– Это одеяло мне не нравится.
Нерт молча накрылся новым. Холодным и невкусно пахнущим одеялом.
В хорошем одеяле я отошла к сумкам. Из одной достала банку. Надо нанести маску. Размазывая состав по лицу, я покачала головой:
- Если без шуток: это так скорбно, что хочется удавиться.
- А если с шутками, то весело. Необязательно ведь доводить всё до крайности. Просто брак - это работа, ты сама согласилась. Упрощает одно, усложняет другое. Надо сразу подходить к вопросу с реальными ожиданиями. Разногласия всплывут рано или поздно, и если можно решить их заранее, стоит этим озаботиться.
- И сразу отсеивать людей, которые не подходят. Но знаешь, если на первом свидании задаёшь человеку кучу циничных, холодных вопросов, как на собеседовании - это отпугивает.
- Знаю. Поэтому задаю их на втором свидании. На первом надо просто убедиться, что человек не бесит. Для этого надо с ним пройтись, поесть, пошутить и примерно выяснить из чего состоит его жизнь.
- У тебя была хоть одна девушка, продержавшаяся дольше двух свиданий?
- Да.
- А больше одной?
- Да.
- Две?
- Нет.
- Три?
- Всё перебирать будешь? Ты-то сама как парней выбираешь?
- Их выбирают родители. Это должен быть аристократ и, желательно, не самый последний.
Иен засмеялся, переворачиваясь на бок:
- И это я циник?
- Не сравнивай. Я выхожу замуж по расчёту. Ты... почти по любви. Если, конечно, ты умеешь влюбляться. Ты хоть раз влюблялся?
- Ты про пресловутых бабочек в животе? Ну, типа да. У меня лучше получается влюбляться спокойно, но надолго. А так, чтоб сходить с ума – никогда, и слава Создателю. А ты?
- Раньше влюблялась во всё, что двигалось. А то, что не двигалось, я двигала и влюблялась. Теперь меня бесит всё, что движется. Что не движется - я не трогаю.
- Ясно... познакомить тебя с паралитиком?
Я не сдержала смех:
- Чёрт! Ты и твои шутки… Бесишь! – размазала остатки маски по рукам и накрыла лицо зачарованной салфеткой. - Хотя, если честно, меньше многих. Ты вполне терпимый, если привыкнуть.
- Логично - ты считаешь меня тормозом. Мало двигаюсь - мало бешу.
- Возможно, юморист, возможно. Но знаешь, уже меньше. Ты ведь не тормозишь, а просто не бежишь впереди мыслей. Это хорошая черта. Мне её не хватает.
- И большей доле человечества, - кивнул Иен. - Если бы люди думали, прежде чем действовать, общаться с ними было бы проще.
- От лица истеричек заявляю: вам, пофигистам, жить легче!
- От лица пофигистов: нам пофиг на ваше частично неправильное мнение. В отличие от вас, нам бывает скучновато. Да и истерички иногда выводят.
- Я тебя бешу?
- Да. Но за тобой весело наблюдать. Типа как... за хомячком в колесе. Бежит куда-то, придурок, а сам на месте стоит. Забавный.
- Обижусь, - предупредила я.
- Я ж пофигист - мне на это пофиг. Короче... потом твой хомячок оказывается сердечником и падает в обморок. И тут ты понимаешь, что он просто не мог затормозить в этом колесе.
Я тяжело вздохнула.
- В этом ты, пожалуй, прав. Нервничать - это как бежать с горы - в конце либо падаешь, либо постепенно замедляешься. А если гора никак не кончается, ты просто бежишь, и всё. И потом падаешь.
- Вот. Ты - застрявший хомячок, который слишком разгоняет своё колесо. Тебе надо иногда палец в лопасти засовывать, чтоб оно остановилось.
- А ты - дохлый хомячок! - я со смехом сняла салфетку - очень хотелось заглянуть в его смеющееся лицо. - Тебя в ручную раскачивать надо.
- Потому Луна и сказала, чтоб я помог тебе с украшениями на свадьбе - мы в одном колесе. Ты бегаешь, как припадочная, и постоянно спотыкаешься об меня, а меня просто бросает во все стороны, как будто бы я тоже двигаюсь. И сам веселюсь, и тебе ускоряться не даю.
- Припадочный хомячок-сердечник и хомячок-паралитик в одном колесе... это так по-жестокому мило.
- Ага.
Закручивая банку с маской, я предложила:
- А давай, я и тебя намажу кремом?
- Мне придётся потом его смывать?
- Нет.
- Тогда давай.
Я села на край дивана. Иен сел, зачерпнул крем.
- С тобой приятно общаться, - признала я, нанося крупные мазки себе на шею. – Ты тридцатилетний лоб, а вообще не беспокоишься о том, что прожил почти половину жизни.
- А надо? Я могу умереть и завтра, и в девяносто. У каждого свой срок. Просто живи так, чтоб не стыдно было умереть в любой день и час. И, кстати, мне двадцать девять, это только ты здесь бабка, которая уже начала путь к сорока.
- Ненавижу тебя. И я пока не собиралась умирать… просто кризис среднего возраста уже на подходе. Я тебе кое-что скажу, обещаешь не сдавать?