- Ни в коем случае. – Тот медленно покачал головой. – Я предупреждаю. Ей нельзя здесь оставаться. Не сейчас. И то же самое касается и Максима. Я не знаю, как мне его убедить, что сделать, чтобы обезопасить... – Кирилл Евгеньевич осекся.
- Обезопасить от чего?! – почти выкрикнул Началов.
- От плохих людей, Вова. От плохих людей. – Красовский встал. – И я прошу тебя – не наломай дров. Просто сделай это тихо. Хотя о чем я? – он махнул рукой. – Ты тихо не умеешь... Хотя я понимаю – ты надеешься вернуться на свою должность. Но давай будем смотреть правде в глаза...
- Кирилл. – С угрозой произнес Началов. – Или ты все рассказываешь, или выметайся отсюда.
Красовский встал и медленно пошел к двери, постукивая тростью. На пороге он обернулся.
- Я к тебе со всей душой, а ты так... – Начал было он язвительно, но стушевался, заметив взгляд Началова. – Извини. Просто... Не стоит тебе этого знать.
Он развернулся и вышел так быстро, насколько ему позволяла все еще ноющая рана. Владимир Петрович молча смотрел ему вслед.
- Что же это такое? – всплеснула руками Зоя. – Пришел, переполошил и ушел! И что он имел в виду?! Ты что-то понимаешь?
- Нет... – Отрицательно покачал головой Началов. – Но Кирилл просто так не пришел бы. Что ж, спасибо ему и за это. – Он поджал губы, хмуро глядя на стул, на котором минуту назад сидел Красовский. – И знаешь, мне кажется, что хотя он и замешан в этом, но против своей воли. Иначе его бы здесь не было. И помощь нужна ему самому. Не такой он человек, что будет просто так панику сеять.
- Ты слишком доверчив! – Зоя сердито застучала ножом, нарезая сыр.
- Зоя, я знаю его много лет...
- Он тебя тоже. – Зоя повернулась к мужу. – И мне кажется, он просто хочет тебя запугать.
- Время покажет... – Владимир Петрович потер глаза. Усталость и недосып давали о себе знать.
- Ляг, отдохни... – Зоя мягко подтолкнула его к комнате. – Тебе поспать нужно. На свежую голову и мысли свежие.
- Ты права. – Владимир Петрович послушно лег. Но хотя он закрыл глаза и честно попытался заснуть, мозг продолжал напряженно работать. И визит Красовского внес только еще больший сумбур. Хлопнула дверь. Зоя ушла на работу. Владимир Петрович, вздохнув, отвернулся к стенке и через пару минут забылся тяжелым беспокойным сном.
Тамара, запыхавшись, прислонилась к двери ординаторской. Кажется, успела. Кто там сегодня дежурит? Красовский? Она приоткрыла дверь. Максим дремал, подперев голову рукой. Тамара на цыпочках проскользнула в ординаторскую. Может, не проснется? Ночь-то нелегкая выдалась... Но на полпути к шкафу медсестра задела стакан с ручками, стоящий на столе Ярослава. Рассыпавшиеся ручки разлетелись по всему кабинету. Максим, вздрогнув, проснулся.
- Тамара? – непонимающе уставился он на медсестру. – Вы что здесь забыли?
- Я? А я... – Тамара лихорадочно придумывала отмазку и внезапно ее взгляд упал на телефон. – А вас там к телефону!
- Так сюда переведите звонок сюда, в чем проблема? – зевнул Максим.
- Так не получается... – Тамара деланно развела руками.
- Эх! – Красовский потянулся и встал. – На регистратуре?
- Ага! – кивнула Тамара. Она замешкалась, сделав вид, что отряхивает халат. Когда за Максимом закрылась дверь, медсестра коршуном метнулась к шкафу и похолодела. Бумаг не было. Паутина, пыль, даже паук сухой, но не документы. Может, она шкафом ошиблась? Но нет, она точно швырнула их сюда! У нее времени особо не было искать более удобное место!
- Тамара? – Рустам удивился, застав медсестру на коленях возле шкафа. Та покраснела и вскочила, охнув и схватившись за спину. – Вы что это, пол решили протереть? – поддел он женщину.
- Да нет, так, обронила булавку... – Сколько еще ей сегодня придется соврать?! Тамара бочком двинулась к двери и наткнулась на злого Красовского.
- Во имя святого Амосова! Тамара! Вам приснился, что ли, звонок этот? – поинтересовался он.
- Был! Вот честное слово, был! – пролепетала Тамара и выскочила из ординаторской. Хирурги проводили ее озадаченными взглядами.
