Рустам почувствовал ком в горле. Мама не раз заговаривала с ним об отце, просила найти его и поговорить Хотя бы поговорить. Но Рустам уходил от этих разговоров. Он не мог простить отца, сломавшего жизнь ему и его родным людям. И вот сейчас отец сам нашел его. Только о чем им говорить теперь, когда самый дорогой человек уже не с ними?
- Знаешь, я всем говорил, что ты умер. – Глухо произнес Рустам. – Вот удивятся некоторые, увидев тебя живым и здоровым.
- Ты жесток.
- Я? Кто бы говорил...
- Рустам, я хотел, как лучше. Ты и сам это знаешь. Вы с Никой были бы прекрасной парой.
- А ты знаешь, где Ника сейчас? В тюрьме. Прекрасной парой, говоришь?! – сорвался Рустам. Отец положил руку ему на плечо.
- И в этом есть и твоя вина. – Твердо сказал он. – Ты погнался за прошлым. За своей якобы любовью.
- Якобы любовью... – Криво усмехнулся Рустам. – Ты ничего не понимаешь.
- Понимаю. Ведь я любил Нури-джан. – Давит замолчал, глядя на фотографию жены.
- Любил настолько, что она сбежала от тебя.
- Может, и сбежала. А может, я сам ее отпустил. Я знал, что она найдет тебя. И вернется. А там, возможно, и ты вернулся бы.
- Никогда. – Рустам сжал губы, пока с них не сорвались более резкие слова.
- Никогда не говори “никогда”. – Философски заметил отец.
- Ты хоть что-то знаешь о моей жизни?
- Знаю. Ты нарушил все традиции. Опозорил семьи. И сбежал.
- Даже если и сбежал. Я сбежал от тебя. От твоих правил и приказов. Ты никогда не понимал меня.
- Ты мой сын и должен делать то, что я тебе говорю. – Слегка повысил голос отец. – Поживи с мое и поймешь...
- А почему ты не хочешь понять меня? – мрачно спросил Рустам. – Не хочешь понять Риту? Ты хоть знаешь, что у тебя есть внучка? И скоро появится еще внук или внучка.
Лицо Давита исказилось.
- Знаю. – Наконец произнес он.
- Ты бы хоть познакомился, поинтересовался хоть раз за все это время.
- Никогда. – Резко бросил Давит. – Никогда я не заговорю ни с ней, ни с твоими детьми. Это незаконный брак и незаконные дети. Твоей женой должна стать Вероника.
- Ты слишком увлекся. – Рустам встал. – Я забыл о Нике и тебе советую. И смирись наконец, что у меня есть семья. Моя семья, а не та, которую ты пытался и пытаешься мне навязать. Айдер пытался убить Риту. Ты и сейчас скажешь, что он прав и что это моя вина?
- Рустам, нам нужно о многом поговорить. – Давит тоже поднялся и сейчас они стояли рядом. Любой проходивший мимо человек заметил бы невероятное сходство между ними. И взгляды, которыми они обменялись, горели одинаковым упрямством.
- Зачем? – пожал плечами Рустам. – Каждый останется при своем.
- И все же. Я настаиваю, чтобы ты вернулся домой. А там мы все решим. Законно, как ты говоришь.
- Домой? В Крым?! – Рустам неверяще посмотрел на отца. Как он мог предлагать подобное после всего, что произошло?!
- Именно. Твое место там. А не здесь, с непонятными людьми. Здесь тебя вконец испортили! Я не узнаю своего сына!
- А я узнаю своего отца. – С ненавистью ответил Рустам и зашагал прочь. Давит смотрел ему вслед и в его глазах светилась уверенность в собственной правоте. Он повернулся к фотографии.
- Ты лишила меня сына... – Горько произнес он. – Что ж, не мне тебя судить. Но я обещаю тебе: я верну его, чего бы мне это ни стоило. Он не останется здесь.
Ответом ему был лишь легкий шелест травы. Постояв у могилы еще пару минут, Давит ушел. И с каждым его шагом в нем все больше росла ненависть к тем, кто отобрал у него Рустама.
