1.
— Тпр-ру! – крикнул возница, натягивая поводья – и цокот копыт затих. – Всё, молодчики, дальше мне ходу нет!
Экипаж остановился прямо посреди зелёного леса, который всё ещё цвёл и пах, несмотря на приближающуюся осень, а сегодня, пригретый солнцем, так и вовсе казался сказочным. Птицы щебетали так громко, что порой чуть не заглушали голоса путников.
— А что, мы к самому Рэйвенстеллу не подъедем? – озадаченно спросил маг по имени Мерлин, высунувшись в окно кареты.
— Туда нынче драконов пускают, а лошади их знаете как боятся? Да и я сам, если честно, опасаюсь…
Фея с драконом, что сидели в экипаже напротив, переглянулись. Она – прыснула, он – лишь улыбнулся краешком губ и взялся за ручку дверцы:
— Тогда нам ничего не остаётся, кроме как дойти пешком.
— Здесь недалече, – добавил возница, наблюдая, как трое пассажиров выходят из кареты и оправляют свои одежды. – Полторы мили по тропе, там увидите таверну “Сытый Волк”, а за ней и городские ворота Рэйвенстелла. Дорога сухая, погода прекрасная, отличная должна быть прогулка. Я бы и сам прошёлся, да драконы…
Лорелея снова не сдержала смешка.
— Отчего же вы их так боитесь? – спросила она, когда возница уже неторопливо разворачивал экипаж. Тот бросил на неё хмурый взгляд:
— Вы ещё так молоды, миледи, а мне доводилось видеть драконов во время последней войны. Рэйвенстелл чудом выстоял в то время. Не доверяю я им…
— Что же, спасибо за службу, – Рэйнольд Огнерождённый щелчком отправил вознице монету, и мужичок ловко поймал её.
— А вы берегите там себя, за чем бы ни отправились.
— Хорошего вам пути! – крикнула фея вслед удаляющейся повозке.
— Значит, “Сытый Волк”, – маг потёр руки. – Полагаю, это и есть то самое место, которое мы ищем.
— Надеюсь, мы придём раньше, чем моя мама, – задумчиво протянул дракон. – В любом случае, нам нужно спешить.
И все трое двинулись вперёд: Мерлин – насвистывая мотивчик, Рэйнольд – шагая ровно и твёрдо, выдавая своё военное прошлое каждым дивжением, а Лорелея – подхватив его под руку и то и дело догоняя перебежками высоких мужчин.
2.
Надежды оправдались. Оказавшись на пороге таверны спустя недолгое время, Рэй внимательно оглядел присутствующих, а потом облегчённо выдохнул:
— Сегодня судьба к нам милостива. Если бы маман пришла раньше нашего, был бы жуткий скандал.
— А она у тебя строгая, да? – улыбнулся Мерлин, присаживаясь за один из свободных столиков. Лея селя рядом, прямо под лучами солнышка, и довольно зажмурилась.
— Всё будет в порядке, – произнесла она. – Я умею ладить с людьми.
— Вот именно что с людьми, – с нажимом ответил Рэй. – А не с драконами. У нас, знаешь ли, несколько другие порядки и идеалы. Во-первых, даже не пытайся с ней спорить, среди Драконов в главе угла стоит субординация: младшие обязаны уважать и почитать старших, несмотря ни на что.
Лея хмыкнула.
— Это не сложно.
— Во-вторых, отвечать надо чётко и быстро, и идеальным ответом в любой ситуации будет: “Да, мэм!”
— Да, сэр! – насмешливо ответила фея.
— В-третьих…
— Постой, – перебила она. – Не будем же мы встречать её с пустым столом! Пойду закажу что-нибудь к обеду.
И Лорелея побежала в сторону стойки тавернщика, а дракон сжал кулаки на столе, и губы его превратились в тонкую напряжённую нить.
— Ох уж эти женщины, – усмехнулся Мерлин, провожая фею взглядом. – Особенно такие юные особы, как наша Лея.
— Ей больше трёхсот лет, – хмуро напомнил дракон, но маг только отмахнулся:
— Слушай, Рэй, тебе это место странным не кажется?
— Не кажется. Чувствуешь опасность?
— Не то чтобы…
Мерлин снова и снова рассматривал таверну, и всё вокруг то и дело мерцало неясными образами. То за столом крестьянка вдруг оказывалась в синих джинсах и кожаной куртке, что совершенно не соответствовало окружающей действительности, то сама таверна начинала выглядеть, как бар из другого мира, то у молчаливого задумчивого тавернщика, что при входе напоминал ушедшего на покой пирата, черты лица становились тонкими и бледными, а на голове появлялись заячьи ушки.
— Наверное, показалось, – протянул Мерлин, не желая вдаваться в подробности своего видения.
Тем временем белокурая феечка подбежала к тавернщику и выложила на стол несколько золотых монет:
— Накройте нам стол на четверых, самым лучшим обедом, что у вас есть!
Тавернщик опёрся о столешницу локтями и, положив голову на ладони, склонил её чуть на бок и смерил девушку внимательным взглядом пронзительного глаза. Одного. Второй оказался скрыт под чёрной повязкой.