- Не отпускай.
И в этот вечер им не нужны были слова, чтобы понять друг друга.
*
Оксана Павловна устало потерла виски. Голова гудела после напряженного дня. Хотелось поскорее уйти домой. Если, конечно, можно назвать домом съемную квартиру. А может, вообще зря это все? Вот и коллеги ее не поняли... Как можно было добровольно променять свой кабинет на место главврача в провинциальной клинике? Просто курам на смех! Точнее, петухам, которые резко расправили хвосты и сейчас кичатся перед ней своими должностями. Но ведь и она свою не теряла. Просто на время сменила обстановку. Но ведь в высших кругах всегда так. Стоит сделать шаг назад, пусть даже временный, и все считают, что теперь они далеко впереди, и тебе их не догнать...
А сейчас она оказалась далеко позади. Ситуация в больнице дошла до критичной. Проверка еще толком не началась, но уже было выявлено кучу нарушений. Непонятные премии, списанный инструмент, внезапно поломанные и чудом воскресшие приборы... И все это упиралось в огромные суммы, которые канули в Лету...
Вельская выключила мобильный. Она делала это крайне редко. Но сейчас она устала от бесконечных звонков. Хотелось тишины и кофе. Но ее мысли прервал стук в дверь.
- Кирилл Евгеньевич? – удивилась главврач, увидев Красовского. – Я думала, вы уже давно ушли.
- Ушел и пришел снова. Заглянул, так сказать, на огонек. Разрешите? – Красовский вопросительно кивнул на стул.
- Разрешаю. Давно ли это вы стали разрешения просить? – Хмыкнула Вельская, садясь в кресло.
- Смотря у кого. – Уклончиво ответил Кирилл Евгеньевич и, меняя тему разговора, спросил: – Как ваши успехи? Удобное кресло?
- Весьма. Хотя я предпочитаю более уютную обстановку.
- Да, уж чего-чего, а уюта нам всем не хватает. – Притворно вздохнул Красовский. – Но если захотите, я могу вам с этим помочь.
- Вы о чем? – Оксана Павловна нахмурилась.
- Что в нашей работе создает уют? Правильно! – Кирилл Евгеньевич поднял указательный палец. – Чистая совесть. А что делает нашу совесть чистой?
- Умытые руки? – съехидничала женщина.
- Ну зачем так грубо? Я к вам со всей душой, а вы...
- Я еще даже не начинала. Продолжайте. – Потребовала Вельская.
- Так вот. Я предлагаю вам сотрудничество. С ваших киевских верхов не всегда видно, что происходит у нас тут, внизу.
- А вы мне глаза откроете? – прищурилась женщина.
- И глаза, и уши.
- С чего такая щедрость?
- А может, я многое осознал? Хочу ступить на правильный путь...
- Простите, конечно, но уж в это верится слабо. Учитывая последний год.
- Как говорится, кто старое помянет... Да, у нас с вами бывали разногласия. Но времена и нравы меняются.
Оксана Павловна, прищурившись и задумчиво покусывая дужку очков, смотрела на Красовского. Его мотивы были ей не понятны, равно как и его тактика. Во внезапно развившийся альтруизм верилось слабо. Кажется, Красовскому еще в детстве сделали прививку от этого недуга.
- У меня есть один план. – Кирилл Евгеньевич понял сомнения главврача. – Я готов его озвучить. А там уже вам решать, примете вы его или нет.
Оксана Павловна посмотрела Красовскому в глаза. Тот не отвел взгляда.
- Хорошо. Я готова вас выслушать. – Медленно произнесла она.
Свет в кабинете главврача не гас еще долго. Случайный поздний прохожий, глядя на единственное освещенное окно больницы, мог бы подумать, что там сейчас операция или тяжелый больной. И он был бы в какой-то степени прав, ведь сейчас тяжелым больным была сама больница.
====== Часть 13 ======
Тамара Михайловна, понурившись, щелкала ручкой. Сегодня медсестре, у которой обычно рот не закрывался, совсем не хотелось говорить. Да и особо не с кем. Мила в инфекционном еще, а Лолита все мечется по кабинетам. Загоняли девку совсем! Вот уперлись, что ее вина с этим отравлением, и все! А Ярослав Алексеевич! При одной мысли о нем у Тамары на глаза слезы навернулись. Такой человек хороший, всегда пошутит, улыбнется... И как же они теперь без него? А Наташеньку Андреевну как жалко...
