Ге Чэн сейчас в опасности? – вспоминая некоторые ненормальные мысли и поведение Су Цичэна, которые он скрывал за своей вежливой маской, Тан Фэн мог представить, как Су Цичэн поступил бы с Ге Чэном.
Чарльз презрительно выдохнул:
Осмелюсь предположить, что этот тип сейчас просто в убийственной безопасности.
Тан Фэн пришел в замешательство. Что это значит?
Ге Чэн теперь по-настоящему принадлежит Су Цичэну. Он предал меня, – Лу Тяньчэнь молча смотрел на мелькающие за окном улицы, ледяные капли дождя падали на стекла, покрывая их белым туманом.
Город снаружи был холоден. Холоден, как глаза Лу Тяньчэня, застывшие под слоем инея.
Тан Фэн слегка обомлел, а потом понял:
«Миссия невыполнима»?
Дорогой, как жаль, что ты не секретный агент, – похвалил его Чарльз.
Актер с хорошим доходом, положением и гибким графиком работы ни за что не станет заниматься подобным. Поскольку у шпиона зарплата небольшая, без какого-либо упоминания статуса, и к тому же, это ещё и опасно. Тот, кто променяет карьеру актера на шпионаж, определенно, идиот, – Тан Фэн цокнул языком. Он не был идиотом.
Глава 125. Забота
Всякий раз, когда две армии сталкивались, генералы оставались в тылу, командуя войсками; теми, кто бросался на поле битвы, жертвуя собой, всегда были простые солдаты.
Конечно, нельзя забывать об императоре, возлежащем на троне в своем дворце и наслаждающемся роскошью, в то время как все остальное оставалось на долю генерала.
Тан Фэн не знал, каким было их положение, но был уверен, что является просто шахматной фигурой в руках Лу Тяньчэня, а Ге Чэн был пешкой Су Цичэна. Два их императора обдумывали шаги и разрабатывали планы за кулисами, в то время как они, бросаясь вперёд, отчаянно сражались.
После похищения Су Цичэн точно ухватил «слабое место» Тан Фэна, и на некоторых интернет-порталах стали распространяться поддельные слухи: о нем, сидящем на двух стульях и карабкающемся наверх, опираясь на «негласные правила».
Не желая оставаться в стороне, другие новостные центры начали публиковать скандалы о «ангельском» Ге Чэне: его популярность – результат его распутства, он – «главная сучка» Su Entertainment.
Тан Фэн чувствовал раздражение, независимо от того, какую часть новостей он смотрел. Ни одна из сторон не выигрывала. Что за сражение они здесь ведут?
Актер выдвинул ящик стола и достал оттуда пачку сигарет. Он вышел на балкон и сел в кресло. Щелчок зажигалки и пламя осветило черноту ночи. С сигаретой во рту Тан Фэн склонился к пламени прикурить, и дым тлеющего табака быстро поднялся спиралями и наполнил собой воздух.
Тан Фэн сделал лёгкую затяжку. Дым оказался слишком едким для него, после того как он годами не притрагивался к сигаретам. Он несколько раз кашлянул, пока привык к лёгкой горечи вкуса, заполнившей рот, и томно выпустил кольцо белого дыма. Дым медленно клубился в темноте, словно туман, прежде чем рассеяться в холодной ночи.
Ночь была тиха, город сиял великолепием бесконечных огней, вот только все это была лишь слабая иллюзия процветания, подделка, кратковременная, подобная наркотическому трансу. Достаточно хрупкая, чтобы её можно было сдуть с одного вздоха, обнажая грязную сталь и жёсткий бетон под ней, холодный и отвратительный.
Единственно неизменной в этом городе была лишь луна, лишь мириады звёзд, закутанные в темное покрывало ночи и ослепляющие глаза своим бриллиантовым блеском.
Дотлевающий окурок упал на землю и погас. Тан Фэн подтянул ноги и уткнулся головой в колени. Чем он занимался последние несколько месяцев? Не слишком ли много внимания он уделял безосновательным скандалам, окутывающим его, как прилив?
Тан Фэн, Тан Фэн, в конце концов, ты просто человек. Ты не можешь уследить за всем.
