- Вы кто? - бросил он, мигом обдав непрошенного гостя враждебностью.
- Мне поручили найти алхимика Сури, - Алаэфит непроизвольно положил руку на рукоять меча. Алан заметил этот жест и задержал взгляд на оружии. Много ли стражников ходят с таким мечом?
- Мастер Сури покинул дворец, в связи с неотлагательными делами личного характера., - алхимик прошёл в комнату и внимательно её осмотрел - всё было на местах.
- Для отчёта нужно нечто более детальное: записка, или пояснение, куда он поехал, насколько. Не мог же он просто сорваться посреди ночи, никого не предупредив…
- Мог, - холодно, не поворачиваясь ответил Алан. - А теперь, покиньте мою комнату, мне нужно отдохнуть.
Алаэфит вышел, скрепя зубами.
- Подождите! - в начале коридора появился молодой человек, в мантии с изумрудным шарфом. Едва дверь стала закрываться, он ускорил шаг и буквально подбежал к комнате. - Алан!
- Генри… - алхимик закатил глаза.
- Что происходит? Я закончил дела и приехал, как только смог, но ни мастера Сури, ни Алисы нигде нет…
- Мастер уехал по делам, - холодно отчеканил Алан. - Где источник, я не знаю, возможно, мастер забрал его с собой.
- Но ты ведь использовал “лорум”. Как он мог её забрать? Она, скорее всего, в замке. Найди её. Мастер просил меня о сопровождении до церемонии.
- Какой церемонии? - вмешался Алаэфит.
- Извлечения… А… Ох, я не должен был говорить! - щёки Генри заалели, и он ударил себя по лбу. Алан напрягся. - Давай, - Генри махнул рукой, подгоняя алхимика.
- Не много ли вопросов? - Алан прищурился, глядя на стражника. Он был выше остальных, более широкий в плечах, более загорелый… Даже волосы носил длиннее.
- Праздное любопытство, - криво улыбнулся Алаэфит, разворачиваясь, чтобы уйти. Алан ещё некоторое время буравил взглядом его спину, но потом переключился на Генри и постарался избавиться от него. Последнее, что услышал дракон, зайдя за угол: “Видишь. Она спит”.
***
Чёрные бархатные одежды разлетались в стороны, и лёгкое шуршание, издаваемое ими, разносилось по коридору. Завидев их, некоторые слуги тотчас склоняли головы в почтении, прочие отходили в сторону, давая простор для размашистого шага. Ёмиль Калт походил на черного ворона, залетевшего средь белого дня в чертоги церкви. Но он объявился здесь неслучайно: одной из обязанностей епископа являлось участие в Верховном совете, который был действующим лишь номинально. По сути: король объявлял свою волю, а остальные, несмотря на своё отношение, доносили её народа.
В этот раз причиной стало нечто, из-за чего Ёмиль не спал, ночь проведя в дороге, и теперь настроение было препаршивое. Мужчина суховатой рукой в перстне толкнул дверь в зал совета, и тут же узрел собравшихся: озабоченного и уставшего генерала Хорена, придворного алхимика, верховного судью и представителей высшей аристократии. Его величество пока не озарил своим ликом присутствующих. Ёмиль кивнул нескольким людям, и присел на свободное кресло.
- Виконт Мэлвут, - Калт повернул голову к сидящему слева мужчине, - священники вашего виконтства сетуют об уменьшении количества прихожан. В чём причина?
- Возможно, Господь перестал слышать наши молитвы, - пожал плечами Мэлвут. - И люди перестали молиться.
- А что насчёт вас, барон Роттфорт?
- Возможно, высокая смертность, мистер Калт. (опущено обращение ваше преосвященство)
Ёмиль сначала побледнел, а затем покрылся красными пятнами гнева. Он уже начал медленно возвышаться над столом, готовя словесную атаку, как двери распахнулись, и в зале появился его величество.
- Генерал Хорен вернулся из возглавляемой им экспедиции с благими вестями, так что вскоре жизнь вернётся в прежнее русло, - заговорил король, игнорируя Ёмиля, поэтому тому пришлось сесть.
Мужчины взволнованно зашептали. Это, определенно, благие вести! Спустя столько времени!
- Позвольте напомнить, что мы ещё ничего не обсудили, - подал голос Алан, которому позволили присутствовать вместо исчезнувшего мастера. С одной стороны он не был этим доволен, с другой - у него имелась возможность повлиять на сроки церемонии.
- Здесь нечего обсуждать, - враждебно бросил генерал. - Если вы действительно полагаете, что имеете здесь силу или право голоса, мне вас жаль.