— Приготовили. Грейс уже легла, — сказала она. — Мы посмотрели фильм, уплетая те чертовски вкусные шоколадные штуки. Я решила зайти, раз уж обещала, что мы поговорим сегодня.
— Блядь. Уже так поздно? — Взгляд в окно подтвердил: пурпурный оттенок Одхейма стал менее ярким. — Сегодня было столько пациентов, что я потерял счет времени.
Я подошел к ней. По мере моего приближения ее зрачки не выдавали ни страха, ни дискомфорта. Она избавилась от этого рефлекса после того случая с «не-прикосновением», а заодно и от изрядной доли своего нездорового упрямства.
— Я оставила тебе порцию ужина, — сказала она.
— Правда?
— Угу, тарелка на журнальном столике. Наверное, уже остыла.
Это был незначительный жест, но он согрел мне сердце.
— Как прошла смена?
Она пожала плечами.
— Адора держала меня в подсобке. Я раскладывала товар. Всего пару часов или около того.
— Ты знала, что зарабатываешь больше меня? — спросил я с улыбкой. — Завтра могла бы потратить сбережения на что-нибудь приятное. На штаны по размеру, например.
Она откинула голову назад и посмотрела на меня, закусив губу, а затем отпустила ее — влажную и полную.
— Или на то, чтобы мы встали на ноги, и тебе не пришлось больше надрываться, обеспечивая нас.
Я шагнул еще ближе, сокращая дистанцию. Сердце екнуло от такой близости, желание поцеловать ее было невыносимым. Снова эта связь окутала меня, притягивая к ней. Я подсознательно ждал, что она сейчас лопнет и размозжит мне лицо, сломает нос в щепки.
— У меня никогда не было возможности о ком-то заботиться. — Мой голос звучал так, будто я протащил его по гравию. Кэти, должно быть, заметила это, потому что охнула. — Теперь, когда она есть, должен сказать, что мне это нравится. — Я был достаточно близко, чтобы обнять ее. Но не стал, а вместо этого засунул руки в карманы от греха подальше. — И ты мне нравишься.
Кэти была женщиной, которая твердо стояла на ногах, и я этим восхищался. Она прошла через тяжелые испытания, будучи совсем юной. Как и я — это давало мне чувство родства. В ней было столько женственности, что порой я задавался вопросом: а хватит ли во мне мужественности для нее? Если бы я решил добиваться ее… чего я, конечно, не планировал.
Она отвернулась от моего признания и опустилась на диван.
— Ладно, психолог. Давай покончим с этим, я вымотана.
Я сел рядом, но достаточно далеко, чтобы притворяться всего лишь ветусианцем, с которым она делит квартиру.
— Давай обсудим тот случай. Он проявлял агрессию раньше?
— Я никогда не считала его агрессивным, но он был напористым с самого начала.
Интересно.
Для того, кто имеет безупречную репутацию и поддержку департамента, поступок Кидана казался настолько отчаянным, что граничил с безумием.
— Слушай, я понимаю, это трудно, но… я нашел его в ванной, а ты так и не сказала мне…
— Он напал на меня в гостиной, — выпалила она. — Все началось довольно безобидно. Он взял меня на руки. Попросил поцеловать его всего один раз. Стать его анам гайл.
Вот что стало триггером в тот день.
Один момент найден, осталось обнаружить остальные.
В каком-то смысле я хотел исцелить их все.
— И где это переросло в нападение? Ну, в какой части квартиры?
Она тяжело вздохнула.
— Он прижал меня к стене в изножье кровати, а я точно знаю, что это…
— Слепая зона, — закончил я, в голове начали складываться детали. — Уверен, он об этом знал. Думаю, он и поцелуй просил для того, чтобы была запись, подтверждающая согласие. Как он оказался в ванной?
Она отрешенно покачала головой, глядя в потолок.
— Не помню. Может, я вырвалась? Ну, должна же была, верно? Но я понимаю, что для меня все это в любом случае выглядит скверно.
— Мы не узнаем наверняка, пока не появятся новости в СМИ или пока я от кого-нибудь что-то не услышу, — сказал я. — Надеюсь, я не совершил ошибку, притащив тебя сюда и втянув в еще большие неприятности.
Она долго смотрела на меня с теплотой в глазах, которой раньше не было.
— Береженого Бог бережет. Я рада, что ты забрал меня, Мелек. Спасибо.
— Не за что, — ответил я, что прозвучало странно в данных обстоятельствах, но я бы не хотел, чтобы все сложилось иначе. — Он говорил что-нибудь подозрительное? Неуместное?