«Женюша, милый»… Фу! Как противно! Матильда никогда не звала мужа «Женюшей», только Женечкой. Интересно проверить, отзывается он теперь на Женюшу или нет?
«Женюша, милый», – прочитала Матильда, – «прости я уснула, пропустила твои сообщения. Ученики весь день, ужасно устаю, я вся на нервах. Аренда бешеная, все дорого. Вася нашел работу, пока что официантом. Ищу ему подешевле квартиру, хотя бы что-нибудь купить, тогда я смогу его тут спокойно оставить».
Матильда сообразила, что речь идет про сына, сын уехал за границу, и любовница сейчас тоже с ним. Она собралась уж было успокоиться, но следующее сообщение ее насторожило.
«Котенок, я получил новый проект. В декабре мне дадут хорошую премию, я подкину тебе на квартиру. Хочу, чтобы ты скорее вернулась. Иногда мне кажется, что ты уже не вернешься. Скажи, ты захотела там остаться? Тебе всегда нравилась Прага, я помню»…
Квартира и премия! Матильда испугалась, что не сможет встать со стула, когда такое прочитала. Квартира! У дочери родной своей квартиры нет, живет у мужа, а посторонней бабе, да еще и в Праге, он подкинет!..
В ушах шумело, все помутнело перед глазами, пропала резкость, голова закружилась… И все-таки она собралась и сразу покатила в турагентство.
– Опять? – улыбнулась веселая хозяйка.
Матильда прошла мимо кресла и легла на диван.
– Что, все так плохо?
Матильда замотала головой.
– Есть Турция, Алания, четырехвездка, но бомбическая, – сообщила хозяйка и махнула помощнице, – валерьянку неси!
– Турцией тут не отделаешься, – выдохнула Матильда и затрясла рукой. – Аж во рту пересохло…
– А если Голландия? – ей дали водички. – Новогодний Амстердам?
– Не знаю!
– Соловки! – придумала хозяйка.
– Да подожди еще, – оклемалась Матильда. – Поборемся.
Матильда выбрала Альпы. Лыжи помогут, она понадеялась. Правда, за пару дней до вылета она упала на ровном месте перед собственным подъездом и сломала руку, но отпуск из-за этого не отменила, поехала в гипсе. За ужином в отеле она увидела еще несколько травмированных. Гипс на горнолыжном курорте был деталью особого шарма, так что все посматривали на Матильду с уважением, как будто она сломала руку на сложной трассе.
Она каталась за мужем на подъемниках, снимала его, высокого и спортивного, на красивых спусках, парила в финской бане, кормила рульками, поила глинтвейном, но сразу после отпуска Евгений исчез на все выходные. Сказал, что у него срочная командировка, что он на всю неделю вылетает в Прагу.
Муж сел в такси, Матильда выбежала из квартиры на лестницу. Пешком поднялась на тринадцатый этаж. Там, на площадке, перевела дух и понеслась обратно. Она начала повторять свои пробежки каждое утро, проверит комп, проверит телефон, проводит мужа на работу, а сама бегом на лестницу. Ногам было больно, Матильда задыхалась, но заползала вверх по ступенькам. «А я ему не скажу! – решила она. – Пусть, пусть пока радуется… Я ему ни слова не скажу!»
Беготня по лестнице была вторым испытанным средством Матильды от стресса и соперниц. Лет пятнадцать назад она любила заорать от всей души, но как-то однажды у лифта столкнулась с соседкой, и та ей сказала:
– Матильда, ты что ж так орешь? У меня собака писается. Ты, когда в следующий раз начнешь орать, посмотри на себя в зеркало. Посмотри, какая ты страшная, когда орешь. Тебе сразу полегчает.
Матильда посмотрела. И с тех пор начала бегать по лестнице. Она бегала по этажам все дни, пока муж отбывал в срочные командировки. Худела и укреплялась духом: «Не скажу! Ничего ему не скажу!». «Квартира и премия! Квартира и премия!» – соображала она, на ходу ей думалось лучше. Так, бегая по лестнице, она и выдумала красный «Мерседес».
«Я выгребу всю его премию! – пыхтела Матильда на ступеньках, – Муж мой! И все его деньги – мои!»
Отличная идея! Если мужчина покупает своей жене новую машину, для любовницы это мелкая неприятность. Но если он покупает жене новый красный «Мерседес» – это кинжал в сердце. Матильда решила его вонзить, осталось только запустить в сознание мужа идею красного «Мерседеса».
Матильда не стала топать ногами. Не кричала «хочу»! Но все полгода до премии она говорила с мужем о «Мерседесах». Когда он выбирал для нее машинку скромнее, гораздо скромнее, она смеялась и шутила:
– Ой, и не морочь мне голову, я ничего не понимаю в этих цилиндрах. Я только знаю, что у хорошей машины на капоте должен быть один блестящий маленький кружочек.
– Интересно, – усмехнулся Евгений, – откуда у тебя эти армянские замашки?