Я горько усмехнулся.
— Вот и я о том же… никакого присмотра. Все думают, будто дурь вымывает цвет из радужки, но на самом деле это генетическая мутация, запущенная препаратами. Процесс необратим.
— А если бы у вас с мамой родился ребенок, у него тоже были бы двухцветные глаза?
От этих слов инъектор выскользнул из моих пальцев, а по телу разлилось странное покалывание.
— Черт, я как-то никогда об этом не думал. Надеюсь, что нет. Мне и самому тошно жить, зная, что встречные то и дело плюют мне под ноги. — Я подобрал инъектор и убрал его в ящик тележки. — Пойду проверю, как там твоя мама. Сегодня у нас всего один частный прием, вряд ли я кому-то срочно понадоблюсь.
— Мне тоже можно идти?
Я рассмеялся, направляясь к выходу:
— Конечно. Как только бак опустеет. Если отмоешь плохо — вываляю все в грязи и заставлю переделывать заново.
Проигнорировав ее возмущенный стон, я спустился на первый этаж.
К’терра сидела за длинным кухонным столом в компании других работниц. Они шумно выпивали за здоровье клиентов, успевших по-быстрому закончить свои дела, и наперебой передразнивали их стоны и кряхтение.
— Вы уже раздали информационные диски? — спросил я, подходя к компании.
К’терра глянула за угол, в сторону главного зала, а затем бесцеремонно закинула ноги на стол:
— Ага. К завтрашнему дню каждая джал’зарка на Одхейме будет в курсе бесплатных уколов. Мы арендовали одну из старых лавок и уже повесили вывески. Там есть черный ход, но его я возьму на себя.
При этой новости у меня в жилах заиграл азарт.
— Хочешь сказать, ты тоже там будешь?
— Ты серьезно? — Она удивленно вскинула бровь. — Учитывая, в каком виде ты приполз в прошлый раз, я тебя одного не оставлю. Эта девка может быть трижды калекой и хромать на обе ноги, но ее хвостовой шип от этого менее опасным не стал. Если он вообще у нее остался.
— А где Кэти?
Она махнула рукой в сторону коридора:
— В пустом зале. Адора запрягла ее расставлять столы для закрытой вечеринки, которая будет через два солнца.
Я кивнул ребятам и зашагал по коридору. В моих движениях появилась былая легкость — вся вчерашняя хандра испарилась без следа. Для меня Земля теперь была на расстоянии каких-то двух прыжков через негативную материю. А за ними — скромное жилье, купленное на нехитрый заработок целителя, но счастье, которое нас там ждало, не измерить никакими кредитами.
Я зашел в дальний зал, где Кэти как раз двигала круглые столы и расставляла вокруг них стулья.
— И ты тут совсем одна?
Она аккуратно разгладила скатерть и лукаво взглянула на меня:
— Как видишь.
— Вот как? — Я высунул голову в коридор, проверяя обстановку, а затем бесшумно запер за собой дверь. — Ты даже не представляешь, что обычно творится в таких темных закоулках.
Она выпрямилась, и с каждым моим шагом ее улыбка становилась все шире. Я перехватил ее за руку и резко притянул к себе — глухой стук наших тел смешался с ее тихим вздохом.
Кэти обвила руками мою шею и подарила мне поцелуй. Внутри все вспыхнуло от этого безумного сплетения языков. Тот жесткий контроль, который я так долго выстраивал, дал трещину, и в голове закружились мысли обо всем, что я хотел сделать с ее телом.
Она с тихим стоном провела ладонями по моей груди, опустившись к поясу брюк. Кэти потянула ткань вниз, одновременно опускаясь на колени прямо предо мной.
Почувствовав, как мелко подрагивает моя верхняя губа, я хрипло спросил:
— Что ты делаешь?
Вместо ответа она ухватилась за край моего белья, и стоило ей обхватить губами мой член, как я запрокинул голову, издав глухой рык. Бедра сами толкнулись вперед, ложась в ее руку каждый раз, когда ее пальцы скользили к основанию.
— Сядь, — попросила она и, ухватив меня за бедра, подтолкнула к стоявшему рядом стулу.
Не в первый раз наша разница в росте диктовала свои правила.
Кончик ее языка прошелся по стволу, отчего головка возбужденно дернулась. Мощный прилив крови наполнил член, вены вздулись от напряжения — во мне проснулось желание, копившееся долгие пятнадцать земных лет.
Она обвела языком саму головку. Проклятье, как же мне хотелось запустить пальцы в ее волосы и заставить эти губы полностью поглотить меня. Когда она наконец глубоко заглотила мой член, я резко дернулся, отчего стул под нами едва не перевернулся.
Ее губы плотно сомкнулись, в комнате послышались тихие причмокивания — Кэти уверенно ласкала мой налившийся орган, заставляя яйца подтянуться выше. Из члена выделилось несколько капель смазки, и то, как она тихо промычала от этого вкуса, заставило меня содрогнуться всем телом.