– Ты тут смотри без меня не обсыпайся! – приказывала она фикусу. – А то Галка приедет, а ты лысый! Не вздумай сохнуть, а то я тебя выброшу! Па-а-айдешь у меня на помойку!
Жанна поцеловала свой любимый мандарин и укрепила подпорку под ветками.
– Расти, расти, мой мальчик, – она побрызгала листочки специальным зельем. – Ты помнишь, где я тебя нашла? Ты помнишь, что сделали с тобой эти дуры в «Ашане»? Они тебя залили, засушили, уценили, думали, ты никому не нужен… А Жанночка тебя взяла, Жанночка выходила…
Самым главным в оранжерее был двухметровый цикас. Жанна обняла его за ствол и как отцу родному пожаловалась:
– Я волнуюсь. Все надо мной смеются, а я волнуюсь. Потому что я давно не видела Галку. Последний раз мы встречались лет десять назад. Теперь она закрутела, ей не до меня. А раньше, знаешь, как мы дружили? По молодости? Один раз даже тачку гнали вдвоем из Братска в этот жлобский город. Галка деловая была, назанимала денег у бандитов, они и решили отнять у нее тачку. И мы ее тянули! Зимой! Трое суток! Вдвоем! Две бабы! Рулили по очереди. А там ни дорог, ни людей. И мороз! Если что случится – смерть. Мы боялись останавливаться. Мы эту «Тойоту» умоляли: езжай, дорогая, езжай…
Эту идиллию прервал собачий лай. Наглая псина снова пролезла во двор и позвала Жанну. Собачонка поняла, что миску поставили для нее, и требовала ужин.
– Ждите меня все! – скомандовала Жанна цветочкам. – Сейчас покормлю эту паршивую болонку и вернусь.
Она взяла пакет с собачим кормом и побежала на крыльцо.
Через неделю я приехала в «Цветочки» забрать свою пальму. И опять увидела там Жанну. На лице у нее был конкретный черный бланш.
– Пожалуйста, вот ваша пальмочка, – она сказала и губенки, как обычно, натянула уголками вниз.
Мне стало очень смешно. Я старалась не улыбаться, но картинка меня веселила. Вы только представьте: выходит Жанна, выносит лохматую пальму, ставит на пол кадушку, «не залейте, говорит, только не залейте», а у самой синячина.
Нет, я, конечно, терпела, улыбочку пришпорила и про синяк молчу. Жанна сама нарвалась на вопрос: она погладила разбитое лицо и печально вздохнула.
– Простите, – я не выдержала, – Жанна, что с вами случилось? Вы собирались в отпуск…
– Полетела! – она ответила и сама засмеялась. – С крыльца! Прямо мордой в землю!
– Да вы что… – я поняла, сейчас и меня прорвет.
– Ага! – она захохотала. – Хорошо, хоть шею не сломала!
– С вашего крыльца?
– Да! Да! – она закатилась, прикрывая рот.
– С вашего? – я не могла говорить от смеха. – С вашего крыльца? Десять ступенек?
– Да! – она свернулась в счастливых спазмах. – Хорошо – плитки не было! Снесла бы всю рожу!
– Какой кошмар! – я не удержалась.
– А-а-а-а! – задыхалась Жанна.
– Вы поскользнулись? – я спросила. – Споткнулись?
– А-а-а-а! – стонала Жанна. – Все из-за нее! – она показала в окно на маленькую черненькую собачонку: – Пошла кормить и полетела!
В Питер к друзьям Жанна не поехала. «Какие могут быть прогулки с разбитой рожей?» – она подумала и сдала билет. Всю неделю Жанна лечила синяк и была очень счастлива, что удачно упала.
– Я могла бы сломать себе шею! – хохотала Жанна. – Я могла бы убиться насмерть! Я могла бы выбить передние зубы! А у меня все цело! И ехать никуда не надо!
Собачонка подошла к моей машине и подняла ножку на заднее колесо. Теперь магазин «Цветочки» был ее личной территорией. Собака решила, что Жанна – ее хозяйка, и начала провожать ее до «Цветочков» и ждать, как положено пристроенной собаке.
Животное по-прежнему каждое утро валит под крыльцо свою кучу, об этом я слышала совсем недавно от Жанны, про чихуа никаких новостей не было. Жанна продолжала бороться с безродной собачонкой… У нее были на это силы, язе была здорова ее дочка… И многие из тех бед, которые случились потом, еще не жили даже в ее тревожном воображении. Жанна еще не знала, что эта куча на пороге будет наименьшей из ее проблем.
Британские коты
Как-то вечером мы, друзья нашей любезной Юль Иванны, обсуждали одну загадочную тему: может пассажирский «Боинг» сесть в поле или нет?
Юль Иванна еще по телефону, когда созывала гостей на ужин, всем, всем, всем сообщила, что самолет, на котором она летела из Австрии, сел в поле. Так и сказала: «Не смог зайти на посадку, два раза кружил над гипермаркетом и приземлился в траву».
Мы заволновались. Еще бы! Наша любимая Юль Иванна чуть не погибла в авиакатастрофе. Все сразу, как в дом вошли, начали переспрашивать: «Неужели прямо в поле и сел?» «Да, в поле», – она повторила и пошла на кухню за чайными парами.