– Я не могу! – вскочила Жанна. – Как я могу спокойно отдыхать, когда у меня под носом разгуливает эта собака?
– Покатайся, проветрись, – посоветовал муж. – Сгоняй за подарками Галке.
Жанна кинула в собаку журналом и отправилась в магазин.
Она уже почти приехала в гипермаркет, ей осталось дотянуть до разворота, но Жанна решила не тянуть. Как раз напротив огромной парковки Жанна дернула через две сплошные. Она бы не стала ни в коем случае этого делать, но к светофору была очередь, а «пятерочка» БМВ, за которой пристроилась Жанна, как раз у нее перед носом точно так же через две сплошные развернулась.
В БМВ сидела женщина, и Жанна как обычно подумала о ней: «Болонка». Жанна не любила маленьких женщин, которые ездят в больших машинах. Она повернула за болонкой и попала как раз под полицейскую палочку.
– А почему вы меня остановили? – рассердилась Жанна. – Остановите ее! – она показала вслед «болонке»: – Вот! Белая БМВ у вас перед носом проехала! Ловите ее! Почему вы меня остановили? Я не видела сплошную! Я поехала за ней!
– Девушка, – улыбнулся гаишник, – зачем вы смотрите на какую-то БМВ? Она вам кто? Никто. Вот пусть и едет себе куда хочет. Хоть под поезд. А вы подумайте о себе. О себе нужно думать, девушка! Вы рискуете, за какой-то БМВ несетесь…
Жанну пригласили в патрульную машину, она отдала инспектору свои права. Припоминая размер штрафа, Жанна громко заревела:
– Я простая продавщица! У меня нет денег! У меня только пятьсот рублей!
– Двойная сплошная! – пристыдил инспектор.
– А-а-а! Я не знаю, что теперь делать. – Жанна вытащила из сумочки пятисотку. – Вот! Больше у меня ничего нет!
– Успокойтесь, девушка, – сказал инспектор и показал глазами под сиденье.
Жанна оставила там свою денежку и забрала права. Денег было жалко, хотя заплатила она ерунду. Но было обидно, что болонку в БМВ с модными номерами пропустили, а Жанну – нет.
– Скажи, недорого? – она позвонила мужу.
– Недорого.
– За две сплошные что у нас сейчас? Лишение? А я за пятьсот его уболтала! – Жанна засмеялась, изобразила мужу, как она рыдала. – «А-а-а! Я простая продавщица!»
Весь вечер Жанна гуляла в магазине. «Что подарить? Что подарить людям, у которых все есть?» – думала Жанна. Она выбрала для Галки роскошный спальный гарнитур, для Ромы дорогой халат и для себя столовый сервиз с голубыми цветочками. «А то вдруг приедут, а у меня гостиная еще не отделана. Пусть хоть посуда красивая…»
По дороге на кассу Жанна увидела бумажник. Он валялся на полу, его только что выронил мужчина, который вез впереди телегу с обоями. Рулоны не помещались, он их все время придерживал и не заметил, как бумажник вылетел из заднего кармана джинсов прямо к Жанне под ноги.
– Мужчина! – она позвала. – Мужчина! Вы бумажник уронили!
Мужчина не слышал, Жанна подняла деньги и, как опытный работник торговли, на ощупь прикинула: «Тысяч семьдесят».
– Вы уронили, – она догнала мужика.
Он хлопнул себя по карману. Пара рулонов шмякнулась из телеги.
– Спасибо, – улыбался мужик и все еще шарил по своим карманам.
Жанна резко отвернулась и опять позвонила мужу:
– Ненормальный! Такие деньги носит в джинсах! Как ты у меня. Это хорошо, что я увидела. Да? А то сейчас бы махом подобрали. Он бы только и вспомнил про свой бумажник на кассе. Па-а-шел бы искать свой бумажник. В этом жлобском городе.
Город действительно был жлобским, лично мне в этом городе все время попадались злые продавщицы, и Жанне он справедливо не нравился. Жанна выросла на севере, в Братске. Она уверяла, что на севере живут совсем другие люди. Возможно, так ей казалось, потому что в Братске прошло ее детство, а может быть, и правда на севере все продавщицы улыбаются, я не знаю.
В Братске у них с подругой Галкой было потайное местечко. Они называли его пеньки. Пеньки торчали из воды на берегу водохранилища. Всю жизнь в этом месте была тайга, но, когда строили ГЭС, сосны вырубили, пустили воду, а пеньки торчали. С этих пеньков дети ныряли или просто скакали с пенька на пенек для веселья.
– Пойдем на пеньки? – спрашивала Галка.
– Па-а-айдем! – говорила Жанна.
Она сидела на этих пеньках до самой темноты, ждала, когда с работы вернется мать. На пеньках Жанна пряталась от пьяного отчима.
«Трудное детство… У меня было очень трудное детство», – она вздохнула и кинула в корзинку пакет корма для наглой собачонки.
Накануне отъезда, когда чемодан был собран, Жанна обходила свою оранжерею. Она поливала цветочки и по привычке с ними разговаривала.