Дождик льет с самого утра. К вечеру еще и ветер поднимается. Деревья за окном сгибаются почти вдвое и противно скрипят. Дома у моей козы тоже холодно. Как водится, в нашей стране, отопление отключили и завернули заморозки. Сейчас бы утащить ее на базу отдых, забраться в горячий чан, пить чай с брусникой и смотреть, как бушует стихия, но и у самого времени нет, да и мадам моя будет противиться и скорее всего посремся. А сраться с ней мне не с руки. Юлька зацепила. Сильно на крючок поймала. Я считал, что в лучшие времена к бывшей жене испытвал слишком сильные чувства… Но они меркнут перед чувствами, вызвываемыми этим белобрысым навождением. Кажется, что умом тронулся. Думаю о ней, представляю ее вкус и запах, вспоминаю изящные черты и глубокие голубые глаза. Все позно. Уже крыша моя улетела.
Юлька сидит у плиты, завернутая в огромную теплую кофту, и наблюдает, как я решаю вопрос с краном. Она еле заметно улыбается, наблюдая за моими не хитрыми манипуляциями. Не смотря на холод в ее квартирке царит непередаваемый семейный уют.
— Ты печенье с кофе или с молоком будешь? — хозяюшка достает противень с румяными песочными кругляшками, которые она быстро замесила пока я решал проблему со скрипящими шкафчиками и одной отваливающееся дверцей.
— С молоком. Но учти я могу разомлеть и уснуть у тебя.
— Засыпай, диван большой, мне не жалко, она ссыпает печенье в стеклянную миску и ставит на стол.
— На диване холодно, — улыбаюсь я и чмокаю ее в нос, вытираю руки предложенным полотенцем.
— Ну могу на полу постелить, но не думаю, что там теплее, — пожимает она плечами и выносит закуски в зал. Мы сегодня решили провести вечер по-домашнему, будем смотреть фильм и объедаться вредной, но вкусной едой.
— А вариантов лечь с тобой нет, — иду следом, захватывая с кухни бокалы и миску с печеньем.
— Неа. Я же говорила, что люблю спать одна, — она устраивается на диване и ждет, когда я сяду рядом, чтобы укрыть нас пледом.
— Э, нет. Ты говорила, что любишь спать в своей кровати. Про одна или не одна ты не говорила, — усаживаюсь рядом и притягиваю девушку к себе, наслаждаясь теплом ее тела и запахом духов. — Вот сейчас только устроимся и пиццу привезут.
— Ну, а теперь говорю. Будешь знать, что спать люблю одна. Это тебе еще один факт про меня. И да, я говорила, что не надо ее было заказывать, ты и так вон сколько всего натащил. Как будто у меня дома есть нечего, — бурчит Юлия, а я утыкаюсь ей в макушку и смеюсь от ее вредности. Ну коза и есть коза.
— Что смотреть будем? Ужасы, комедии, детектив, или сериальчик?
— Не знаю, что ты хочешь? Давай, что-нибудь не многосерийное. А то завтра мне рано вставать, нужно будет съездить подарок забрать, да и к маме обещала приехать с утра пораньше. Она меня часов с семи ждать будет.
— Я могу отвезти.
— Что все-таки решил выбрать холодный диван, вместо уютной кровати дома? — прищуривается Юлька и смотрит, как будто на этот вопрос нет правильного ответа.
— Нет. Просто придумал хитроумный план, — поглаживаю ее по плечу и пробую печенье. — Мы посмотрим с тобой ужастик, ты испугаешься, и я лягу спать с тобой, чтобы тебе было не страшно. А уж на диване или на кровати мне без разницы.
— Ну мы это еще посмотрим, кто испугается, — она смеется, немного морща носик. Пользуюсь моментом и целую ее. Рука скользит по ее талии под майку, а сам поцелуй получается более страстным, чем было нужно и девушка отстраняется.
— Егор. Стой. Мы же говорили. Пока без интима, — она отодвигается немного в сторону. — Просто смотрим фильм.
— А кто говорил про секс, просто немного невинных ласк, — притягиваю ее к себе. Слишком мне холодно и некомфортно без нее.
— Ага, невинных, — говорит она с сарказмом. — Знаю я твои невинные ласки и извинительные поцелуи. Так, что смотреть будем?
— Ужастик. Или какой-нибудь криминальный детектив. В идеале, что-то от чего ты будешь прижиматься ко мне весь вечер.
— Значит комедию посмотрим, — вредничает девушка и запускает отечественный фильм про мажора на перевоспитании.
Минут через десять после начала раздается звонок в дверь. Я отодвигаюсь от пригревшейся Юляшки и направляюсь встречать долгожданную доставку. Мысли о горячей еде радуют и возбуждение уступает место голоду. Может и надо было позволить Юле приготовить, что — то горячее сразу, а не ждать доставку. Открываю дверь, ожидая увидеть за ней курьера, но вижу Ярослава.
В руках у парня небольшой букет хризантем, а на морде охеревшее выражение. Наверное, на моем лбу написан тот же вопрос «Какого хера?», как и у нежданного гостя.