… Я покажу тебе краски мира, о котором тебе так хотелось узнать…
Просто поверь и вернись обратно, мы научимся снова летать! *
После этих слов зрители, находящиеся под впечатлением, взорвались шквалом аплодисментов. Кумиры их не подвели, кумиры на высоте…
Трехчасовой концерт проходил великолепно. Музыканты на адреналине выдавали такой поток энергии, что продюсер хватался за волосы и подвывал от удовольствия. Ребята были настолько искренни в своих эмоциях, что у зрителей даже не возникало мыслей, что это может быть всего лишь хорошая актерская игра. Музыканты, войдя в раж, подстегивали солиста к непредвиденным поступкам. Кайл то подходил так близко к краю сцены, что грозился быть утянутым обезумевшими фанатками в зал, то подбегал к Саймону и, выхватив палочки из рук барабанщика, сам начинал молотить по том-томам, потряхивая в такт головой, то изображал безумный танец, не входящий в сценарий, то вставал рядом с Роджером, отзеркаливая его игру на гитаре. Роджер недовольно фыркал и отворачивался, делая вид, что жутко увлечен музицированием. Кайл же ощущал пьянящее чувство свободы. Именно на сцене он был живым и настоящим. В эти мгновения он был счастлив, забывая обо всех проблемах. Для него не существовало ни прошлого, ни настоящего, ни будущего – существовало только «здесь» и «сейчас» …
… Уставшие, но довольные ребята скрылись за кулисами после очередного выхода на бис.
– Мальчики, вы супер! – суетился возле своих подопечных Джойс Килмер. – Это очередной фурор! А сейчас собрались с силами и быстренько на пресс-конференцию…
– Что?!
– Ты издеваешься, про?!
– Мы ноги еле переставляем, до гостиницы нет сил добраться! – завопили парни.
– А я так, вообще, охрип, – заныл Кайл.
– Мальчики, я все понимаю, но так надо, – продолжал их уговаривать неугомонный продюсер. – Последний рывок и мы всех порвем! И, вообще, скажите спасибо, что я афтерпати вам сегодня не устроил!
– Нууу… спасибо, любимый про… – ерничал Майкл, надевая темные очки. Глаза жутко болели после яркого света софитов. – Ты нас так «жалеешь» последнее время, что я просто млею от твоей доброты…
Джойс отвесил парню шутливый подзатыльник и перевел взгляд внимательных серых глаз на выскочившую из-за угла Сильвию. Она словно разъяренная тигрица набросилась на Роджера с объятиями:
– Лапусик мой, ты был не подражаем, – верещала девица, на обращая внимания на остальных присутствующих.
Все с интересом смотрели, как покрасневший Роджер, пытается выпутаться из липких объятий.
– Милая, но я же просил не называть меня лапусиком.
– Ну, котик, – девушка надула губки. – Я же так тебя люблю.
Ребята не удержались и заржали…
Роджер зло сверкнул глазами и рявкнул:
– Заткнитесь, а то уйду от вас, не дожидаясь окончания тура, вот тогда и смейтесь сколько влезет, – он схватил Сильвию за руку и рванул вперед.
– Эй, Родж, – нагнал его продюсер. – Не глупи, вы всегда друг над другом подшучивали… А что сейчас произошло? И, вообще, себя вспомни. Главный насмешник в группе это ты… Саймон мог на тебя раз сто в суд подать, но даже не обиделся.
– Про, успокойся. Тур доиграю, я же обещал. Просто устал очень, – пробурчал парень. – Слава богу, что для меня этот ад скоро закончится…
– Смотри не пожалей потом. Время еще есть все взвесить… – Джойс похлопал гитариста по плечу и указал на дверь, за которой группу ждали журналисты. – Нам туда, не проходи мимо…
… Пресс-конференция проходила как обычно, с самыми стандартными вопросами. Ребята с трудом сдерживали зевки и периодически потирали уставшие глаза. Напоследок журналисты поинтересовались новоявленной пассией гитариста, на что просиявший парень рассказал о предстоящей свадьбе:
– Сначала мы хотели пожениться до начала тура, но репетиции отнимали столько времени, что у меня просто не было возможности готовиться к свадьбе. Формальная церемония меня не устроила, Сильвия достойна большего. Я решил, что мы сыграем пышную свадьбу по окончании тура. Такое событие должно запомниться на всю жизнь, – Роджер покрепче прижал к себе девушку и та, просияв, благодарно поцеловала его в щеку.