- То ей легко уйти и никто не посмеет заставить омегу, если она признает своим какого-нибудь вожака, пусть он и не истинный, - продолжаю, сама не отдавая себе в этом отчет.
Просто наружу выходят словами мысли уже сформировавшиеся в голове.
- В точку, - одобрительно кивает моя собеседница, - а истинная Маинера его еще полностью не признала, а вот на него самого истинность давит и еще как. Он не сможет ни в чем ей отказать. Может показывать ей характер, но будет делать все, чтобы она стала его.
Сглатываю вязкий ком в горле и опускаю взгляд в пол. Это все надо обдумать. Если все так, как далеко Маинер сможет пойти? И удастся ли вообще с ним договориться? А еще более сложный вопрос о моих детях - они же первенцы Маинера, к тому же разнополые. И если Нея, девушка, в ней гена Альфы не может быть, она просто сильная волчица, то Димат по максимуму взял от отца, а значит возможным детям Маинера и Алиты не останется практически ничего, слабые отголоски - ген в них будет, конечно, но недостаточный.
- Сыну твоего мужа и его избранной не стать полноценным Альфой и вожаком из-за твоего сына, - в тон моим мыслям отзывается Эльда, - и даже изгнание, большой риск. Кто мешает Димату вернуться? А убрав тебя и волчат, она посадит своего сына на место отца, как приемника. Сейчас это приемлемо, быть наследником, хоть и слабым, - кривится волчица, - но вы мешаете и сильно. У тебя всего две дороги Катрина, либо победить, либо смерть.
Закрываю глаза и прячу лицо в ладонях. Это кошмар. Все не просто плохо, а намного хуже, чем я предполагала. Голово кипит от мыслей, а сердце разрывается от боли и… страха.
Я боюсь. Просто невероятно боюсь. Боюсь, как непозволительно сильной волчице.
Медленно встаю со стула, пошатываясь под тяжестью обрушившейся на меня информации. Медленно переставляю ногам, смотря только на дверь, через которую я мечтаю сбежать. Выйти и чтобы не было всего этого.
Я еще живая, но уже труп.
И уже дойдя до двери оборачиваюсь. Эльда по-прежнему сидит в своем кресле, только пристально смотрит на меня с… жалостью что-ли.
- Раз у нас такой откровенный разговор, - выталкиваю из себя слова, - скажи мне, почему ты не выбрала моего отца, Омега? Ты же его истинная. Я его единственная дочь. Да, ваша бы дочь была слабой, но сыну бы перешло все, что было в отце и ты бы могла поставить вашего сына на место отца. Тебя же воспитывали, как омегу, так почему?
- Потому что этого не хотел твой отец, - усталая и горькая улыбка касается губ женщины, - Я бы не приняла тебя и он это знал. Это самцы могут и десяток чужих принять, если это дети истинной, а самки стоят только за своих щенков, не желая делить внимание избранного. Ты бы, кстати, смогла взять к себе чужого, удивительно много сострадания для волчицы в тебе, а я вот нет. Вот и получилось, что мы и вместе быть не могли и порознь тоже. Я хоть и не чувствовала в нем истинного, но влюблена была. Так и жили - он не мог без меня, но и не был согласен тебя терять, а я без него, но мириться с твоим существованием не могла. Ты ненавидела меня за то, что я появилась в его жизни и он не устоял, забыв про твою мать, а я ненавидела тебя, что имея все права, осталась для него всего лишь амантой. Увы, не суждено нам с тобой было дружить…
Киваю, принимая такой ответ и разворачиваюсь к выходу. И уже за порогом улавливаю волчьим слухом тихий шепот женщины.
- Да поможет тебе Луна, моя девочка!
Глава 9
На улице, за время проведенное в центре, поднялся ветер, а с гор надвигались тяжелые свинцовые тучи.
Сезон дождей вступил в свои права.
Для Туманного острова обычное явление.
Надо успеть дойти до того, как разразиться буря, которая, вполне возможно, будет ничуть не тише, чем вчера. Вот только дойти куда? До дома, где меня ждет муж и его избранная? Смешно, но за годы жизни на острове у меня не появилось друзей, сказалось жизнь отшельников, а потом то, что я была приближена в вожакам стаи. Прихвостней много, а вот друзей - нет. Даже аманты, казалось бы, которые должны понимать меня, как никто, теперь повернулись спиной.
К Эльде нельзя - там дети и открывать их местонахождения я пока не собираюсь. Если только к ведьме… о да, представительница самого обособленного, нелюдимого народа, больше всех чтущая полное уединение, будет в “восторге” от гостей. Особенно от таких проблемных, как я.
Петляю по улицам, особо не заботясь о том, куда иду. Чувствую, что все равно промокну сегодня. Волчица в груди недовольно порыкивает - не любит излишнюю влагу. Но тут ничего не поделаешь, не могу же я уйти жить в лес. Я волчица, конечно, но не полностью лесной житель, чтобы отказаться от благ цивилизации на длительный срок.