Квалиа -- очевидный конкретный образ без объекта; различие порождающее различие – пустые, структурно равноценные ячейки. Образ -- результат отражения объекта в сознании человека. Противоречие между двумя понятиями возникает, поскольку для выделения объекта из воспринимаемого мира необходимо иметь иерархическую структуру, чего квалиа дать не способны (назовем ее протограмматика) Безусловно, что объекты человеком выделяются как неисчерпанная совокупность образов до обучения называть их, а иначе первое слово не могло быть придумано.
Я разделяю убеждение Н. Хомского о врожденной природе языковых способностей у человека и трансформационную теорию языка. Среди психолингвистов шли большие дискуссии о том, разумно ли предполагать, что именно так работает синтаксический анализатор в голове у человека. В том смысле, что разум слушателя может правильно предсказать речевые намерения говорящего, анализ «сверху вниз» может направить синтаксический анализатор к правильному пониманию предложения. Но объем человеческого интеллекта слишком велик, и задействование его всего одновременно может слишком замедлить синтаксический разбор, происходящий синхронно с проносящимся мимо вихрем слов. Джерри Фодор, цитируя Гамлета, предполагает, что если бы знаниям и контексту приходилось задавать направление грамматическому разбору, то «на естественное озарение нашла бы тень мысли». Он предположил, что грамматический анализатор — это автономный модуль, который обращается за информацией только к ментальной грамматике и ментальному словарю, а не ментальной энциклопедии. Во всех языках обнаруживается дуализм структуры, когда одна система правил используется, чтобы расположить фонемы в морфемах вне зависимости от значения, а другая схема — для того, чтобы разместить морфемы в словах и синтаксических группах, определяя их значения.
Первичное предложение состоит из существительного и глагола и во многом похоже на структуру причинно-следственной связи. Активный объект-причина совершает действие над пассивным объектом, который изменяется вследствие действия первого. Как принимающий и, таким образом, не опасный, второй объект не так тревожил наших предков. Содержание интенции определенного объекта -- это и есть семантика.
Смысл — в широком , неисчерпанная совокупность (в отличие от значения, которое исчерпаемо) всех психических (сознательных) когнитивных процессов, связанных со словом. Образные ассоциации возникают непроизвольно в сознании человека, поскольку они являются воспроизведением уже имеющейся в памяти информации (хотя в ограниченном диапазоне этот процесс поддается целенаправлению и контролю). Когда вы размышляете об осязаемых объектах (например, олень), то у вас невольно возникает образ этого объекта; часто образ появляется раньше, чем вы про себя успеете промолвить слово его обозначающее. Более абстрактные слова, которые не вызывают ассоциаций с данными от органов чувств, либо строятся на обобщении осязаемых, либо служат для связки самостоятельных слов, либо выражают эмоции говорящего по отношению к ситуации. Они все-таки вторичны по своему сугубо словесному способу представления и запоминания, а зачастую и вовсе не могут употребляться вне контекста. Я хочу привести весьма любопытный отрывок из книги Стивена Пинкера "Язык как инстинкт" в свете обсуждаемой темы:
Похоже, что на уровне отдельных слов мозг сначала проводит вторичный поиск, принимая во внимание, хотя и не надолго, несколько возможных словарных статей для двусмысленного слова, даже тех, которые вряд ли могут оказаться правильными. Во время одного хитроумного эксперимента психолингвист Дэвид Суинни давал людям прослушать через наушники отрывки следующего типа:
Rumor had it that, for years, the government building had been plagued with problems.The man was not surprised when he found several spiders, roaches, and other bugs in thecorner of his room.Многие годы шла молва, будто здание правительства просто наводненопроблемами. Человек не был удивлен, когда обнаружил, что в углу его кабинета былипауки, тараканы и другие жучки.
Заметили ли вы, что предложение содержит двусмысленное слово bug 'жучок', которое может означать, как insect 'насекомое', так и surveillance device 'аппарат для слежки'. Скорее всего, нет; второе значение более затуманено и не имеет смысла в данном контексте. Но психолингвистов интересуют ментальные процессы, которые длятся лишь миллисекунды и требуют при работе с ними более тонкой технологии, чем простое задавание вопросов. Как только слово «жучок» звучало на пленке, компьютер высвечивал на экране некоторое слово, и человеку нужно было нажать кнопку, как только он это слово узнавал. (Другая кнопка была для слов, реально не существующих, например, blick.) Хорошо известно, что когда человек слышит какое-либо слово, то ему легче узнать другое слово, если оно имеет отношение к первому, как если бы ментальный словарь был организован по принципу словаря тематического — когда находишь одно слово, другие, близкие по значению, находятся быстрее. Как и ожидалось, люди быстрее нажимали кнопку, узнавая слово «муравей», которое близко по значению к «жучку», чем слово «шить», которое с ним никак не связано. Как это ни странно, люди с почти такой же быстротой узнавали слово «шпион», которое, конечно, связано с жучком, но только в другом его значении, не имеющем смысла в контексте. Это предполагает то, что мозг с ходу выдает обе словарные статьи для слова «жучок», несмотря на то, что одну из них было бы разумно заранее отклонить. Неподходящее значение не задерживается в сознании надолго: когда контрольное слово появлялось на экране через три слога после «жучка», а не сразу после него, быстро узнавалось только слово «муравей», «шпион» больше не опережал «шить» по быстроте узнавания. Возможно именно поэтому люди отрицают, что они хоть как-то принимают во внимание неподходящее значение. Психологи Марк Зейденберг и Майкл Танненхаус продемонстрировали тот же эффект в отношении слов, которые были двусмысленны благодаря своей принадлежности одновременно к разным частям речи, как, например, слово tires 'шины' или глагол 'устать' в 3-м лице единственного числа, с которым мы встречались в двусмысленном заголовке Stud Tires Out 'Жеребец выбился из сил' или 'Шины жеребца оказались снаружи'. Вне зависимости от того, появлялось ли слово в значении существительного: The tires... или в значении глагола: He tires..., это слово вызывало ассоциации как со словом wheels 'колеса', которое имеет отношение к именному значению, так и со словом fatigue 'усталость', которое имеет отношение к глагольному значению. Таким образом, поиск в ментальном словаре происходит быстро и тщательно, но не слишком осмысленно, поскольку извлекаются не имеющие смысла словарные статьи, которые должны быть позднее отсеяны.