"Оставайся со мной, Соломон. Это поможет тебе дышать".
Рис расстегнул сумку и стал рыться в ней, пока не нашел нагрудную прокладку Ашермана. Он протер грудь Соломона марлевым тампоном, затем вскрыл упаковку и приложил уплотнитель к его груди. Он развернул свой трассер и повторил процедуру на выходной ране. Рис нашел 2,5-дюймовую иглу и поместил ее поверх "Ашермана" на груди Соломона. Затем, найдя место над раной, между первым и вторым ребром, Рис прижал палец левой руки к этому месту и, зажав иглу в кулаке правой руки, вонзил ее в грудную полость. Он услышал шипящий звук и с облегчением увидел, что Соломон смог дышать. Когда шипение прекратилось, он вынул иглу и положил ее на бинт.
Позаботившись о дыхании, Рис порылся в сумке, пока не нашел большую повязку. Из раны на животе торчал небольшой кусок кишки, который необходимо было обработать. Пальцами Рис раздвинул рану, двигая живот из стороны в сторону и осторожно вставляя выпирающий кишечник обратно. Рана почти не кровоточила, и Риис надеялся, что пуля не задела печень. Он закрыл ее большим бинтом и обернул вокруг тела Соломона прикрепленную к нему повязку типа Ace, чтобы она была надежной.
"Как дыхание?" - спросил Рис.
"Воды, Шамвари. Мне нужна вода".
Рис знал, что введение жидкости в организм мужчины может разрушить сгустки, образовавшиеся в ране на животе.
"Я не могу сейчас дать тебе воды. Нам нужно доставить тебя в больницу".
Рис снова попытался связаться с радио, но безуспешно. Проклятье.
Ближайшим медицинским учреждением была клиника в Монтепуэсе. Они находились в двух часах езды от клиники и в двух часах от взлетно-посадочной полосы в базовом лагере. При наличии надежной связи Рис мог бы перезвонить начальнику лагеря и попросить MARS вылететь навстречу, но сейчас он не мог быть уверен, что доставка Соломона на базу не добавит несколько часов до начала лечения. Рис предполагал, что Соломон выдержит двухчасовую дорогу до больницы, но не был уверен, что он выдержит ожидание самолета, который может прилететь через целый день. Поскольку Гона не мог вести машину, Рису пришлось бы везти его в больницу, что означало бы, что его увидят. Огнестрельные ранения означали полицию, а полиция - вопросы. Выбор был невелик: Соломон был хорошим человеком. Они стали товарищами по команде, и Рис не собирался позволить одному из своих людей погибнуть, чтобы защитить свое прикрытие.
Он свистнул Гону, и они подготовили Соломона к путешествию.
ГЛАВА 29
Проносясь через небольшие деревушки и поселки с медленно истекающим кровью Соломоном на заднем сиденье Land Cruiser, Рис изо всех сил старался избегать сильных ударов, которые могли бы причинить его раненому товарищу дополнительные страдания, но он также прекрасно понимал, что наступил "золотой час" и что время никого не ждет, а уж тем более человека с пулевым ранением в грудь.
Рис пронесся мимо женщин, несущих груз на голове, мальчишек на ослиных тележках, сделанных из старых автомобилей и пикапов, и случайных машин. Он, конечно, не завоевывал сердца и умы. Он не думал о людях, которых только что убил в африканском буше. Он снова был в режиме оперативника, делая то, что умел делать лучше всего. Он защищал свою команду, и для Риса это было так же естественно, как дышать.
Крошечный анклав Монтепуэс представлял собой не более чем бензоколонку с несколькими небольшими магазинчиками и маленькой медицинской клиникой. Он располагался рядом со старой португальской миссией, каменные стены которой все еще были испещрены пулевыми отверстиями, полученными во время гражданской войны несколько десятилетий назад.
Рис подъехал на "Крузере" к зданию и заскочил в парадные двери. В комнате, служившей вестибюлем, стояла очередь из местных жителей, в основном пожилых мужчин и женщин, а также матерей с детьми на руках. Он промчался мимо очереди, не обращая внимания на молодого сотрудника, пытавшегося преградить ему путь, и пробежал по коридору в большую комнату с двумя десятками кроватей с москитной сеткой, где высокий белый мужчина в медицинской одежде и со стетоскопом занимался пациентом.
"Вы доктор? Мне срочно нужна ваша помощь".
Мужчина повернулся к нему лицом, не обращая внимания на его срочность.
"Вам придется подождать своей очереди, сэр", - сказал он с явным британским акцентом: "Здесь много людей, которым нужна наша помощь".
"У меня критический пациент. Огнестрельное ранение в грудь, он истекает кровью в кузове моего грузовика!"
Поведение доктора мгновенно изменилось: "Бросьте все и давайте немедленно доставим этого человека сюда", - приказал он своим сотрудникам.
Рис направился к выходу, за ним следовали доктор и еще четыре человека в медицинской одежде, которые несли старомодные брезентовые носилки. Они поставили носилки на открытую заднюю дверь и спустили на них Соломона, при этом Гона смотрел на них сквозь пальцы, как обеспокоенный отец.
Рис не отставал от врача, пока они возвращались в дом.
"У него пуля калибра 7,62 в груди, которая вышла, и вторая пуля в брюшной полости, которая все еще там. Я наложил "Ашерман" на грудь и перевязал рану в брюшной полости. Кишечник оказался грыжевым, поэтому я вставил его обратно. Жидкости он не пил".
"Как давно он был ранен?"
Рис посмотрел на часы на запястье: "Чуть больше двух часов".
"Вы хорошо поработали. Теперь мне нужно, чтобы вы отошли в сторону, пока мы будем готовить его к операции".
Бригада медиков перенесла Соломона в небольшую комнату, где положила его на стол и начала осматривать. Кто-то закрыл занавеску, загородив Рису обзор, давая понять, что пора приступать к работе профессионалам.
Выйдя из клиники, Рис посмотрел на Гону, который смотрел на него с заднего сиденья грузовика: "Думаю, он выкарабкается. Мы вовремя доставили его сюда".
Гона кивнул и сел на заднюю дверь. Рис сел рядом с ним и молча ждал.