- Что это было? – поинтересовался Рустам.
- А я знаю? Говорит, звонок был, я прихожу, все телефонные трубки на месте. – Пожал плечами Максим. – Видимо, не только я заснул.
- Тяжелое дежурство? – понимающе спросил Рустам.
- Не спрашивай...
- А у меня еще и конь не валялся... – Агаларов окинул взглядом заваленный стол. Тут были карты его больных и пациентов Риты.
- У меня я сам скоро конем стану. – Красовский плюхнулся на диван.
- Ты оптимист. – Рустам подошел к окну и потянулся было к форточке, но внезапно заметил кое-что странное. – Максим, посмотри-ка...
Красовский встал рядом и проследил за взглядом Агаларова. Они увидели Наташу рядом с какой-то женщиной. Рустам нахмурился.
- Откуда я ее знаю? – пробормотал он.
- Может, пациентка? – пожал плечами Максим. Зрение после операции еще не совсем восстановилось, и он не мог разглядеть собеседницу Наташи. – Если не придет через пять минут, побежим спасать.
- Типун тебе на язык. – С досадой бросил Рустам и отвернулся от окна. Но странное ощущение не покидало его.
Наташа не знала, что за ней наблюдают. Сжав губы, она смотрела на мать.
- Я дала тебе то, что ты просила. – Бросила она.
- А где гарантия, что эту бумажку примут? – недоверчиво осматривала чек Елена Михайловна.
- Это же иностранный банк. Там немного все по-другому. – Наташа молилась, чтобы все прошло, как она запланировала, и мать ничего не заподозрила. В конце концов, это лишь деньги. Чего стоят любые суммы по сравнению со спокойной жизнью?! – Или ты фильмы не смотришь? Это у нас куча печатей нужна.
- Умная ты очень. – Прищурилась мать. – Что ж, я забираю этот чек.
- Ты сможешь обналичить его только в Киеве.
- Да уж понятно, что не в этой дыре.
- Удачи. – Наташа развернулась, чтобы уйти. Голос матери догнал ее на ступеньках:
- Но если это обман, ты пожалеешь. Очень сильно пожалеешь.
- Это не обман. – Не оборачиваясь, сказала Наташа и взялась за ручку двери. В отражении она видела, что мать смотрит ей вслед. Если все получится, он еще не скоро он ней услышит. А может, не услышит больше никогда. Главное, сказать Владимиру Петровичу, что все прошло по плану. У них есть несколько дней форы...
Наташа кивнула Тамаре и отметила, что та выглядит напуганной. “Что ж, не только мне бояться...” – невесело подумала она и внезапно наткнулась на Ярослава.
- Доброе утро! – настороженно произнес он.
- Доброе. – От нее не укрылся его пытливый взгляд. – Как ночь прошла? А главное, где?
- Наташ, не начинай. – Поморщился он, следуя за ней. – Я здесь был, пациента привезли, Макс не справлялся. Пришлось сразу на стол.
- Хоть бы позвонил.
- Ты тоже могла позвонить. – Парировал он.
- Не хотела тебя отвлекать. А то мало ли, где ты, с кем ты. – Она поджала губы, не глядя на мужа. – Кстати, если тебе интересно, девочки дома.
- Что?! – он остановился от неожиданности.
- То. Приехали вчера автобусом. Сам спросишь, что им Мария Ивановна наговорила или мне поинтересоваться? Правда, я не уверена, что хочу это слышать. Вряд ли мать бывшей жены скажет что-то хорошее про нынешнюю.
- Наташа!
- Что “Наташа”? – наконец она посмотрела на него и Ярослав узнал тот взгляд, чужой и холодный, который он уже успел подзабыть. И холодок пробежал по его спине. – Ты постоянно упрекаешь меня в том, что я живу прошлым. Ты со своим-то разобрался? – с горечью спросила она.
Ярослав не ответил. Он лишь молча смотрел на нее. Не дождавшись ответа, Наташа вздохнула и отошла, оставив мужа посреди коридора. Он побрел в противоположную сторону. Своими словами Наташа невольно задела воспоминания, которые Ярик пытался загнать поглубже и подальше. Лишь один человек сейчас мог его понять и поддержать. Ярослав вздохнул и поспешил навстречу Ирине.
*
Аня рассеянно комкала одеяло. Она чувствовала себя неуютно в этой палате. Да, за маму страшно, но девочка просто не знала, что делать. о чем говорить. Поэтому она просто смотрела вниз, не поднимая на Риту глаз.