– Я ему обещал.
– Это не повод вести себя как последний кретин и трепать нам нервы своими истериками.
– Не бери в голову. Я уже все продумал, – Кайл с хитрым прищуром глянул на друга. – Изменю концепцию песни. Она будет больше лирической.
– Что?! Ты в своем уме?! Эта песня гвоздь программы! Как?! Как она может быть лирической?! У нас рок-группа, а не попса!
– Не боись, друг. Сыграем пару новых песен в стиле лирического рока – это пойдет нам только на пользу. Смотри – уходит гитарист и немного меняется направленность группы. Это же закономерно…
– А у тебя уже есть новые песни? – недоверчиво покосился Майкл на Кая.
– Пока нет. Но есть мыслишки, – он лукаво подмигнул клавишнику. – А если этот, как ты его там назвал, «упырь» мозг нам выносить будет, то на последнем концерте я ему сюрприз устрою. Хотя, надеюсь, к этому прибегать не придется.
– Я всегда знал, что ты сплошное противоречие – добрый, но в то же время и коварства тебе не занимать…
– О да… Я такой… – Кайл шутя пхнул друга кулаком в плечо, и они молча отправились обратно в студию.
– Что?! Все кости мне перемыли?! – Роджер истеричным выкриком встретил вернувшихся ребят.
Они недоуменно уставились на него, затем перевели взгляд на Саймона. Тот пожал плечами и закатил глаза, всем видом давая понять, как его достало это нытье. Неловкое молчание прервал Майкл:
– С твоей-то чуйкой тебе только в полиции работать. Ох не тем ты занимаешься, ох не тем…
– Не тебе указывать, чем мне заниматься, нищеброд! – зло выплюнул гитарист.
Кайл сжал кулаки и процедил сквозь зубы:
– Знаешь, что, обделенный вниманием страдалец, заткни свою пасть и слушай внимательно! Именно с этого момента я очень рад, что ты покидаешь группу. Если ты, мразь, вдруг передумаешь это сделать, то будет только два варианта развития событий – либо я сделаю все чтобы ты вылетел с позором, либо уйду я сам, но тогда посмотрим долго ли просуществует группа и триумфа тебе точно не видать. Я все сказал, дальше репетируйте без меня, – парень тяжело выдохнул и выскочил из студии громко хлопнув дверью.
– Да как ты смеешь?! Да кто ты такой?! – закричал ему вслед разгневанный гитарист. – Нет… вы видели?! Видели, что он о себе возомнил?!
Его причитания прервала тяжелая рука Саймона, опустившаяся на его плечо:
– Родж, чем ты снова не доволен? Что, черт возьми, опять не так? Мы пошли на все твои условия: ты поешь, получил соло на гитаре, готовим в твою честь прощальные речи, причем абсолютно искренние, да еще постоянно уговариваем остаться. И, в отличие от тебя, мы помним, что такое дружба и взаимовыручка, а ты…
– А что «я»?! – не унимался Роджер. – Я всего лишь хочу справедливости! А то пашем вместе, а все сливки достаются Кайлу! У тебя, Саймон, например, тоже прекрасный голос, но твоя участь только палочками махать на заднем плане. А ты, Майкл, скажи, разве не мечтаешь получать от прессы и фанаток столько же внимания сколько и наш незаменимый солист?
– Заткнись, а! Твоя заезженная пластинка уже утомила… Да и у «нищеброда» мечты несколько приземленные, в отличие от представителей высшего общества. Куда уж мне до их «благородных» стремлений… – Майкл развернулся и тоже покинул студию.
– Дааа, друууг… Твоя речь достойна Оскара! Браво! – Саймон захлопал в ладоши. – Кретинизм, к сожалению, не лечится. Пожалуй, и мне пора. Студия в полном твоем распоряжении… репетируй… Глядишь и «сливки» все твои будут, только не захлебнись…
– Саймон! Саймон, а ты куда?! Неужели, и ты…
– Да!.. Неужели и я!.. К твоему сведению я тоже «нищеброд», который вовсе не мечтает петь, а мечтает делать то, что у него лучше всего получается – это махать барабанными палочками и получать от этого кайф!
– Я не это хотел сказать, друг…
– Именно это ты и сказал, «друг» …
… Роджер в растерянности стоял посреди пустой студии и не знал, что теперь ему делать. В глубине души он понимал, что повел себя мерзко, но признать это ему не позволяла гордость. Покинуть группу сейчас, когда он, может громко о себе заявить и стать центром внимания, ему абсолютно не хотелось. Мысли судорожно метались в его голове: «Что? Что же теперь делать? Не сдержался… Хотел поставить на место этого выскочку, а в итоге поругался со всеми ребятами. Эта сволочь всех настроила против меня. Надо срочно поговорить с продюсером… Он точно придумает что-нибудь… В его же интересах чтобы тур не сорвался…» … Успокоенный своими умозаключениями парень отправился на выход.