В новостях снова и снова продолжали звучать вопросы: как такая вышедшая в тираж знаменитость вдруг смогла завоевать симпатии на шоу «Любовник мечты»? С чего вдруг он обрел расположение Чарльза? И как он заполучил благосклонность Лу Тяньчэня?
«Что у тебя есть? Кроме молодого тела, нет никаких заслуживающих уважение работ».
Эти слова были резкими и язвительными. Несмотря на свою закаленность в прошлых боях и обретенную неуязвимость, слыша подобные оскорбления и вопросы, он по-прежнему испытывал некоторое негодование. Это было подобно тому, как если бы умственно отсталый, тыкая пальцем в гения, обзывал его: «ты умственно отсталый». Конечно, можно, пропустив это мимо ушей как порыв ветра, пройти мимо, вот только даже ветер чувствителен для лица.
Однако Тан Фэн не поэтому сидел на балконе, позволив себе сигарету. Он был разочарован в себе. За последние несколько месяцев он потратил слишком много энергии на Лу Тяньчэня, на Чарльза, на Альберта, на мелодраматичный полигон любви, на неуправляемые корпоративные сражения. Они были слишком сложными для понимания актера и являлись пустой тратой времени.
Пережив похищение и отчаянную борьбу, он внезапно немного устал от всего этого. Внезапно ему захотелось найти кого-нибудь, чтобы просто поболтать и вместе выпить.
Неожиданно его телефон на столе завибрировал. Тан Фэн поднял голову с коленей и посмотрел на экран, номер был незнакомым.
Алло? – ответил он.
[Нихао! Та Фэн!] - какая совершенно паршивая китайская мешанина.
Джино, твой китайский действительно ужасен, – Тан Фэн узнал звонившего по голосу. Но откуда у Джино его номер?
[Мой нет!] – этот режущий слух китайский был тверд, как камень.
Тогда я кладу трубку.
[Эй! Ты совсем не понимаешь шуток? Я просто разыгрывал тебя!] – сказал Джино, переключившись на английский.
Тан Фэн изогнул губы в улыбке.
Я всегда был таким.
[Ты вообще мне не звонил, хотя я специально оставил тебе свой номер телефона], – нудил человек на другом конце линии.
Ну и что с того, что ты оставил мне свой номер? Я обязательно должен был тебе звонить? – Тан Фэн усмехнулся. Оставил бы Джино свой номер, или нет, конечный результат был бы неизменен. Более того, из-за всех этих хлопот последних дней у него не хватило бы терпения на международный звонок.
[Ого, ты сегодня в хорошем настроении. Кто тебя обидел?]
Из динамиков раздался неистовый смех Джино, он был столь заразителен, что Тан Фэн не смог не засмеяться вместе с ним. Он был лишь слегка расстроен, что сделало его немного раздражительным.
Никто. У меня все в порядке.
[Нет, ты совсем не в порядке, я слышу это по твоему голосу. Эй, бро, послушай меня. Не трать свое беспокойство на эти грязные новости. Они как мухи, ты никогда не сможешь избавиться от них. Ты можешь находить их раздражающими, потому что ты стоишь на земле, а они летают вокруг тебя, но не обращай на них внимания], – неожиданно Джино начал вести себя, как психолог.
В твоих словах много смысла, – больше, чем содержание ответа Джино, Тан Фэна интересовало, почему это сказал тот Джино, фото которого раньше постоянно появлялось на обложках развлекательных журналов под крупными заголовками типа «Яростный Джино пинком ноги отправил папарацци в полет»?
[Тогда… Ну, смотри. Вместо того чтобы тратить свое время, отмахиваясь от мух, которые никогда не исчезнут, почему бы тебе не постараться забраться выше? Как только ты достигнешь определенной высоты, ты сразу обнаружишь, что мухи исчезли. Поскольку они никогда не смогут долететь до тебя!]
Я помню, автором этой фразы был Файнс Тан, который сказал это несколько лет назад во время интервью для журнала, – Тан Фэн безжалостно ткнул Джино носом. Он подавил желание расхохотаться вслух. О Боже, неудивительно, что слова Джино показались ему знакомыми. Разве не он сам впервые провел сравнение между мухами и высотой?
В результате Джино сейчас использовал эту метафору, чтобы его вразумить.
[Бро, ты совсем не милый. Однако моя совесть чиста, я пытался утешить тебя от всего сердца!]