Низар трижды повторил команду в портативную рацию Р-187П1 российского производства. На большей части территории Сирии связь была на нуле, но МВД позаботилось о том, чтобы его подразделение имело самое лучшее оборудование, которое только могло предоставить государство-благодетель. Через несколько секунд он услышал серию сильных взрывов. Боевики подвозили бомбы на автомобилях к стратегическим точкам города и приводили их в действие по его команде. Эти взрывы не только привели к значительным жертвам среди местного гражданского и военного населения, но и обеспечили бы хаотичный отвлекающий маневр и дали бы Низару шанс выбраться из города.
Он пробил фальшстену в задней части грузовика, отчего бетонные блоки посыпались на землю перед ним. Он зарядил винтовку свежим магазином и держал ее наготове, вылезая из грузовика и направляясь к кабине. Когда взрывы еще сотрясали город вокруг, Низар отпер грузовик, положил дуло винтовки на сиденье рядом с собой и завел Kia.
Он наблюдал за тем, как Аль-Хасака, словно растревоженный улей, в реальном времени превращается из мирного города в панический. Завывали сирены, машины сигналили и неслись с дикой скоростью как в сторону, так и в сторону от взрывов, а пешеходы, многие из которых были беженцами из охваченных огнем городов на юге, бросались во все стороны. Их маленькая демократическая утопия была разрушена.
Низар осторожно объезжал машины и толпы людей, но не потому, что заботился о них, а чтобы не вывести из строя свое единственное средство передвижения. Чем дальше он удалялся от центра города, где были слышны взрывы, тем спокойнее становилась обстановка, и к тому моменту, когда он добрался до кольцевой развязки, соединяющей шоссе с дорогой, лица людей выражали скорее любопытство, чем страх. Он напрягся, увидев впереди блокпост, похожий на военный, но тут же расслабился, увидев, что это всего лишь остановка транспорта, направляющегося в город.
Оставив позади узкие улочки, он проскочил блокпост на шоссе № 7 и поехал на юг, за город.
ГЛАВА 7
Базель, Швейцария
Ноябрь
Мало кто называл ВАСИЛИЯ АНДРЕНОВА по имени. Почти все называли его "полковник" - высшее звание, которого он достиг до распада Советского Союза. В спецслужбах, знавших о его существовании, он был известен как Кукoльньій мacтep - "Кукловод". Такая меткая характеристика стала результатом его многолетней службы в Главном разведывательном управлении России, более известном как ГРУ. Если в 1970-80-е годы происходили революции, восстания, убийства или перевороты, поддерживаемые советской властью, то, скорее всего, именно Кукловод дергал за ниточки. Никарагуа, Афганистан, Ангола, Мозамбик - все эти страны несли на себе отпечатки его пальцев и пальцев его команды "советников".
К несчастью для Андренова, он не был в фаворе у нынешнего российского режима и был вынужден жить в эмиграции из-за недоказанных подозрений в его причастности к убийству бывшего министра обороны. Базель был местом жительства Андренова на протяжении последних десяти лет. Он был идеально расположен для максимального доступа к центрам власти в Западной Европе и в то же время использовал преимущества конфиденциальности и практики невыдачи преступников, принятой в Швейцарской Федерации.
Кроме того, Андренову нравилось находиться рядом со своим значительным состоянием, которое хранилось в самой надежной банковской системе мира, расположенной неподалеку. Его работа нажила ему немало врагов, как государственных, так и негосударственных, поэтому он сводил поездки к абсолютному минимуму. Когда такому богатому человеку, как полковник, требовался врач, банкир или проститутка, он обращался к ним.
Но, несмотря на прожитую жизнь в грехе, разврате и безжалостном насилии, Андренов считал себя правоверным православным христианином, и традиции его веры не предполагали выездов на дом. Когда он покидал свой похожий на посольство обнесенный стеной комплекс в микрорайоне Дальбе, то шел в Никольскую православную церковь на Амербахштрассе, что делал как по расписанию в то единственное воскресенье в месяц, когда там проходили службы.
Приверженность полковника церкви не помешала ему организовать убийство католического архиепископа Оскара Ромеро в 1980 г. и последующий погром на его похоронах; эти события служили высшей цели - делегитимации правительства Сальвадора, которое, в свою очередь, служило России-матушке. Религиозная преданность Андренова была скорее националистической, чем духовной. Он видел в Русской Православной Церкви ядро русской культуры, без которого страна так и осталась бы сборищем враждующих племен, кочующих по степям. Кто еще мог победить язычников на востоке, нацистов на западе, японцев на морях и могучие США на полях сражений третьего мира в холодной войне? Неумелое управление, разгул коррупции, этническая спираль смерти - низкая рождаемость и низкая продолжительность жизни - привели к тому, что величие России остановилось. Призвание Андренова заключалось в том, чтобы увидеть, как это величие вновь выходит на свои берега - от Стамбула до Парижа.
Откинув воротник пальто, чтобы защититься от холода, Андренов кивнул Юрию Ватутину, чтобы тот открыл дверь. Другой человек, входивший в состав высококвалифицированной охраны из бывших сотрудников "Альфа-групп" ФСБ, возглавляемой Юрием, открыл заднюю дверь бронированного Mercedes S600 Guard, который с 530-сильным V-12 на холостых оборотах стоял на круговой подъездной дорожке. Андренов опустился на кожаное сиденье с подогревом, и дверь за ним закрылась. Юрий занял свое место на пассажирском сиденье, положив между коленями автомат АК-9, и заговорил в микрофон на запястье, оповещая людей в головной и преследующей машинах о том, что пора трогаться. Кованые ворота открылись, шлагбаум опустился, и хорошо вооруженный и бронированный кортеж помчался в сторону воскресной службы.