Кроткая и тихая, она почистила картошку, порезала лучок и вместе с сальцем пожарила, стараясь, чтобы все кусочки были мягкими, но с золотистой корочкой, как любит молодой, всегда голодный муж. Она заранее порезала на блюдце малосольные огурчики и поставила в холодильник папино зелье. После этого Крошка отключила плиту и неожиданно рассмеялась.
– Не может быть! Все как в анекдоте. «Приезжает жена из командировки»…
Она достала новый комплект постельного белья, зеленый в огромных желтых подсолнухах, и застелила кровать.
– Сейчас придет, а у меня все свеженькое.
Когда она заправляла одеяло, в ее движениях проявилась первая нервозность, она торопилась, никак не могла расправить углы и даже сорвалась на черный юмор:
– Молодец! Он у меня молодец! Домой никого не привел! Дом – святое!
Но злые, глупые мыслишки она разогнала, пробежалась по квартире со шваброй. Так пролетело часа полтора. Муж не вернулся.
Кудрявенькая Крошка придумала хорошее занятие – взяла цыпленка и начала энергично лупить его молотком.
– Наверно, появились какие-то друзья, – она рассуждала. – Да, новый город, новая работа, пора появиться друзьям. В середине недели. За пару дней моего отсутствия. А почему бы и нет? Откуда я знаю, что там у них в этом маркетинге происходит?
Крошка превратила цыплячье тело в месиво из мяса и костей, натерла все это чесноком, посыпала перцем, побрызгала уксусом и поставила в холодильник, мариноваться на полочку, туда, где стояло папино зелье. Оно уже охладилось до той кондиции, когда приятно дегустировать.
В маленькой кухне пахло вкусно и просто. Картошка парилась под крышкой и набирала аромат укропа. А мужа не было. И тут возникли мысли.
– Как жесток этот мир! – подумала кудрявенькая и попробовала картошку.
– У человека нет никаких гарантий! Все может рухнуть в один вечер! Вся жизнь, все планы…
Она начала активнее думать и поэтому активнее работала вилочкой. Крошка заметила, что умяла уже целый край сковородки, накрыла крышкой и снова посмотрела на часы.
Натикало одиннадцать. За окном – темнота и фонарь у подъезда. Создание, юное и нежное, ощутило себя одиноким и брошенным в чужом жестоком городе на табуреточке в маленькой кухне со старой электроплитой. Крошка заволновалась, как щенок, которого потеряли на улице, и от волнения снова открыла сковороду. А там все протомилось и немного остыло и тепленьким стало только вкуснее. Крошка достала папино зелье и налила в маленькую рюмку.
– Надо успокоиться, – она себе сказала. – Надо успокоиться и не делать преждевременных выводов.
Она проглотила холодное смородиновое, закусила хрустящим соленым… И никакого удовольствия! Наоборот – захотелось поплакать. А плакать было некому. Город был чужим, и в этом городе, да и вообще на всей планете, у нее был только один друг – ее молодой, всегда голодный муж. Крошка добавила еще глоточек и снова побежала на балкон, и там, в потемках, еще раз пересчитала удочки.
– Все на месте, – она застонала. – Все на месте!
Согласитесь, проблема не стоит двух копеек. Случись все это сегодня, Крошка давным-давно позвонила бы мужу, но сотовых не было. Поэтому она сидела и накручивала.
– Хорошо… Допустим… Если бы я на его месте подумала свинтить на вечер, ведь я бы обязательно взяла с собой удочки. Для конспирации. А он не взял! Почему? Неужели так спешил? Через год после свадьбы? А что будет через три? А через пять?!
Крошка откинула кудри за спину, нависла над сковородкой и слопала самые румяные кусочки. Потом неосторожно подлила еще немного зелья и уставилась на свадебное фото.
Прекрасное, кстати, было фото, в тонкой рамочке в красном углу висело. У камина! Невеста была серьезной, момент осознала, а жених смотрел на нее с восхищеньем, которое сейчас у женихов редко встречается. «Моя королева! – он так ей и говорил. – Крошка, ты моя самая настоящая королева».
– Вот какой он был всего год назад… – она наклонилась к фотографии и сказала, обращаясь к мужу. – А я не верю! Не верю! Я во все эти ваши «люблю» не верю!
Крошка опрокинула стаканчик, закусила огурцом, и от этого бег ее мыслей заметно ускорился.
– Когда он мне сказал «люблю»? – она вспоминала. – Весной это было, в парке. Мне надоело сидеть на лавочке… Я взяла его за руку и сказала: «Пойдем погуляем» … Да, тогда ему это понравилось… А вдруг он сам хотел? Может, он сам хотел взять меня за руку и сказать «пойдем»?..
Крошка вытерла первые слезы, и страшная догадка пришла в ее кудрявенькую голову: