— Спасибо, Кип, — выразила признательность другу Тори.
— Нет проблем, Тори, — он радужно ей улыбнулся.
— Кип, ты знаком с моей семьей?
— С твоим отцом, — он кивнул Питеру.
— Это моя мама, Синди, и мой брат, Бретт. Бретт, мама, это Кип, он будет готовить вам еду. Его дядя — личный повар тети Кэсси и дяди Уильяма, — когда Синди встала, желая поприветствовать заботящегося о них человека, повар успокоил ее.
— Пожалуйста, мадам Чемберлен, садитесь. Это действительно большая честь готовить для вас, и будьте уверены, я лично дважды проверяю все ваши блюда. Если есть что-то особенное, что бы вы хотели, я попытаюсь сделать это для вас, — кивнув, он вышел из комнаты.
Питер перевел взгляд с Виктории на Лукаса.
— Что он имеет в виду? Это уже второй раз, когда он так говорит, о проверке нашей еды?
— Давайте сначала поедим, — сказал ему Лукас. — Тогда поговорим, — кивнув, Питер подошел к тарелкам и увидел, что Бретт первым снял крышки.
— Да! — мальчик схватил тарелку с наггетсами и уселся рядом с матерью.
— Помни, что я говорила, Бретт, — предостерегла его сестра.
— Обязательно, — отмахнулся он, быстро съедая один наггетс.
Покачав головой, Питер посмотрел на оставшиеся тарелки. В двух был более густой суп, чем они ели, в двух других было то, что казалось стейками.
— Это называется зебу. Хотите попробовать? — спросил Лукас.
— Зебу? — удивился Питер.
— Это очень похоже на говядину, папа, — Тори подошла к ним. — Тебе удалось все уладить? Нет тошноты?
— Нет. Синди?
— Нет, мне было плохо только один раз.
— Тогда я не вижу проблемы, просто не торопитесь, но вам все равно нужен суп, он обогащен дополнительными питательными веществами, которые нужны вашему телу, — когда разделили зебу, Виктория с Лукасом устроились на другой кушетке. Они ели в уютной тишине. Виктория жевала, внимательно наблюдая за родными.
— Ешь, — сказал ей Лукас, постучав по тарелке.
— Я ем, — отмахнулась она.
— Недостаточно. Ешь больше! — приказал он.
— Я в порядке, — Тори добавила нотку недовольства.
— Виктория Линн! — не успокаивался мужчина.
— Тори, послушай Лукаса и ешь, — сказал ей Питер.
— Эй, подождите минутку, двое на одного — это нечестно! — она улыбнулась отцу, потом более очаровательно спутнику жизни. Ей нравилось, когда значимые в ее жизни мужчины, дразнили ее.
* * *
Все тарелки достаточно быстро опустели, трапеза не заняла много времени. Отставал от всех только Бретт, но у него была тройная порция. Тори собрала все тарелки на поднос.
— Тори, что имел в виду Кип? — Питера мучил этот вопрос.
Вздохнув, девушка прошла к центру связи и взяла портативную клавиатуру, а Лукас после ее молчаливой просьбы взглядом начал объяснение.
— Виктория и Кэсси были на «Возмездии» уже три недели, когда Тори отравили.
— Что?! — Синди испуганно вскрикнула.
Тори молча вернулась к своему мужчине и, сев рядом с ним, обняла его.
— Старший лейтенант Делондра Фалько. Она была главным навигатором «Возмездия» под командованием адмирала Зафара. У нее было расстройство привязанности, и она зациклилась на моем отце. Когда он и Кэсси сблизились, — он сделал паузу и посмотрел на Бретта. — Она сошла с ума. Эта женщина попыталась отравить Кэсси, по стечению обстоятельств Виктория съела предназначенную тете еду.
— Я ела куриные наггетсы, — Тори смотрела на своих родителей. — На тарелке тети Кэсси стояла миска того, что я приняла за соус, — она видела, как родители кивнули, вспоминая, как она любила соусы. — Я взяла его, окунула в него наггетс и почти сразу выплюнула, но этого было достаточно, чтобы через пятнадцать минут мне стало плохо. Это все, что я помню.
— Лукас, — подтолкнул Питер.
— Папа вошел, когда Кэсси пыталась поднять Викторию с пола. Он сразу понял, что случилось что-то серьезное, и поспешил к врачу. Блайант обнаружил, что ее отравили ксиприном, — видя их непонимание, он уточнил. — Это очень сильный наркотик, смертельный даже в малых дозах. Соус был протестирован, доза в тысячу раз превышала смертельный предел.
— В тысячу, — Синди побледнела.
— Да. Блайант дал ей двойную дозу противоядия, но гарантии не было. Она была такой маленькой, что невозможно было определить, сколько она проглотила, — он крепче обнял возлюбленную и притянул ее ближе, когда вспоминал. — Прошло почти два дня, прежде чем она проснулась.
— Тетя Кэсси пела мне, — Виктория встретилась взглядом с матерью, и убедилась, что та все поняла. — Но она пела неправильно.