её секретов. Она любит нас и хочет, чтобы мы были в безопасности, но боюсь, что другой, бог или богиня, возможно, играет на этих эмоциях, подбираясь к ней. Я бы предпочёл быть уверенным в её суждениях, прежде чем предположить, что она со злым умыслом совершила измену. Детей перевезли и предупредили Лиама о наших опасениях?
— Да, они спрятаны там, где их никто не найдёт.
— Если мы идём на это, хочу, чтобы повсюду стояла охрана. Нельзя, чтобы она узнала всё раньше времени.
— Может, если ты достаточно разозлишь Син, она возьмёт у Царства Фейри силы, которые так нужны, чтобы закончить войну. — Зарук пристально изучал меня сапфировыми глазами.
— Я сказал, что мы отдали приказ убивать фейри, а она отправилась в мир людей. Синтия даже не зачесалась, чтобы защитить от меня народ Фейри. Она побежала обратно к Олдену и Гильдии. Не знаю, что с ней делать, кроме как загнать обратно в башню и вести эту войну самостоятельно.
— Она привела существ в наш дом. Синтия отказывается быть частью этого мира, шагая из одного в другой. Её нужно заставить выбрать сторону, Райдер. Человеческий мир больше не хочет её. Она не нужна ему. Царство Фейри зовёт её единственным возможным способом, заливая кровью земли. Та боль, которую она сейчас чувствует, исчезнет в момент, когда Син, наконец, примет этот мир как свой дом и перестанет цепляться за тот, который отказывается её отпускать.