Тамара уже вовсю хлюпала носом, когда к ней подошел посетитель.
- Вы не подскажете, где кабинет главврача? – спросил он смущенно, заметив состояние Тамары.
- По коридору прямо и направо... – Махнула рукой Тамара.
Поблагодарив, мужчина отошел, держа в руках какую-то бумажку. Тамара присмотрелась.
- Молодой человек, а справки у нас не главврач подписывает! – окликнула она посетителя.
- Да мне не справку. – Тот вернулся. – Тут другое...
Он протянул медсестре бумажку. Та присмотрелась. Справка как справка, печать, подпись.
- И что не так? – пожала она плечами, возвращая мужчине документ.
- Да вот... – Замялся посетитель. – Хотя нет. – Внезапно он передумал. – Я все же к главврачу пойду. Тут дело серьезное.
Тамара сердито фыркнула. Вот уж правильный какой! Чем она хуже главврача?! А может даже и лучше! Что главврач из своего кабинета видит? Ничего! А она, Тамара, все видит, все знает, все замечает!
Проводив мужчину недовольным взглядом, Тамара развернулась ... и завизжала не своим голосом, заставив всех посетителей в холле вздрогнуть:
- Ой мамочки! Чур меня, чур! Изыди, нечисть! – и перекрестилась, чуть не сбив со стола компьютер.
- Я, конечно, знал, что я не красавец, но чтобы настолько? Да и чистый вроде... – Засмеялся Ярослав, поняв, что Тамара приняла его за призрака. Неудивительно, учитывая, что в больницу сообщили о его якобы смерти.
Тамара икнула. Она не могла выговорить ни слова, все так же с ужасом таращась на Домбровского. Наконец тому надоело столь пристальное внимание и он, перегнувшись через стойку, дотянулся до Тамары и подергал ее за рукав:
- Тамара Михайловна, очнитесь!
Тамара попятилась, держась за сердце.
- А... А... Ж... Я... – Невнятно пробормотала она.
- Ну давайте ж уже поздороваемся нормально! – пожурил ее Ярик. – Заодно убедитесь, что я не растворюсь в воздухе.
Тамара на ватных ногах обошла стойку регистратуры и подошла к анестезиологу. То ли бинты на голове Домбровского, то ли знакомые искры в его глазах убедили ее, что он не привидение, но медсестра, всхлипнув, кинулась его обнимать. Ярик пошатнулся под бурным натиском Говоровой. А она уже заливала его слезами.
- А мы думали... Нам сказали... – Бормотала она, уткнувшись ему в грудь. Ярик поглаживал ее по спине здоровой рукой.
- Ну полно, Тамара Михайловна. Я вам еще надоесть успею. – Улыбнулся он.
- Ой, Ярослав Алексеевич! Надоедайте! Я не против!
- Мне можно начинать ревновать? – деланно строго спросила Наташа, подойдя к обнимающейся парочке и пряча в сумку кошелек. Странно, она думала, у нее в кошельке оставалась большая сумма, чем оказалось. Еле хватило с таксистом расплатиться.
- Обязательно. – Серьезно ответил Ярик. – Тамара Михайловна уже давно ко мне неравнодушна и я наконец решился ответить ей взаимностью.
- Да ну вас! – Тамара засмеялась, смахивая слезы.
- Жаль только, что Тамара ко всем слишком неравнодушна. – Вздохнула Наташа, когда они отошли от счастливой медсестры. Ярослав понимающе кивнул.
Сдав Ярика врачам и убедившись, что он под присмотром, Наташа наконец отправилась в ординаторскую. Интересно, Тамара уже доложила радостную весть? Но судя по всему, медсестра все еще пребывала в состоянии шока, потому что Наташу встретили хмурыми взглядами. А еще удивленными, ведь улыбающаяся Наташа – это было нечто из ряда фантастики. Максим встревоженно переглянулся с Ритой. У него даже проскользнула мысль, а не сошла ли его Одинцова-Олди с ума от горя?
- Наташ, ты как? – осторожно спросил он.
- Хорошо. – Наташа поджала было губы, но они предательски расползались в улыбке.
- Что-то слышно о Ярике? – рискнула спросить Рита.
- Спроси у него сама. – Наташа с притворно-равнодушным видом села за свой стол.
- Что?! – Рите показалось, что она ослышалась. Впрочем, не только ей.