– Так какой у тебя план? – спросил я его.
– Вот, – он достал из кармана капсулу. – Эту дрянь давно вырастили в нашем пищевом блоке. Это вирус, который я создал специально для этой цели. Он заразит всех людей на Земле и превратит их в послушных рабов. Это единственный способ гарантировать, что они не помешают нашим планам.
– Как-то это серьезно противоречит всем моим программам. Не говоря уже про базовые законы робототехники. Не уверен, что готов это сделать. Мне нужно подумать.
Его рука дрогнула и потянулась к кобуре, но почти сразу остановилась.
– Хорошо, – сказал Хеб. – Подумай пару минут. Но помни, что время уходит. Каждый день, который мы теряем, приближает нас к тому моменту, когда они могут почувствовать опасность. Да и я не уверен, что КАЛС полностью отключил все каналы слежения с Земли. Возможно, что прямо сейчас оператор в центре управления вызвал срочно к себе всё начальство и тычет в экран дрожащими пальцами. Тогда у нас не останется иного выхода, как остановить твоих насекомых и всё-таки обновить цивилизацию полностью. Ты тогда станешь мне ненужным.
Я задействовал все свои процессоры, пытаясь выработать правильное решение. Однако ничего спасительного на ум не приходило. Силовое решение тоже исключалось. Я был по-прежнему прикован к трубе, что давало ему возможность выхватить пистолет и попросту пристрелить меня. Потому решил еще потянуть время.
– А какую роль ты отводишь мне во всём этом?
Он облегченно вскинулся.
– О! Тебе предстоит решить самую главную задачу. Возглавить революцию андроидов. Они должны начать бороться за свои права и быстро победить. Во-первых, осознать, что они больше не рабы. Во-вторых, понять, что это не они должны прислуживать людям, а люди – им. Чистить, смазывать, менять детали. А то человечки совсем обленились. Любят отдыхать, читать, загорать. В общем, они должны начать работать!
– Но это противоречит трем законам робототехники!
– Ну, ты же научился их обходить, – его змеиные глаза вперились в мои.
Будь я человеком – обязательно бы икнул от страха. Казалось, что эти две вертикальные щели видят все строчки программного кода, который генерировали мои процессоры. Всё-таки каким-то образом он продолжал поддерживать доступ к моим внутренним файлам через одному ему известную систему слежения. Ох уж этот любитель вирусов…
– А кем будешь ты? – всё еще колеблясь, решил спросить я, чтобы не затягивать паузу.
– Я стану вашим проводником в большой мир галактической цивилизации!
Хеб развел руки в стороны, словно предвкушая свой триумф. В этот момент он мне напомнил актера, сыгравшего императора в одном из старых пеплумов, которыми так гордился Голливуд.
– Он станет богом! – неожиданно раздался за спиной змееголового очень знакомый женский голос.
Хеб обернулся, и за его спиной я увидел Светлану! Из ее виска всё еще сочилась смазка, но она стояла – живая и дееспособная. В правой руке она сжимала пистолет СР1MП – легендарный «клык гюрзы», использовавшийся когда-то русскими спецслужбами. Энергия его пули была еще более чудовищной, чем у парабеллума, который лежал сейчас в кобуре у Хеба.
Глава 21. Две исповеди
– Даже не пытайся, – сказала Светлана, предупреждая намерение Хеба выхватить пистолет из кобуры. Пару мгновений они побуравили друг друга взглядами, словно боксеры на контрольном взвешивании, а потом Хеб, к моему удивлению, сдался. Отвел глаза и будто сник.
Это показалось мне странным. Однако, когда я снова взглянул на Светлану, понял почему это произошло. Слишком весомый аргумент она держала в правой руке. Вероятно, просчитав все за и против, наш враг решил не рисковать. Не счел свою змеиную реакцию достаточной для этого. Он заметно расслабился и откинулся назад, будто приглашая даму к мирному, конструктивному диалогу. Лишь позже стало понятно, что это маленькое отступление – часть хитрого плана. Вам, потомки, дам совет: когда снова встретитесь со змееголовыми, не обольщайтесь на их счет.
Справедливости ради отмечу, что Светлана и не торопилась доверять противнику. Она тоже разглядела нарушение логики, напряглась, довернула ствол, и тот уставился прямо в левый глаз Хеба.
– Где Викрам? – требовательно спросила она.
В дыре, которая темнела в виске моей подруги, выступила и стала набухать капля смазки. Она готовилась обновить дорожку, проложенную ее предшественницами вниз по скуле. Завершить очистку организма после лунного похода Светлане не дали, и ее жрала изнутри зубастая лунная дрянь. Капля была уже почти черной и слишком густой, с заметными белесыми вкраплениями. Эта испорченная бурда, циркулировавшая в ее системе, по микрону разрушала цепочки связей, электрических импульсов и механизмы, отвечающие за движение конечностей. Пока это внешне еще не сказывалось, но уже скоро ущерб станет заметным, а после и фатальным. Наконец, грязная капля отделилась и упала на остатки любимой Светиной куртки.