Прохожусь пальцами по спинке кресла, осматриваясь по сторонам.
Его убежище. Это его убежище.
– Полагаю, Америда ничего о нем не знает.
Снова смотрю в его серые глаза, и Зейд медленно качает головой, выдыхая дым. Мне любопытно. Очень любопытно, что он курит и зачем. Но я не двигаюсь с места, выпрямляясь и складывая руки на груди.
Боль в висках становится почти нестерпимой, так что приходится снять иллюзию со своего оружия. Пульсация остается, но уже легче.
Взгляд серых глаз Зейда бесцеремонно проходится по всему моему телу.
«Обычно меня не возбуждают женщины с оружием. Но есть в тебе что-то такое, от чего мой член так и встает»
Я усмехаюсь.
– Как мило.
Он пожимает плечами, будто не сказал ничего необычного или вызывающего.
«Я не склонен прятать свои желания. В отличии от тебя»
Делаю небольшой шаг к нему.
Его тело абсолютно расслаблено, излучает уверенность с легким налетом на высокомерие. Вот только складывается такое впечатление, будто это оправдано. Словно он действительно наследный принц, которому суждено править однажды.
Сексуальный ублюдок.
– То, что я считаю тебя привлекательным, не значит, что ты мне нравишься. – безразлично сообщаю я.
Он хмыкает и делает еще затяжку этого ароматного дыма.
«Но это делает напряжение между нами довольно увлекательным, согласись» – глаза в очередной раз вспыхивают серебром. – «Мы не нравимся друг другу, но хотим друг друга трахнуть. Это очень увлекательно»
Вот же ублюдок. Но он прав. Чем больше я нахожусь в этой запертой комнате, тем сильнее покалывание внизу живота. Поэтому решаю сменить тему.
– Те феи внизу, – киваю в сторону двери, которой сейчас не видно. – Не боишься, что они доложат твоей царице?
Он выдыхает и тушит обуглившийся табак о каменную тарелку на столике.
«Все, кто попадает сюда, проходят тщательный отбор» – снова откидывается на спинку дивана, захватив с собой стакан с янтарной жидкостью.
– То есть, ты проникаешь в их сознание, дабы убедиться, что их намерения столь же порочны, как и это место?
Зейд ухмыляется моей трактовке, но не отрицает. У меня возникает еще больше вопросов. Например, зачем ему это? Потому что скучно и негде больше развлекаться? Если так, то мой интерес к нему слегка поубавится. Должно быть что-то еще. Возможно, таким образом он собирает информацию. Шпионит. Та фея с зелеными волосами помогла ему пробраться в нашу комнату, хотя все, по идее, должны шарахаться от него. У него есть определенная власть. И он точно не изгой, которым я его считала. Интересно.
Медленно подхожу к стене слева от дивана.
– В тебе есть магия. – говорю, прислонившись спиной к дереву, и развернувшись к Зейду лицом. Его взгляд не отрывается от моего лица. – Получается, ты что-то вроде феи?
Я произношу это просто, словно мне вообще нет дела до него и его магии. Он подается вперед, ставит стакан на столик и упирается локтями в колени, обдумывая свой ответ.
«Фэйн» – наконец сообщает он. – «Так называют мужчин здесь»
– То есть, – отталкиваюсь от стены. – Ты фэйн.
Ответом мне служит молчание, что лишь подтверждает мою теорию об его истиной природе. На моих губах появляется невольная улыбка.
– Не говори. – выпаливаю, приближаясь к нему. – Я и так знаю ответ.
«Правда?» – почти усмешка, но в ней слышатся и нотки любопытства.
Киваю.
– Итак, – опускаю руки, делая глубокий вдох. – Зачем я здесь? Что ты хотел мне показать?
«Показать?» – снова тянется к табаку и поджигает его. – «Я не говорил, что хотел что-то показать»
– Не говорил, но иначе зачем я здесь? – развожу руками в стороны. – Если хотел просто поговорить, мы бы сюда не тащились. Вряд ли ты бы вообще стал показывать это место без особой необходимости.
Серые глаза вспыхивают серебром, и Зейд снова откидывается на спинку дивана. Одной рукой хлопает по месту рядом с собой. Но я упрямо подхожу к столику и сажусь на него, прямо перед Зейдом. В таком положении наши колени практически соприкасаются. Упираюсь руками по обе стороны от себя и жду.
– Ты хотел помочь с соревнованиями. Выкладывай.
Но вместо ответа, Зейд протягивает мне табак. Мои губы рефлекторно приоткрываются, и он вкладывает между ними влажный от его слюны кончик.
«Вдохни»
Он наклоняется ближе ко мне, и наши лица оказываются практически на одном уровне. Делаю глубокий вдох, тут же чувствуя острую свежесть в груди и мятное послевкусие на языке. Кашель застревает в горле, но что удивительно, боль в висках притупляется. Выдыхаю ароматный дым в пространство между нами.
«Поразительно, да?» – спрашивает Зейд забрав табак из моих губ и тут же вложив его в свои. Серый взгляд не отрывается от моего синего. – «Как много ты не знаешь о моем мире, а я о твоем»