ГЛАВА 58
Округ Фэрфакс, штат Вирджиния
Сентябрь
ОЛИВЕР ГРЕЙ НЕНАВИДЕЛ АЭРОПОРТ ДАЛЛЕСА. Для него его архитектура была вопиющим символом господства времен холодной войны, несносным видением американского высокомерия в то время, когда большая часть мира перестраивалась и страдала. У него была и более практическая причина ненавидеть его: никогда не знаешь, сколько времени займет очередь в Управление транспортной безопасности - пять минут или два часа. Впрочем, его иронично забавлял тот факт, что он пользовался полосой предварительного контроля: учитывая количество обычных путешественников в районе Вашингтона, это было едва ли быстрее, чем обычная очередь в службу безопасности.
Аналитик ЦРУ заказал большой кофе Dunkin' и взял в руки последний роман Брэда Тора, с нетерпением ожидая, пока кофе остынет. Спаймастер, сказал он себе, уже представляя себя в главной роли.
Конечно, в Петербурге можно было бы купить кофе хорошей прожарки, но, как он полагал, погода в обозримом будущем не позволит ему часто проводить время в любимых кафе на открытом воздухе. Грея раздражало, что для пересадки в Европе ему пришлось делать пересадку в Ньюарке, причем на среднем сиденье, но это было незначительное неудобство на пути к новой жизни, жизни, наполненной смыслом. После этой миссии ему предстояло стать мозговым центром становления новой России. Андренов ценил его таланты так, как никогда не ценило ЦРУ.
Короткий перелет прошел относительно безболезненно, если не считать огромного человека и его грязной собаки, сидевших рядом с ним. Он был бородат и мускулист, каждый сантиметр его рук был покрыт паутиной татуировок. У него был столь распространенный в наши дни военный вид, а его "служебное" животное, несомненно, являлось частью какой-то дурацкой программы по оказанию помощи ветеранам. Весь полет Грей провел, прислонившись к пожилой женщине в кресле у окна, которая своим вязанием и постоянной болтовней напоминала ему бабушку по материнской линии.
Грей расслабился, наблюдая за Атлантическим океаном из иллюминатора самолета United Airlines 757, и не испытывал никакой грусти, покидая в последний раз страну своего рождения. К счастью, среднее кресло рядом с ним оказалось свободным, и он смог немного вытянуться. Он заказал водку с газировкой у стюардессы средних лет с веселым выражением лица, как у работника тюремной столовой. Не очень-то по-русски было добавлять содовую или лед, но, по крайней мере, он сделал над собой усилие. После еще двух напитков и ужасного фильма свет в каюте погас. Он надел очки и задремал.
Он спал удивительно хорошо для того времени, когда находился в салоне самолета. Облегчение от того, что он наконец-то освободился от оков своего прикрытия, помогло ему расслабиться. Его разбудило объявление из кабины пилотов, и он показал раздраженно выглядевшей женщине на сиденье у прохода, что ему нужно в туалет. Через сорок минут он нетерпеливо пробирался по переполненному пассажирами проходу, стремясь сойти на землю после ночного перелета. Бледный португальский таможенник скучающе посмотрел на него и поставил штамп в его потрепанном американском паспорте, который он использовал в последний раз. Утренний воздух был холодным, когда он ступил на тротуар перед аэропортом Умберто Делгадо, но солнце светило, и небо было чисто-голубым. Никогда еще Грей не чувствовал себя таким живым
ГЛАВА 59
Восточная Турция
Сентябрь
Они были больше похожи на артиллерию, чем на стрелковое оружие. Даже без массивных оптических прицелов винтовки весили почти по тридцать килограммов каждая. Оба оружия ждали их на ферме, тщательно упакованные в ящики, спрятанные под одеялами. Они не были похожи на винтовки, которые Низар видел раньше. Наверное, Ташо попросил их. Ложа выглядела почти каркасной, а сошки были странно закреплены над длинным толстым стволом. Прицел был размером с его предплечье и вполне уместно смотрелся бы на огромной пушке. Низар немного говорил по-английски, и его позабавило название прицела - "B.E.A.S.T.".
После убийства президента Хадада в Сирии Низар получил следующее задание от генерала Йедида. Это задание привело его в этот отдаленный район восточной Турции для подготовки к дальнему прицельному выстрелу, самому дальнему из всех, которые Низар когда-либо пытался сделать.
Два человека тщательно установили оптику американского производства, используя уровень для проверки абсолютной горизонтальности прицела, прежде чем затянуть винты. На самом креплении прицела был закреплен небольшой пузырьковый уровень, чтобы стрелок не мог случайно наклонить винтовку во время стрельбы, что может привести к серьезным проблемам на больших расстояниях.
Каждая винтовка была укомплектована большим количеством боеприпасов, судя по всему, сотнями патронов. Низар достал из белой картонной коробки один из патронов и осмотрел его. Он никогда не видел таких больших винтовочных патронов, они были похожи на те, что используются в зенитных орудиях.
Ташо, похоже, был знаком с оборудованием и работал быстро и эффективно. Закончив с прицелом, он убедился, что прицел Низара тоже установлен правильно. Прицелы были закреплены с помощью регулируемых креплений ERA-TAC, чтобы они не выпадали из вертикальной регулировки. Низар не знал, кто является их целью, но, судя по вооружению снайпера, стрелять придется далеко.
Низар не интересовался Шишани, как называли Ташо, несмотря на его репутацию. Он был слишком холоден, слишком одинок, слишком серьезен, но более того, Ташо вызывал у него чувство тревоги. Он выглядел моложе, чем Низар ожидал от человека с таким богатым прошлым. Бледное лицо и рыжая борода стали его визитной карточкой. Когда до обычных сил Восточного мира доходили слухи о появлении снайпера с рыжими волосами на лице, все молились, чтобы это был не Шишани.