Напрягаюсь и уже сама, как сумасшедшая оглядываюсь, боясь мнимого преследования - улица пуста, в это время все волки на работе.
- И откуда ж у тебя эта информация?
- Я работаю в доках, Госпожа. Но сегодня пришлось пропустить работу по понятным причинам, но не смотря на это, мне часа три назад позвонили домой с командой, если в порту появится жрица или дети вожака, задержать и доставить к Альфе. Не полновесная команда выловить вас, где-бы вы не были, но в порт вам нельзя никак.
Хочется неприлично ругнуться. Какой-то закон подлости - я даже еще подумать об этом не успела толком, а Маинер уже предугадал возможные действия и подстраховался.
Если эта информация верна, то единственный шанс спрятаться, только на острове - никто не рискнет своей шкурой вывозя меня и детей отсюда.
- И… - волк помялся, - хоть я и слабак, но послушайте мой совет. Вы может уже и не Госпожа, но в вас есть нечто уникальное. Вы жрица. То, что вы сделали для моей дочери, на острове не может делать никто. Вы единственная здесь, а без вас остров загнется. Даже ради истинной вожак не сможет пожертвовать кланом…
О силе жриц была одна из самых первых моих мыслей и видимо ее и придется приводить в действие.
Глава 10
Гуляю по нашему поселению, собирая на себе презрительные взгляды и шепотки. Ощущение, что все вышли на улицу, чтобы посмотреть на меня. За потоками дождя прячу слезы, ухожу за поселение и, обернувшись, соревнуюсь по громкости с непогодой. Вою и реву, даже не понимая в какой ипостаси.
Выплескиваю все, что скопилось за последние сутки. Растерянность, боль, обиду. Столько лет… и вот моя жизнь рушится, погребая меня под обломками.
Я не на такую жизнь соглашалась. Ни этого хотела. Ни об этом мечтала. Да какие мечты? Я просто надеялась, что у меня будет наконец спокойная жизнь. После всего, что случилось, после всего, что пережила, но нет… тогда был еще не финал, после которого долго и счастливо, мне еще надо побороться, а я не уверена, что смогу.
Слишком сложно. Никого рядом.
Папа, смотря на меня мудрыми глазами, не скажет, как правильно. А вот сейчас бы я его послушала. Не было бы топанья ножкой и желания задрать нос. Я бы прижалась к нему и слушала все, что он мне скажет. Приятное или нет, не важно.
Мама бы перебирала мои волосы, сплетая их в толстую рыжую косу и говорила, что все будет хорошо а я бы ей верила.
А еще истинный… самый-самый, о котором мечтает каждая юная волчица. Он обязательно бы пришел и забрал меня с собой. И мы были бы с ним бесконечно счастливы. Я и он любующиеся луной.
Но реальность другая. Нет ни мамы, ни папы. И истинного тоже нет.
Есть мужчина, которому я доверилась и прогадала. Этап “долго и счастливо” завершен. Теперь уже я должна прижимать одного ребенка к груди успокаивая, а другой говорить, что все будет хорошо. И не просто говорить, а сделать, чтобы так и было.
В дом Альфы возвращаюсь только вечером.
Мокрая и грязная, но плевать. Богиня и в грязи остается богиней. Я не богиня, но сегодня буду ей, потому что надо. Потому что пора узнать, какую судьбу уготовил мне мужчина, которому я доверила свою жизнь и подарила детей.
Дети - это же не просто забеременел и родил. Это доверился настолько, что хочешь видеть свое и его продолжение еще в ком-то. Как высшая степень доверия.
А мы ведь не избранные с Маинером, а с детьми в таких парах, как у нас, все намного сложнее. Разница в десять лет между Диматом и Неей, настоящее чудо. Нам Луна даровала двух детей. Двух! Что он решит делать с этим даром?
У порога скидываю грязную обувь, плащ и в мокром платье иду через холл к лестнице, оставвляя за собой мокрые следы.
Назия и Алита выглядывают из кухни и, судя по взгляду последней, она уже в курсе, кто я такая. Что ж… ожидаемо.
Правда на удивление молчит и я спокойно отправляюсь наверх, в кабинет Альфы. Уверена, что вожак там.
А я даже не нервничаю. Волчица позволила все выплеснуть и стало пусто. пусть на короткое время, но безразлично.
Я поговорила со всеми с кем могла, узнала все, что смогла и готова к разговору с Маинером, как никогда.
Тянуть больше нельзя и играть в “сама себе придумала” тоже не буду. Чтобы он не решил, я хочу чтобы тот, кто был моим мужем больше двадцати лет, сказал мне это в глаза.
- Поговорим любимый? - тихо прохожу в открытую дверь кабинета и усаживаюсь за стол напротив Маинера.