Пролог
Я попала в другой мир, где меня собираются выдать замуж за дракона. Только это не законный брак, а временный, подозрительно похожий на рабство. В нём я буду лишена всяких прав. В том числе на собственных детей! Ведь дракон любит другую, а я для него - лишь шаг к могуществу и возможность иметь наследников.
Однозначно стоит бежать, но ситуацию осложняет то, что я в заключении. Возможно, после свадьбы мне удастся найти свой шанс вырваться из властных рук мужа?
– В браке истинных я соединяю ваши руки, вашу магию и умы. Древняя магия объединит вас, даст вырастить великую силу и обрести несказанное счастье.
Кайреми сжимает челюсти. Вижу, что он не хочет слушать, но соблюдает требования церемонии.
– Соедините руки для обмена кровью истинных.
– Брак временный, – напоминает дракон. – Нет смысла соединять кровь.
Судья чуть теряется, а я покрываюсь пятнами от очередного унижения. Быть бы еще к этому хоть немного готовой, но я не из этого мира. Со мной так нельзя!
Пусть я не желаю брака с этим мужчиной, но его слова ранят. Я не получаю даже того, что положено на церемониях традициями. Зачем вообще тогда весь этот фарс со свадьбой?
Боль невыносимая, чувствую, как подступают слезы. Этого еще не хватало.
– Продолжим, – судья на вид совершенно невозмутим.
И тут я чувствую, как Кайреми сжимает мне ладонь. Моя правая рука в его левой: метка к метке, узор к узору. Тянет меня к алтарю, заставляет сделать шаг. Его глаза меняются, отливают золотом.
– Соединяю кровь моей истинной и собственную, – говорит он глухим и низким голосом, противореча только что сказанным словам. – Дарю ей силу и свою поддержку.
Слышу, как потрясенно ахает судья, затем вижу, как Кайреми захватывает мою руку, острый коготь, проявившийся ниоткуда режет мое запястье, а затем чиркает по своему. Дракон не разъединяет наших рук с метками, просто поворачивает, как ему удобнее. Глубоко, но боли я не чувствую.
Зато чувствую страх. Дракон делает это для меня, но не Кайреми Эрфери. Он будет в ярости, и я не знаю, насколько дорого придется платить.
Ловлю взгляд и понимаю, что это все тот же Кайреми. На какое-то время мне показалось, что его магия и он сам берут контроль по очереди. Но это не так. Дракон идет на уступки сам себе. Не спорит со своей природой. Позволяет принимать некоторые решения, но он постоянно тут. Сам у руля.
Не могу объяснить, почему знаю это. Только от этого знания теперь тает надежда.
Их не двое. Кайреми один.
Однако злится он на меня, а не на наличие внутреннего конфликта.
– Посмотри мне в глаза, истинная, – требует он властно и глухо.
Я поворачиваюсь. Золотое сияние захватывает меня похлеще гипноза. Искры магии вырываются из моей груди и синими всполохами ложатся на его костюм.
– Беру тебя в жены, Элия. Теперь ты моя, – говорит Кайреми, не очень довольный происходящим.
Наша кровь соединяется. Ни капли не падает на пол. Магический ореол этого не позволяет.
– Хороший знак, – суетится судья.
Меня это скорее тревожит. Ни во что хорошее уже не верю.
– Руку, – просит дракон.
Подаю, и он надевает кольцо мне на палец. Крупный и яркий камень, чистый как слеза, россыпь мелких вокруг. Украшение садится плотно, похоже, никак не снять.
Вижу, как в его руке мелькает парное мужское. Ложится в карман.
Он не дал мне кольцо! Не позволил надеть себе на палец!
Это хуже ведра холодной воды на голову. Все видят, что он сделал. И все молчат. Очередное напоминание о том, что я - никто. Предмет обстановки, позволяющий обзавестись потомством. Ничего не решаю, никаких прав не имею.
Да лучше бы я умерла от метки истинности, чем такое! Почему он делает мне так больно и каждым действием наносит очередную рану? За что? Зачем на мне белое платье? Не проще ли было бы забрать в чем была из темницы, куда меня бросили родители, так удачно сбежавшей в мой мир, Адель?
– Брак подтверждаю, – судья простирает руки над нами.
– Подтверждаем и свидетельствуем, – хором присоединяются родители Адель.
Кайреми прижимает меня к своей груди. Дрожу, когда острые когти проходят по щеке.
– Скрепляю поцелуем, – говорит он, но едва касается моих губ.
Замечаю выражение его лица.
Снова холод, ледяное презрение и ярость. Золото исчезает из глаз, как не было и уступает место тьме. Дракон зол до крайности. Поцелуй выходит официальным и строгим.
Не понимаю, что именно с ним творится. От этого мне страшно, будто совершила проступок и теперь неотвратима расплата за него.
– Оставляю право расторгнуть брак своей волей и сообщаю о временности моих намерений, – бросает он и смотрит на меня, едва удерживая ярость под контролем.