====== Часть 24 ======
Владимир Петрович хмуро помешивал кофе, сидя у окна. Раннее утро было его любимым временем, когда город еще спал, улицы были пусты, а летнее небо золотилось над верхушками деревьев. Но сейчас ему было не до этого. Он не замечал ничего вокруг. Все мысли мужчины были заняты больницей. Снова и снова он прокручивал в голове все события. Как-то все это выглядело... Наигранно? Нет, Вельской он доверял, тут сомнений быть не могло. Но остальные? Проверяющие, например. Ведь они же дали первичный результат проверки. Почему же, когда он внезапно пропал, они не выдали дубликат? Ведь ничего же не изменилось за неделю. Зато внезапно они заинтересовались назначением Оксаны Павловны. И снова – куда делся приказ и устав? Ведь там все четко прописано...
Зоя неслышно подошла к нему и обняла за плечи.
- Снова не спишь? – тихо спросила она.
Началов хмуро кивнул. Да, в последние дни сон был для него редким гостем. Чаще Владимир Петрович просто сидел на кухне или в комнате и, стараясь не разбудить Зою, все пытался что-то придумать, что-то найти в своих записях, в интернете... А она, оказывается, давно все поняла...
Близоруко щурясь, Зоя поднесла ближе к глазам один из листов, лежащих перед Владимиром. Но разобраться во всех этих схемах и цифрах она не смогла.
- Бесполезно, Зоя. – Глухо сказал Началов. – Есть что-то, чего я не знаю. Я все больше убеждаюсь, что Сергей все продумал. Только зачем? Что у него на уме?
- Володя, для чего обычно это делается? Все эти финансовые пирамиды? – Зоя села напротив мужа. – Ты же сам понимаешь...
- Чтобы подзаработать? – Владимир поднял на нее внимательный взгляд. – Я думал об этом. Но тогда все закончилось бы с приездом Оксаны и проверкой. А ничего не закончилось, Зоя. И я боюсь, что это мог быть лишь отвлекающий маневр, за которым прячется нечто большее.
- Что?
- Это я и пытаюсь понять... – Снова нахмурился Началов. – Да и против Оксаны особо никто не рискнул бы пойти, если бы только за их спинами не было более надежного укрепления.
- Я не знаю, Володя... – Зоя покачала головой. – Возможно, ты просто себя накручиваешь?
- Дай Бог, Зоенька, дай Бог...
Он одним глотком допил почти остывший кофе и встал. Внезапно внимание Владимира Петровича привлекла въехавшая во двор машина. Он присмотрелся. Ошибки быть не могло. Понаблюдав за машиной с пару минут, Началов вздохнул и достал мобильный.
- Доброе утро, Кирилл. Может, все же поднимешься? – произнес он в трубку. Зоя чуть не выронила чайник.
- Кирилл?! – переспросила она.
- Он самый. Так что с завтраком придется повременить. Вряд ли он приехал на запах твоих гренок...
В квартире Красовский осторожно кивнул Зое. Владимир Петрович пригласил его присесть и сам сел напротив.
- Кофе? – предложил он, но Кирилл Евгеньевич отрицательно покачал головой.
- Нет времени. Я вижу, – он кивнул на бумаги, которые Владимир не успел убрать со стола, – ты все ломаешь голову над происходящим?
- А ты разве нет? – вопросом на вопрос ответил Началов.
- Нет, потому что я и без того многое знаю.
- Может, поделишься? – предложил Владимир Петрович.
- Зачем? Меньше знаешь – крепче спишь... – Вздохнул Красовский. Началов с удивлением увидел перед собой отнюдь не грозного Кирилла Евгеньевича, наводящего ужас на окружающих, а уставшего человека с потухшим взглядом.
- Кирилл, я не знаю, что происходит. Но очень хочу узнать. – Настойчиво повторил Владимир Петрович.
- Поверь, не стоит.
- Зачем тогда ты пришел? – Началов разочарованно отвел взгляд. Он надеялся, что Красовский прояснит ситуацию, но заметил упрямый огонек в глазах коллеги. Этот огонек Началов хорошо знал и поэтому понял – расспрашивать дальше не стоит.
- Ты знаешь, что мне известно о ваших с Ритой отношениях. – Начал Кирилл Евгеньевич и поднял руку, успокаивая вскинувшуюся было Зою. – Я не собираюсь никому ничего говорить. Хотя не понимаю, почему вы это скрываете. Смысл? – он пожал плечами и продолжил. – Поэтому, Вова, Риты не должно быть в больнице через две недели. Рустама я тоже постараюсь спровадить. Его ждет хорошее место в областной.
- Он не поедет... – Рассеянно ответил Владимир Петрович. Он даже не заметил, что Кирилл назвал его таким забытым именем... Слова Красовского о Рите обожгли его. – Кирилл, ты угрожаешь мне?