Недоверчиво переглядываясь с ректором, генерал всё же изрёк:
- Я бы предпочёл не брать с собой женщин.
- Если вы думаете, что я не смогу постоять за себя, то…
- Мисс Орен, - резко прервал пламенную речь генерал Хорэн. – На дирижабле будет не менее тридцати человек. Все мужчины – сколько мы будем вдали от дома, я не знаю. Надеюсь, вы понимаете последствия для молодой девушки подобного странствия. Как и вы миссис Эверхон.
Хорэн решительно поднялся с намерением уйти. К удивлению Фос, Розалин не попыталась удержать его, а лишь раздражённо поджала губы.
- Пойдём, дорогая, - миссис Эверхон грациозно, насколько позволяла её ущемлённая гордость, встала. Пропустив Фос вперёд, она сдержано попрощалась с джентльменами, и вышла в коридор. Мисс Орен семенила следом, допуская мысли о том, что после небольшой размолвки с ректором и генералом можно будет покинуть свет. Розалин же была иного мнения, и стоило обеим показаться в зале, как мисс Орен незаметно подтолкнули к толпящимся возле стен юным девушкам, ожидающих приглашения на танец. Стоило ли говорить, что остаток вечера был испорчен. Фос и без того, не снискавшая популярность среди джентльменов, в этот вечер помимо всего прочего отличилась крайней рассеянностью. Было бы странно сохранять трезвый ум после услышанного.
Ночь выдалась бессонной, и чтобы не лежать без дела, раз уж всё равно не может уснуть, девушка принялась за работу. Несколько дней назад ей заказали протез для ноги и пока был готов лишь скелет. Требовалось ещё оснастить его импульсом и шестерёнками, не говоря уже о внешнем виде. Взяв в руки коробку со сверкающими, будто звёзды голубоватыми импульсами магии, девушка вновь вспомнила слова генерала.
«Кому может понадобиться столько магии?» - Фос хмыкнула и продолжила работу. Через несколько часов, когда мышцы шеи и плеч стали болезненно ныть, механик всё же потушила лампу и в потёмках побрела к кровати.
Стоило ей лишь прикрыть глаза, раздался стук. Мисс Орен почти согласилась с собой, что ей послышалось, как стук раздался снова. Более требовательно и нетерпеливо, чем раньше. Привыкшая к различного рода капризам клиентов, Фос пришлось встать.
Гость, явившийся с рассветом, принёс немало удивления.
- У меня хорошие новости! – на пороге в полном лоске, пыша энергией и несвойственным румянцем, стояла герцогиня Эверхон. – Мы едем во дворец!
***
Одвапа скорым шагом пересёк дворцовую площадь. Вчерашний визит в магическую академию завершился успешно. Импульсы находились в полной сохранности под защитой мистера Бэрома, и в любой момент король мог рассчитывать на их использование. Оставалось только оповестить об этом самого короля. Его величество в связи с возрастом и состоянием здоровья вставал поздно, а ложился рано, поэтому прибывать во дворец в ночи не имело смысла.
Генерал в мере возможного по-хозяйски прошёлся до зала аудиенции, и с удивлением обнаружил, что короля в нём нет. Слуги не преминули помочь ему в поисках монарха, и вскоре Хорэн стоял возле дверей малой столовой. Дождавшись объявления своей персоны, Одвапа вошёл.
Король радостно хохотал, когда тот появился в зале, и бодро прохаживался, бросая на гостя переливы со своего золотого бедра. Протез был совсем сырым, не инкрустированным, с видневшимися шестерёнками и тонкими поршнями, а главное – новым.
- Генерал! - воскликнул его величество, едва заметил новоприбывшего. - Посмотрите на меня! Я словно молодой олень во время охоты! - в доказательство своих слов, король подпрыгнул на месте и снова захохотал.
- Верно подмечено, - тихо согласился Хорэн, испепеляя взглядом знакомую спину в модном фиалковом платье.
- Доброе утро, генерал, - голова женщины повернулась, давая возможность развеется последним сомнениям, в том, что за столом подле монаршей особы восседает никто иная, как Розалин Эверхон. Леди, которую не способно в достижении своей цели, остановить даже пушечное ядро.
- Хорэн, ты знал, что в нашем государстве есть столь умелые дарования? - пожилой мужчина никак не мог нарадоваться безболезненной возможности передвигаться. Одвапа перевёл взгляд уже на мисс Орен - та стояла недалеко от короля, хмуро глядя на протез, по всей видимости, своей работы. На ней красовались коричневые шаровары, поддерживаемые лямками и повидавшая виды хлопковая рубаха, с закатанными рукавами. Волосы цвета ржавчины, по обе стороны от головы были скручены в пучки, а на голове красовались сварочные очки - разительный контраст со вчерашним портретом светской леди.