Сначала вода ледяная. Настолько, что я ахаю, но не сопротивляюсь, когда слабые струи стекают по волосам и спине. Упираюсь руками в стену и сжимаю челюсти, наблюдая за тем, как окрашенная кровью вода, стекает в сток под ногами.
Не прошенные картинки лезут в голову. Горы тел, оторванные конечности. Кровь. Боль. Крики. Антония. Распахиваю глаза, поняв, что почему-то закрыла их. Вода из ледяной становится едва теплой. Я беру единственное мыло на полочке и привожу себя в порядок.
Как долго я спала? Оглядываюсь по сторонам. В комнате достаточно светло. Состязание проходило ранним утром, на рассвете. Я что сутки проспала? И где носит Валери?
Выключаю воду, хватаю полотенце и убираю лишнюю влагу, а затем открываю баночку с мазью и сова гляжу на себя в зеркало. Помимо раскрашенного лица, у меня еще и покрытые синяками ребра. Однако думаю, это заслуга того мудака в проулке. Хреновая была идея нарываться на драку без корсета.
Наношу мазь на лицо и тело. Боль немного, но отступает. Так что у меня даже появляются силы почистить зубы и наконец избавиться от этого ужасного привкуса во рту. В голове одно за другим вспыхивают вчерашние события. Кажется, мы с Вал разговаривали, но слов не разобрать. С того момента, как я присосалась к бутылке, все как в тумане.
Вздыхаю и возвращаюсь в спальню. Нужно выяснить, где Валери. Открываю верхний ящик небольшого перекошенного комода, куда сложила свои вещи, и достаю черную рубашку из мягчайшего шелка. Груда грязного белья все так же свалена посреди комнаты, и я хоть убей, но не могу вспомнить нужное заклинание, чтобы все почистить. Только решаю оставить все как есть, и надеть свежие брюки с корсетом, как входная дверь распахивается.
Валери входит, держа в руке поднос. Ее взгляд бегло осматривает меня с ног до головы.
– Каким-то образом ты выглядишь даже хуже, чем вчера. – в голосе веселые нотки, от чего я на мгновение замираю, но потом быстро прихожу в себя и демонстрирую ей средний палец.
Вал усмехается, опуская поднос на стол.
– Ты проспала почти сутки и оказывается, твоя магия работает, даже когда ты в отключке.
Точно.
Делаю глубокий вдох, и выпускаю иллюзию наружу, открыв дверь за которой она была запечатана. Моя магия циркулирует по венам и вдоль позвоночника. Наша с Вал кожа теряет мерцание, волосы и глаза приобретают привычный оттенок, а шрамы сестры вновь возвращаются на место. Она смотрит на свои предплечья без единой эмоции.
Я выдыхаю с облегчением от приятных ощущений, что разливаются по всему телу. Головная боль практически целиком исчезает. Мысли прочищаются, и я снова могу нормально думать. Два дня. Мне удалось продержать иллюзию два дня без перерыва. Это мой личный рекорд. И не смотря на всю последующую боль, я таки горжусь собой.
– До сих пор не понимаю, как это работает. – бормочет Валери себе под нос.
Опускаюсь на стул, поморщившись от боли в ребрах.
– Если ты зажжешь свечу, – начинаю, не совсем понимая, зачем вообще пытаюсь что-либо объяснить. – Она ведь будет гореть, пока ты ее не потушишь, не так ли?
Вал хмурится и садится за стол напротив меня.
– Или пока воск не расплавится целиком.
– Да. Но в нашем случае это будет равносильно смерти.
Ведьма без магии – мертвая ведьма.
– Так что, – продолжаю, осматривая содержимое подноса. – Не имеет значения, в сознании я или нет, пока я жива и относительно здорова, иллюзия будет держаться.
Правда с последующей головной болью, но это мелочи. Любая магия требует жертв.
– Что это? – указываю на тарелку супа. По крайней мере, я решаю, что это суп, потому что он горячий и в нем плавают какие-то овощи. Однако цвет у него розовый.
– Кая сказала, это помогает от похмелья.
Хм, сейчас я готова даже крысу съесть, если это поможет от алкогольного тумана и тошноты. Ставлю перед собой тарелку, Валери делает тоже самое со своей кашей. Ее еда в отличие от моей, выглядит вполне себе нормально.
– Кая, хм? – зачерпываю ложку супа и тут же отправляю в рот.
Вау, вкус потрясающий. И сладкий, и терпкий одновременно. Как десерт, но не совсем.
Валери закатывает глаза на мой недвусмысленный намек и молча начинает есть свою кашу. Я позволяю ей насладиться тишиной буквально пару мгновений, но потом:
– Не будь ханжой. Ты могла бы развлечься, пока я пытаюсь не умереть.
– Заткнись и ешь. – резко бросает она.
– Значит, – подаюсь вперед, отложив ложку в сторону. – Кая внизу не в твоем вкусе?
Сестра ничего не отвечает, даже не смотрит на меня и продолжает доедать свою кашу. Мой внимательный взгляд скользит по длинном шраму на ее глазу, по цепочке более коротких рваных шрамов на ее шее и руках. Некоторые явно от когтей и клыков. Что-то мне подсказывает, что то, через что я прошла вчера, для нее обычный вечер пятницы.