— Я скажу тебе, как только увижу ее. Она может естественно быстро исцеляться, а может быть что-то другое. Только время покажет, — он увидел, как Киеша спускается по лестнице. Она была одета в обтягивающие черные джинсы, белую кофту и теннисные туфли. Когда она шла по ступенькам вниз, то застегивала пуговицы на кофте. Судя по всему, она была без лифчика. Лишь увидев это, он стал твердым.
— Увидимся, когда вы приедете, — сказала Кэрол и сбросила вызов. Алекс едва это заметил. Он задавался вопросом, как освободить Киешу из одежды, которую она только что надела.
То, как эти джинсы обхватили ее изгибы, было просто преступлением. Один вид ее сосков под кофтой и ему захотелось сорвать одежду с ее тела. Она подняла голову и заметила.
— Нет. Еда сейчас. Игры потом. Если ты разденешь меня, мы не выберемся в город сегодня.
Алекс знал, что она права, но это не делало его счастливым. Он отдал ей жакет, сунул бумажник в задний карман и схватил ключи.
***
Киеша думала о том, что сказала Шейла, пока они с Алексом ехали вниз с горы к городу. Это было больно. Но это так же открыло ей глаза. Она и не подозревала, что настолько погрузилась в себя и свое горе.
Ее мама была всем ее миром, ее лучшей подругой, ее убежищем. Она знала, что многие ее друзья, думали, что их отношения были неестественны; а может, они просто немного завидовали. Их всегда было двое против всего мира.
Расти для нее, было трудно. Ее белые друзья считали ее черной, пока ее черные друзья считали ее белой. Они хотели, чтобы она выбрала одно или другое, а она не хотела отрицать хоть что-то из ее наследия. Так, она была одинока долгое время, проводя время дома с родителями.
Шей была права насчет многих вещей. Пока она шла по жизни, она на самом деле не жила. Да, она взяла деньги из страховки матери и открыла бизнес. Она продала дом и купила квартиру, изолируя себя подальше от семьи.
Все в ее жизни управлялось и контролировалось. Мужчины в ее жизни присутствовали для одной цели, и это не имело ничего общего с любовью. Она сбегала от отношений, когда они изживали себя или становились слишком навязчивыми, она заканчивала их и шла дальше.
Оглядываясь на два прошедших года, она знала, что ее матери было бы стыдно за нее. Ее мама, была самым живым человеком, которого она знала. Каждый день был приключением. Она проживала каждый день на полную катушку. И она учила Киешу жить так же.
Шейла была права. Страх переезда был просто удобным предлогом, чтобы сбежать. Ее реальный страх, тот, что она скрывает даже от самой себя, был отрыть сердце и жить дальше. Бессознательно, она пыталась похоронить себя вместе с мамой. Киеше было стыдно.
Она посмотрела на Алекса, когда он ехал. Это бы мужчина, которого она могла уважать. Она уже доверяла ему. Это были две составляющие любви. Она знала, что он любит ее. Ох, он не говорил ни слова, но каждое его прикосновение и действие говорило это за него. Это было в заботе о ней, и в том, как он внимательно слушал ее. Он хотел узнать ее, не только ее тело, но и мысли. Она будет дурой, если даст этому мужчине уйти, а ее мама никогда бы не вырастила дуру.
В то время, когда они приедут в город, она присмотрит хорошее местечко, чтобы открыть еще один магазинчик. Она действительно может управлять своим бизнесом, откуда угодно. Другое место будет глазурью на торте и даст ей некоторое отношение, а так же заставит ее чувствовать себя частью сообщества.
Она не скажет Алексу, только пока. Она наделала такого этим утром, что он скорей всего не поверит ей. Это одна из тех ситуаций, когда действия необходимы, чтобы сказать, больше чем слова. Она должна показать, что не только стремиться к нему, но и к его миру и всего сопутствующему. Что-то внутри нее переключилось. Это было правильно.
Алекс протянул руку и коснулся ее руки.
— Пенни за твои мысли.
Она переплела свои пальцы с его.
— Ох, они стоят больше пенни. Инфляция, знаешь ли?
Он засмеялся.
— Скажи мне цену. Думаю, я могу позволить себе это.
Она думала о решении переехать, и таинственно улыбнулась.
— Не сейчас, но скоро.
Указав вперед, он сказал ей, что скоро будет виден город, когда они повернули на следующем повороте. Она поняла, что они спускались вниз по горе не так уж долго. Дорога была длинной и извилистой, окруженная лесом и небольшими дорожками, ответвляющимися от нее и ведущими в никуда. Она знала, дом Алекса стоял около вершины горы, но и не подозревала насколько близко к пику на самом деле. Его название Рейвен Пик, казалось очень уместным. Не удивительно, что мужчина водил внедорожник с полным приводом на четыре колеса.