Пока кулак не обрушился на барьер перед ними подобно метеору, заставив звук удара разнестись по душному залу. Старый ученый встал на дрожащих ногах, и его руки тоже тряслись, даже когда он цеплялся за деревянную перегородку.
— Что случилось с записями с камер наблюдения? — закричал он. — Тридцать два солнечных цикла в должности Верховного Судьи, и я никогда не видел подобной некомпетентности! — По залу прокатились возражения, но старик заставил свой громкий голос греметь из немощного тела: — Если на орудии убийства остались только отпечатки пальцев зрелой самки, возможно, ее тоже следует казнить за соучастие в убийстве воина. А если не за это, то за ту ее аномальную связь!
Презрительный смешок прорезал стену жалоб:
— Вы хотите сказать, что у земной самки хватило сил лишить жизни взрослого воина? Обвиняемый обучался как военный целитель. Он признался и в проникновении в блок, и в самом преступлении. Зачем мы тратим здесь время? Это не что иное, как ревнивый поступок презренного, ни на что не годного сгу'дала, пытающегося сбежать от реальности, как они всегда и делают.
Вот вам и призыв отбросить личные предрассудки, но это слово больше не имело надо мной власти. Кого волновало, кем я был в глазах остальных, пока в моих венах пульсировала любовь Кэти? Уж точно не меня.
Верховный Судья одарил меня грязной ухмылкой, а вентилятор надо мной сдул ее прямо мне в лицо.
— Этот ветусианец должен быть казнен. И неважно, расколота связь Гайи или нет, мы не можем терпеть подобное варварское поведение среди своего вида.
Каждый спешил высказать свои претензии или занять чью-то сторону, превращая весь зал заседаний в шторм бурных дискуссий. К моему удивлению, командир Торин не предпринял ничего, чтобы успокоить суд, а просто прислонился к барьеру и ждал, пока все утихнет.
Стук трости Нифала — тук-тук-тук — снова заставил всех обратить на себя внимание.
— Целитель Мелек, — произнес он. — Пожалуйста, расскажите Верховным Судьям о тех новых обстоятельствах, которые вы обнаружили, находясь на Одхейме.
Я приготовился встретить поползшее вверх по позвоночнику напряжение.
— Я выяснил, что моя связь с Кэти, моей анам гейл, никогда не была нарушена. Воин Кидан заплатил другому ветусианцу, имеющему доступ к Имперской базе данных, чтобы тот связал его с ней, не зная, что система уже связала ее со мной. Я также полагаю, что именно он удалил записи с камер наблюдения.
Нифал улыбнулся.
— Значит, вы защищали ее честь, а также святость уз, которые вам суждено было разделить. Что делает это не актом убийства, а проявлением храбрости и защиты.
— Это смехотворно! — выкрикнул кто-то.
Командир Торин поднял руки:
— Тише, пожалуйста.
Ропот сменился шепотом, а затем и вовсе затих. Зал вокруг меня внезапно замер. Мне хотелось прокашляться. Издать хоть какой-то звук, чтобы убедиться, что время идет с земной скоростью, потому что мое сердце колотилось слишком быстро, чтобы служить ориентиром.
— Какая абсурдная ложь, — процедил наконец старый Верховный Судья. — Хранитель Торин, где доказательства всей этой чуши? Так нельзя завершать процесс, имеющий столь историческое значение. Более того, этот фарс — позор для моего статуса и для всех в этом зале.
— Где эта самка? — спросил другой. — Мы должны доставить ее сюда и допросить, потому что я не поверю ни единому слову, пока не увижу доказательств.
— Самку нельзя судить за то, в чем целитель уже сознался, — отрезал командир Торин. — Если бы почтенные Верховные Судьи соблаговолили вернуть свое внимание к этим новым…
— С каких это пор Хранитель указывает Верховным Судьям, к чему им возвращать свое внимание? — перебил старый ученый. — Если вы взываете к нашей предвзятости, Торин да тайг Л’нагал, то я воззову к нейтралитету, который вы обязаны соблюдать. Все эти разговоры об одном самце, убившем другого, взломе базы данных, изнасиловании, фальшивых связях и прочих зверствах… Мы завершим этот процесс на основании имеющихся улик, а именно — ветусианца, который дал признательные показания.
— Новые доказательства должны прибыть на Землю в ближайшее время, — процедил командир сквозь зубы.
— Мы не позволим Хранителю выставлять наш институт на посмешище, затягивая суд только ради того, чтобы мы ждали доказательств, существование которых невозможно.
— Верховные Судьи, — произнес Нифал, снова вскидывая руку, но зал уже захлебывался в хаосе.
Старый Верховный Судья вяло махнул рукой в мою сторону.