Вообще-то это был чистой воды бред, учитывая, что у нас есть голосовые диспенсеры с тысячами заряженных лекарств, но ей об этом знать было не обязательно. После нескольких солнц совместного проживания даже меня допекли ее вещи, вечно валяющиеся где попало.
— Слушай, ты не против, если я пойду проведаю твою маму?
— Конечно. Передавай ей привет.
Я поднялся и направился к выходу:
— Если я кому-то понадоблюсь, спустись и скажи Адоре.
Сумасшедший ритм ночной жизни Одхейма накрыл меня сразу же, едва я свернул в главный зал, где за самым большим баром «Брот Аднак» заправляла Адора. Я коротко махнул ей рукой и зашагал по шумным служебным коридорам, где работники подпирали стены, ловя редкие минуты отдыха между наплывами клиентов.
Черная штора, отделявшая склад от VIP-зала, насквозь пропиталась запахом пролитого алкоголя и вездесущими нотками мускуса. Этот шлейф мгновенно осел на моих руках, стоило мне переступить порог. Кэти, как и в прошлые ночи, стояла за барной стойкой.
— Опять ты, — проворчала К’терра, доставая из ящика бутылки с вином и выстраивая их на полке. — Адоре пора брать с тебя плату за вход, учитывая, сколько времени ты тут торчишь. У тебя что, пациентов наверху нет?
— Заткнись, — с улыбкой бросил я и оккупировал свой привычный барный стул.
Кэти молча придвинула мне бутылку воды, ведь я у нас парень ответственный.
— Ну, как она?
— Твоя дочь поразительна, — искренне ответил я. — Если она выдержит обучение, то вполне может дорасти до хирурга.
Кэти так и просияла.
— Два поколения матерей-одиночек, и в итоге — хирург. Впечатляет, да?
Еще одно доказательство того, что разорванные связи — это у них семейное.
Я сделал глоток воды, не сводя глаз с земной женщины, из-за которой доходы «Брот Аднак» взлетели до уровня былых времен. Когда Кэти бывала наверху, она обычно закручивала волосы в пучок на макушке. Ей так нравилось. Но здесь, внизу, она оставляла их распущенными, словно пряталась за этим шелковым занавесом.
Пальцы позорно зачесались, и я принялся обводить выступившие на бутылке капли конденсата. Мне безумно хотелось запустить руки в ее волосы и собрать их для нее. Обнажить эту хрупкую шею и маленькие ушки, которыми она так упорно игнорировала мои советы.
Возьми себя в руки.
Ни к чему хорошему эти мысли не приведут, Кэти и так натерпелась. Жить бок о бок в столь тесном пространстве, сколько бы ни продлилось наше изгнание, и без того будет непросто. Я уже дважды ловил себя на том, что пялюсь на нее, пока она спит на диване, и даже придвигал стул, чтобы с комфортом наблюдать за ней, как заправский маньяк.
По крайней мере, в этом плане ее связь работала без сбоев.
Кэти вдруг вжала голову в плечи и занервничала, перебирая пальцами. Как и следовало ожидать, рядом со мной нарисовался ветусианец с чересчур ослепительной улыбкой и слишком уж прямой спиной.
— Привет, Кэти.
Бутылка выскользнула из моих пальцев, и я с глухим стуком приложился зубами о толстое горлышко. По деснам резанула боль. Откуда, блядь, он знает ее имя?
— Танасс, — отозвалась она с мимолетной улыбкой. — Тебе «Даконианского Бродягу», как обычно?
Как обычно?
Он подмигнул ей. Подмигнул!
— Сама знаешь.
Я с силой грохнул бутылку о стойку, но никто даже ухом не повел. Зуд в кончиках пальцев превратился в обжигающий жар. Если бы я не сжал руки в кулаки, конденсат на моей бутылке просто испарился бы от злости.
— Мелек! — окликнула К’терра, призывно махая мне из-за черной шторы.
Я нехотя сполз со стула и подошел к ней, прислонившись к стене у самого прохода. Мне все это не нравилось. Вообще не нравилось.
— Я нашла психолога, — сообщила К’терра, а затем с размаху ткнула кулаком мне в плечо. — Ты меня вообще слушаешь? Или твоя фантазия вовсю рисует картины того, как ты душишь этого парня?
Я глухо рыкнул и повернулся к ней:
— Ты нашла психолога.
— Он молод, но специализируется именно на травмированных пациентах.
— Хм, это кстати, — буркнул я. — И сколько ты ему рассказала?
Она придвинулась ближе, переходя на шепот:
— Про сексуальное насилие — ни слова, но он знает, что она человек. И я была крайне убедительна, когда объясняла, что ему нужно держать язык за зубами, — она сделала театральную паузу и добавила: — За два кредита за сеанс.
— Грабеж. Особенно учитывая, что я планировал вывезти их отсюда в одно из ближайших солнц.