Последнюю ночь Рис провел в своей открытой хижине, слушая шум бегемотов и слонов в реке внизу, рычание льва где-то на западе. Он почти не спал, его мысли метались в голове, пытаясь осмыслить новость о том, что он все-таки не умрет. Неужели они действительно собираются меня помиловать? Помиловать моих друзей? Неужели это ловушка? Как мог Мо работать на ИГИЛ?
Последней мыслью, когда он окончательно погрузился в сон, была мысль о том, что начиненный взрывчаткой беспилотник приземлился на крышу внедорожника в Багдаде.
На рассвете Pilatus приземлился на полосе, где много недель назад впервые появился Рис. Рис посмотрел на пилота через плексигласовое окно, втайне надеясь увидеть свою подругу Лиз Райли. Если только она не отрастила бороду, то это была не она. Из самолета вышли два пассажира: младший сотрудник посольства Танзании и переводчик, который должен был отвезти Defender 110 Стрэйна обратно в Дар-эс-Салам. Стрэйн пожал руку Ричу Гастингсу и поднялся на борт остановившегося самолета, оставив Риса и Гастингса прощаться.
"Я не могу выразить тебе свою благодарность за все, что ты для меня сделал, Рич".
"Ты бы сделал для меня то же самое, Джеймс. Семья заботится друг о друге".
"Вот, возьми это, никогда не знаешь, когда оно тебе может понадобиться". Гастингс протянул Рису небольшой нож в ножнах с гладкой рукояткой из черного дерева.
Рис вытащил нож из кожаных ножен и увидел выгравированную на боковой стороне стилизованную скопу, сидящую на коромысле с надписью Pamwe Chete, девизом знаменитых скаутов Селуса, что означает "все вместе".
"Я не могу этого принять, Рич".
"Моя борьба окончена, Джеймс. Твоя только началась. Прими это и будь здоров".
Рис полез пальцами и достал свой томагавк Винклера-Сайока, протягивая его человеку, которого он теперь считал своей семьей.
"Спасибо. Спасибо, что показал мне, как снова жить".
Прежде чем пожилой человек успел возразить, Рис повернулся и поднялся на борт самолета.
Когда они поднялись в воздух, он увидел, что Гастингс стоит рядом со своим белым Land Cruiser и наблюдает, как еще один сын покидает Старую Африку.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ТРАНСФОРМАЦИИ
ГЛАВА 33
К югу от XXXXXXXXXXX
Июль
Полет до XXXXXXXXX прошел без происшествий. Птица из секретной авиационной программы Агентства доставила их в XXXXXXXXX. Большую часть пути Рис молчал, размышляя о последних нескольких месяцах, проведенных в буше, и переваривая новость, которую Фредди привез ему с другого конца света. Я буду жить. Это означало, что ему придется жить с болью, болью от потери жены, дочери и нерожденного сына. Ему также предстояло смириться с тем, что он будет работать на то же правительство, которое пыталось его уничтожить. Ему был дан второй шанс - всего лишь одно последнее задание, и он свободен. Свободен от чего? Для ответа на этот вопрос потребуется некоторое время. Рис так долго готовился к смерти, к встрече с женой и дочерью, что забыл, как жить?
"Хороший пикап", - прокомментировал Рис, жестом указывая на бежевую Toyota Hilux, ожидавшую его на асфальте.
"Я знаю. Это отличные машины. Жаль, что в Штатах их не купишь. У тебя ведь до сих пор нет того старого "Лэнд Крузера"?"
"Ха! Ну, был до нескольких месяцев назад. Если бы я знал, что не умру, я бы, наверное, отложил его на черный день". Рис улыбнулся и забрался на пассажирское сиденье, когда Фредди включил передачу и стал пробираться к выезду.
Впервые Рис познакомился с Фредди Стрейном, когда их обоих призвали в отряд "морских котиков" незадолго до 11 сентября. Фред поступил на службу через год после Риса. У него была репутация умного парня и умелого оперативника. Они учились в одном классе снайперской школы и были назначены напарниками по стрельбе, что означало, что на время учебы они были более или менее близки друг другу.
"Что мы слушаем? Это Уэйлон Дженнингс?" спросил Рис, когда псевдопсиходелическая мелодия кантри-рока заполнила эфир.
"Это Стерджилл Симпсон, чувак. Отличный звук. Напоминает кантри, которое играл мой отец в семидесятых".
Фредди вырос в Стюарте, штат Флорида, к югу от Форт-Пирса, где во время Второй мировой войны проходили подготовку первые флотские лягушатники. Когда Фредди должен был учиться, он ловил рыбу и нырял с близлежащего атлантического побережья или отмахивался от комаров, занимаясь ремонтом старых автомобилей в семейном гараже. Выходец из семьи рабочего класса в очень рабочем городе, он был немного не в себе, когда речь заходила о том, что от него ожидают другие. Он был заядлым читателем и получал высокие баллы по всем тестам на способности, но он просто не мог заставить себя заботиться о средней школе. За исключением нескольких курсов истории, которые вызывали у него интерес, единственные пятерки в его табеле были получены на многочисленных занятиях по мастерству, которые он посещал каждый семестр.
В День ветеранов в выпускном классе отец взял его с собой на ежегодный сбор в музей UDT/SEAL в Форт-Пирсе, где находились старые тренировочные базы. Фредди с трепетом наблюдал за тем, как действующие "морские котики" вживую демонстрировали налеты и засады, стреляя из пулеметов холостыми патронами и разрушая здания, взбирались по стенам здания музея без веревок и прыгали с парашютом на территорию музея с самолетов, круживших высоко над ним. В следующий понедельник он уже стоял на призывном пункте и подписывал запоздалые документы на призыв в армию.
Фредди был живым доказательством того, что не все стереотипы верны. В голливудской версии снайпер - это всегда тихий одиночка, живущий в одиночестве. Фредди Стрейн был полной противоположностью: он практически никогда не замолкал, если только молчание не было абсолютно необходимым. Даже тогда Рис был уверен, что он обдумывает, что скажет дальше. Фредди компенсировал то, что не учился в школе, тем, что читал по интересующим его предметам. Он мог говорить о чем угодно: о заумных исторических сведениях, кейнсианской экономике, ницшеанской философии, о своей семье или о моменте зажигания "Форда" 1956 года выпуска, но особенно ему нравилось говорить об оружии. В то время как Рис считал, что оружие - это инструмент ремесла и что оружейники и мастера существуют не просто так, Фредди был одержим каждой движущейся деталью. Он постоянно спорил о лучшем оружии, лучшей оптике, лучшей пуле и вносил изменения практически во все предметы своего снаряжения. Его товарищи по команде шутили, что если кто-то и проникнет в дом Фредди, то успеет скрыться до того, как он решит, какое оружие применить против него. Больше всего он беспокоился о том, чтобы всегда иметь идеальную установку на случай непредвиденных обстоятельств. Когда оперативники его последней команды после работы отправлялись пить пиво, Фредди находился в оружейной комнате и настраивал свое оружие.