К Леличке прилагалось приданое – тот самый мешок корма («Холистик», – повторила Лидия Семеновна про себя незнакомое слово), целый пакет с малюсенькими баночками консервов, неземной красоты мисочка в виде сердечка с росписью, лоток-домик («Она очень, очень стеснительна!») и пригоршня игрушек – мячиков и мышек с затейливыми разномастными хвостами-перьями.
– Я буду звонить вам! – торжественно объявила Маргарита и отвела почему-то глаза. – Всего на несколько дней! Буквально! Истинное сокровище!
«Зачем же столько корма на несколько дней?» – удивилась было Лидия Семеновна, но спросить не успела: Маргарита прыгнула в свою машину и умчалась с какой-то сверхъестественной даже скоростью.
Лидия Семеновна посмотрела ей вслед с некоторой завистью – в молодости ей и в голову не пришло бы выучиться водить машину самой, но ведь не теперь же учиться.
Неприятности начались на следующий же день. Леличка, с энтузиазмом слопавшая на завтрак консервы, наотрез отказалась затем обедать сухим кормом – тем самым «холистиком». Лидия Семеновна, тщательно оберегавшая Леличкину трапезу от посягательств Злодея, Мерзавца, Негодяя и Подлеца, немедленно заволновалась и бросилась звонить по оставленному Маргаритой телефону.
– Не ест? Да что вы говорите… быть не может! – как-то неестественно изумилась Марго. – Но ничего, еще проголодается. Вы, главное, не забудьте – если корм заветрится, она уже есть не станет, нужно будет насыпать свежий! А прежний – выбрасывайте!
Лидия Семеновна вздохнула и высыпала корм из Леличкиной миски-сердечка равными порциями в четыре разномастных миски для Злодея, Мерзавца, Негодяя и Подлеца. Коты, настороженно шипевшие на саму Леличку, против подношений от ее стола, кажется, ничего не имели.
До вечера леличкин холистик кушала четверка бандитов, сама же Леличка лишь гордо и непримиримо отворачивалась. Лидия Семеновна вздыхала и переживала.
На второй день история повторилась, но Марго перестала брать трубку. «Не случилось ли чего!» – тревожилась Лидия Семеновна.
Вечером, войдя в кухню, Лидия Семеновна замерла на месте, изумившись, опешив и не зная, что предпринять: Леличка с видом самым невинным и даже святым выносила из раковины курицу, оставленную там для разморозки – размером примерно вдвое больше самой Лелички. С одного боку курица была уже изрядно надгрызена. «Тяжело же ей!» – мелькнула в голове Лидии Семеновны первая заполошная мысль, однако волевым усилием женщина все же встряхнулась и напустила на себя строгий вид. Любому из собственных котов в этой ситуации она дала бы по мордасам. Но у Лелички ведь не было мордасов, у нее и физиономии-то не было – нежное личико, мордочка с голубыми бусинами ясных глаз. И вообразить невозможно было, чтобы дать Леличке по мордасам!
После недолгой борьбы курицу удалось отнять, однако для супа она уже не годилась. Пришлось, вздыхая и морщась, сварить и покрошить меленько всем котам (для Лелички – только грудку).
Наутро у Лелички случилось расстройство желудка. Леличка сидела в своем лотке-домике с приоткрытой дверцей и смотрела оттуда глазами большими и невыносимо страдающими. Потом выбиралась наружу, выпуская заодно из домика на волю такой дух, что сшибал с ног с трех шагов.
«Не уберегла! – всплескивала руками Лидия Семеновна и страдала тоже: от раскаяния и от духа одновременно. – Что же я Маргарите скажу теперь!»
Маргарита, впрочем, на звонки не отвечала по-прежнему, так что пришлось самостоятельно принимать решение, везти ли Леличку к ветеринару. Леличка как раз в момент судьбоносного решения стремительнее ветра прошмыгнула снова на лоток. «Не довезу», – обреченно догадалась Лидия Семеновна.
К вечеру весь нечистый дух, видимо, покинул Леличку, и она уселась перед миской-сердечком. Вид при этом у Лелички был такой, что хотелось снять с себя последнюю рубашку, продать квартиру, снять все сбережения и отдать Леличке.
Рубашку, впрочем, Лидия Семеновна снимать не стала, а радостно положила в миску-сердечко порцию консервов.
В эту субботу Лидия Семеновна впервые не успела напечь пирожков к визиту любимого внука Сережи.
– Труба дело, – заключил Сережа, выслушав леличкину историю, и постановил, – будем подбирать корм.
Корм подбирали долго. Лидия Семеновна изучила составы всех существующих в мире кошачьих кормов и выяснила, чем они вредны и полезны. Она знала теперь слова «холистик» и «зольность», но это совершенно не помогало. От одних кормов Леличка страдала на лотке, другие деликатно срыгивала в тапок, третьи (самые полезные) и вовсе наотрез отказывалась есть.