— Я бы никогда не посмел о таком и мечтать.
Такел окинул К’терру взглядом с ног до головы:
— И куда конкретно мне их колоть?
— Столько солнечных циклов занятий, а вас так и не научили, где у джал’зарок яйцевой мешок. К’терра… — Мелек сокрушенно покачал головой и подошел к ней, после чего провел пальцем прямо над ее юбкой. — Первую колешь вот сюда, а вторую — прямо рядом. Посередине между пупком и лобковой костью.
Такел кивнул, но тут же понурил голову и проворчал:
— Вообще-то я психолог…
Мы с Грейс взяли ультразвуковые очистители и принялись обрабатывать инъекторы, подготавливая один за другим к событию, которое должно было произойти через два дня. Между нами царило напряжение с тех пор, как я застукала ее за поцелуями с Такелом, но сегодня весь «Брот Аднак» работал как одна команда. Как семья.
— Я бы очень хотела помочь в тот день, — сказала Грейс. — Может, мне нарядиться, как ты тогда? Вам ведь понадобится кто-то, кто будет чистить инъекторы в перерывах, верно?
Мелек тихонько рассмеялся:
— Кто бы мог подумать, что тебе так приглянется чистка целительских инструментов?
В глубине ее горла зародилось ворчание, но она сглотнула его в тот же миг, как Такел кивнул, смотря на нее.
— Это слишком опасно, Грейс. Я бы себе не простил, если бы ты оказалась там и с тобой что-то случилось.
За это заявление он получил от меня дополнительные очки. Стремясь произвести впечатление, молодой ветусианец помогал нам с самого утра.
— В этом канале для иглы немного ржавчины, — произнесла я, когда из дозатора в моей руке закапала вода. — Есть чем ее удалить?
Мелек порылся в коробке с припасами в центре стола.
— Похоже, я оставил средство наверху. К’терра, не могла бы ты…
— И не подумаю, — отрезала джал’зарка. — Я помогла чем могла, а теперь мне нужно отработать свое содержание, пока Адора не выставила меня из дома.
Адора махнула рукой.
— Как будто от тебя так легко избавиться.
— Я мигом принесу, — вызвалась я и отошла от стола. — Что-нибудь еще нужно?
— Там есть маленький мешочек с изогнутыми иглами. Захвати и его, на всякий случай. Хочу быть готовым ко всем неожиданностям.
Грейс пристроилась рядом со мной:
— Я с тобой.
Я взяла плащ со спинки стула и накинула на плечи. Все эти недели он лежал на мне тяжким грузом, и теперь ткань снова заставила меня ссутулиться. После празднования Сон’идара даже вонь нищеты, повисшая над кварталом развлечений, казалась приятной переменой по сравнению с заточением взаперти.
— Клянусь, у меня шея начинает чесаться только от одного взгляда на эту штуку, — пожаловалась Грейс, натягивая капюшон на голову и следуя за мной к лестнице. — Прости, что врала, — добавила она спустя какое-то время.
Я шумно выдохнула и остановилась всего в нескольких шагах от ступеней.
— Я просто не хочу, чтобы ты прошла через то же дерьмо, что и я.
Она покачала головой, медленно опуская подбородок к грудине.
— Ну спасибо, звучит так, будто я была худшей ошибкой в твоей жизни.
Я взяла ее за подбородок и заставила поднять взгляд.
— Ты — лучшее, что когда-либо со мной случалось. Ты настолько потрясающая, что мне бы очень хотелось, чтобы рядом был кто-то, с кем можно это разделить. Понимаешь?
В ее глазах появились слезы, но она кивнула, и подобие улыбки тронуло ее губы.
— Я очень надеюсь, что у вас с Мелеком все сложится, мам. И самое лучшее, у тебя прямо под рукой будет няня. — Она ткнула в себя большими пальцами и поморщилась, пытаясь перевести момент во что-то веселое. — На выходные. Когда я буду возвращаться домой из страты.
— Звучит здорово, — согласилась я. — Но для этого нам сначала нужно найти ту джал’зарку.
— Она придет. Я вижу, в каком они отчаянии, когда помогаю Мелеку во время его смен. Ни за что на свете она не откажется от бесплатного укола.
— Будем надеяться.
Я была уже на середине лестницы, когда от пронзительного визга сердце замерло в груди.
— Ты слышала? — спросила Грейс.
Обескровленная и онемевшая, я ступила на лестничную площадку. Коридор перед нами был пуст, все двери распахнуты, комнаты необитаемы.
Кроме одной.
Сквозь щель пробивался бледный свет, перерезая ровный ковер подобно осколку стекла. Ужас хлынул из пор и проступил каплями холодного пота на лбу. Я сделала глубокий вдох и шагнула вперед, хотя все мое тело невольно подалось назад.
— Пожалуйста, прекрати! — выкрикнул женский голос, но остальные слова утонули в бульканье.
Во рту пересохло, каждый вдох царапал заднюю стенку горла. Острая боль возникла в груди, разрывая старые раны, отчего гниль темных воспоминаний засочилась из щели между ребер.