Мелек бросил взгляд на стол, ногой постукивая по основанию нашего шезлонга, пока поверхность недопитых напитков не за затряслась. Большинство воинов теперь либо опирались друг на друга, либо на стеклянную перегородку позади них, уставившись в пустоту. Мелек перебирал пальцами, его тело становилось все более беспокойным.
— Мы можем уйти, если они тебя нервируют, — предложила я.
— Хм? — Он моргнул несколько раз. — О, нет. Просто я давно так не выбрался, понимаешь. Столкнулся с этим лицом к лицу.
— Не проблема, если ты хочешь уйти.
С улыбкой он кивнул.
— Как насчет танца?
Ответа Мелек ждать не стал.
Вернув бокалы на стол, он взял меня за руку и увлек за собой. Музыка снова оглушила нас, стоило выйти из лаунджа. Круглые плитки на полу светились белым, сменяясь синим под движениями ветусианцев, джал’заров и кокконианцев. Они покачивали бедрами и двигали конечностями, отчего у меня по шее побежали мурашки. Это был не фокстрот и не сальса.
— Здесь около сотни разных видов, — крикнул Мелек с широкой улыбкой на лице. — Правильных или неправильных движений нет. Просто слушай свое тело.
Он подошел ближе и положил ладони прямо мне на поясницу, плотно прижимая мои бедра к своим. Затем он стал двигать ими влево и вправо, пока мы не слились в общий ритм.
— Вот так, — произнес он одними губами, а затем провел губами по моему уху. — Похоже, мое тело подходит твоему без всяких усилий.
Бас вибрировал в ногах, заставляя меня двигаться, пока руки скользили вверх и вниз по груди Мелека. Ничто в этом не казалось странным или глупым. А если и казалось со стороны, нам было плевать.
Такая несдержанность и беззаботность дарили то, чем я не наслаждалась с тех пор, как увидела положительный тест на беременность. В этом крылось нечто освобождающее, словно я соприкоснулась с дикостью внутри себя, которая слишком рано оказалась скована обязанностями.
Но здесь, прижавшись к Мелеку, я заново открывала в себе ту молодую женщину, которая так много упустила в жизни. Все остальное я хотела исследовать вместе с ним.
Когда Мелек присел и прижался своими губами к моим, я закинула руки ему на шею и запустила пальцы в волосы на затылке.
Он обхватил мой зад и оторвал от земли, неся в сторону сада, пока хвост покачивался с каждым шагом. Спиной он толкнул дверь, и мы выбрались наружу в череде поцелуев.
Там он опустил меня вдоль своего корпуса с отчетливо проступающим сквозь одежду твердым членом, не скрывая потребности в моих прикосновениях. Он схватил меня за руку и повел сквозь толпу людей, пока мы не достигли одного из пробуренных в земле отверстий.
— Не смотри прямо туда, — предупредил он. — Это все-таки солнце.
Прямо рядом с нами конус света ослабел и потерял свой блеск. Когда земля под ногами завибрировала, он крепко обнял меня.
— Это нормально, — прошептал он. — Если прислушаться, можно уловить, как затихает что-то вроде электрического тока.
С каждым вдохом Одхейм погружался во тьму, пока конусы вокруг нас не почернели, как и за оградой, где раскинулся парк. Над нами плыли частицы пурпурной пыли, отражая последние следы света.
Его лицо прижалось к моей щеке, и он прошептал:
— Спасибо, что любишь меня.
Глава 22
Кэти
— Клыки у нее спилены, — рассказывал Мелек, выстраивая инъекторы в ряд на кухонном столе. — От лодыжки до середины икры тянется огромный шрам, и на эту же ногу она прихрамывает.
Такел хватал один пистолет-инъектор за другим и проверял спусковой крючок. Сломанные летели в корзину. Те, что работали, он передавал Грейс, а та с улыбкой забирала их и погружала в очищающий раствор.
— И я ввожу ей две дозы? — уточнил Такел.
Мелек взял один из отбракованных инъекторов и провел ногтем по ржавому спусковому крючку.
— Ага. Инъекции болезненные, две дозы должны вывести ее из строя достаточно надолго, чтобы мы с К’террой успели ее скрутить. В тот день я не обратил внимания на ее хвост, так что есть большая вероятность, что коготь у нее все еще цел.
К’терра хмыкнула.
— Ну, мой-то при мне, и я буду прижимать ее к этому столу, пока она не заговорит.
— Никаких травм на производстве, — огрызнулась Адора. — Не думайте, что в моем заведении существует такое понятие, как оплачиваемый больничный.