Пара горячих ладоней легла на талию Алисы, сжимая её. Алаэфит подался вперёд, мгновенно замерев. Жевалки на его лице перекатывались, выдавая напряжение, дракон отчаянно сопротивлялся секундному порыву, но девушка неожиданно резко прервала его муки, потянувшись к нему и накрыв его губы своими. Алиса чувствовала, как руки мужчины скользят по спине, талии, как они обхватывают бёдра, сжимая каждый сантиметр, до которого дотягиваются. Как приятно ноет и отзывается на эти прикосновения кожа и низ живота. Алаэфит прервал поцелуй, переводя дыхание, чтобы тут же припасть к шее, ключицам, груди. Если бы Алиса не поцеловала его! Челюсть непроизвольно сжалась, и мужчина со стоном сожаления втянул воздух, впиваясь в сонную артерию. Девушка сдавленно охнула, чувствуя, помимо боли истому.
Пальцы непроизвольно скользнули к брюкам.
- Что... ты... делаешь… - тяжело дыша, хмуро произнес Алаэфит, отстраняясь и стараясь не смотреть на Алису. - У меня же… Хамадра… я и так еле сдерживаюсь…!
Кровь на губах мужчины слегка остудила градус страсти. Укус под ладонью дракона болезненно заныл.
- Прости, - растерянно ответила девушка,тоже часто дыша, - я как-то странно себя чувствую…
Кровь закипала. Внутри тела бурлила энергия, требующая выхода. Алиса больно укусила губу с внутренней стороны. Всё, о чём она могла сейчас думать - ей хочется больше. Наброситься на дракона, чтобы прямо здесь предаться охватывающему пламени страсти.
- Я должен вернуться на плац, - отрешённо бросил мужчина, скоро разворачиваясь, чтобы уйти. Алиса какое-то время провожала его взглядом, но после, поправив одежду и волосы, поспешила обратно в крыло алхимии.
Недомогания не прошли. Стало только хуже - хотелось немедленно уединиться или затолкать в тёмный угол стражника. Даже, когда девушка столкнулась в дверях с Сури единственной её мыслью было желание кого-нибудь завалить, даже алхимика.
- Алиса, с вами всё в порядке? - прикосновения старика обжигали, и это пугало.
- Нет, со мной что-то… - Алиса снова закусила губы, чтобы отвлечься. Сури какое-то время смотрел на гостью с непониманием, но довольно скоро заметил злополучную шкатулку.
- Вы ели конфеты… - догадался он, с сожалением глядя на муки девушки. - Нужно промыть кишечник и выпить травяной настой, - он горько покачал головой.
- Как вы догадались… про шоколад? - часто дыша и передёргиваясь от волн мурашек, Алисе с трудом удавалось говорить.
- Неважно, - тихо пробормотал старик.
Сури растворил в стакане несколько крошечных кристаллов (вода из-за них окрасилась в розовый) и протянул Алисе. Та залпом выпила жидкость, и почти моментально к горлу подкатила тошнота. Алхимик услужливо поставил перед ней таз и занялся травой.
Вскоре, начиная с пальцев рук всё тело охладело, и Алису вывернуло. Раз, два…десять? Она сбилась со счёта.
Сури помог ей лечь в кровать и поднёс к губам травяной настой. Он жутко горчил и неприятно пах, но алхимик уверял, что он вылечит её.
- Это был яд? - тихо спросила девушка.
- Нет, - покачал головой старик. Он сидел возле кровати и тоже пил отвар. Несмотря на то, что королева пожаловала ему коробку чая, Сури предпочитал проверенные сочетания трав новомодному напитку. - Это… афродизиак - вещество, которое вызывает любовное влечение…
- Но откуда вы…
- Король просил сделать подарок для мисс Айя… - тихо пробормотал Сури. Алиса заметила, что алхимик выглядит уставшим: приспущенные веки, расслабленное выражение лица и чуть заторможенная речь. Она хотела спросить его о самочувствии, но Сури внезапно завалился на пол с открытым ртом. Девушка на секунду застыла и тут же привстала с кровати - нужно было позвать на помощь, но ноги налились свинцом. Тело плавно погружалось в мягкую пелену и переставало слушаться хозяйку. Голова тоже показалась на редкость тяжелой, и не противясь, Алиса уложила её на подушку.
Сквозь белый шум, накативший так же резко, как и слабость, раздался скрип двери, и на пороге показался знакомый силуэт. Последнее, на чём удалось сфокусироваться перед забвением - самодовольная ухмылка, принадлежавшая Алану.
Глава 14.
Охота. Стоило этому слову прозвучать в стенах дворца, как у слуг начинала болеть голова. Если со зваными приёмами всё было вполне ясно, то зверование осложнялось непостоянством настроения монарших особ и их гостей. Хочет его величество лично подстрелить дичь или необходимо сымитировать деятельность? Возможно, стоит ранить кого-то из гостей или наоборот - поощрить обильной добычей. Количество важных моментов усложняло процесс подготовки и добавляло напряжения в атмосферу. Аристократам было проще: их участие сводилось к выбору туалета и способности к недурной езде верхом.