И белое солнце встало рядом с одинокой нейтронной звездой.
– В конце концов, мы вполне можем вовлечь Индию, предложить им сделать из лунной базы станцию подскока, чтобы не тратить лишние ресурсы на преодоление земного тяготения. Кислород и целый ряд других элементов можно возить и с искусственного спутника Земли. Они хотят Ганимед – пожалуйста.
Рядом засияло еще одно ярко-белое солнце, с противоположной от своего двойника стороны. Они ослепили нейтронного собрата, и эмоциональный счетчик игры, уловив схожесть позиций игроков, сформировал на поле не простую звездочку, а голубого гиганта. Тот гарантировал невозможность исхода, при котором этот участок «виртуального космоса» будет полностью поглощен тьмой.
Оба игрока заметно повеселели.
– А заодно за счет индусов, наконец, вернем на станцию человеческий экипаж. А то странно: в ледяной Антарктиде мы заселили целых два города, а на Луне, где ресурсов в миллионы раз больше, отдали всё во власть киборгам.
В зоне голубого гиганта появилась еще одна маленькая звездочка – красный карлик.
Впервые в их игре получилась система двойной звезды – за годы практики они об этом разве что слышали. И потому сейчас оба завороженно уставились на это чудо.
– А ты знаешь, – очень медленно проговорил Хосе, – мне кажется, я придумал, как нам разыграть эту партию, не вовлекая в планы Индию. Ее можно иметь в виду в качестве запасного варианта.
Элизабет ничего не сказала. Лишь правая бровь выжидательно приподнялась, а руки свободно легли на широкие подлокотники.
– Я совсем недавно смотрел отчет об освоении эмоций теми синтетиками, которые сейчас входят в команду Лунной станции, – продолжил ее зам всё так же неспешно. – И к своему удивлению впервые увидел там слово «влюбленность».
Хосе встал, прошелся пару раз вправо-влево. Его руки были в карманах. И если бы его взгляд сейчас не был крайне задумчив, он был бы похож на танцора, готовящегося к выступлению на одной из приватных вечеринок для богатеньких дам. Камера коммуникатора в этот раз не оплошала и двигалась синхронно с Бальбоа, фигура которого не потеряла сейчас ни пикселя четкости.
– Тогда я отмахнулся: ну, кто там может быть влюблен? Старый КАЛС в Вика Шестирукого? Но сейчас вдруг вспомнил, что эта особенность была выявлена в досье недавно распакованного синтетика из новой партии.
– И кто же стал объектом его страсти? – без единой капли женской стервозности, к большому удивлению Хосе, спросила Элизабет. Сейчас ее тон был разбавлен, скорее, нотками большой надежды.
– К массажистке. Она на станции уже довольно давно и очень старательно осваивает человеческие эмоции. Даже копирует какую-то модель из России. В том числе некоторую легкомысленность в поведении.
– Это тоже было указано в досье?
– Ну, – протянул Хосе. – У меня разболелась спина – с непривычки. Во время того краткого визита на станцию, куда ты меня отпустила, чтобы я развлекал жену нашего босса. И пришлось обратиться за помощью.
– Понятно. – Теперь стервозность и ревность открыто прочитались во взгляде женщины. Но время для выражения этих чувств еще не пришло. – Думаю, эту партию мы закончили.
Мадам Ватсон решительно взмахнула кистью правой руки, и космический куб пропал с середины стола. Вместо него появилась другая голограмма: голубоватая плоскость, где вверху стоял пока только логотип НАСА.
Пальцы застучали по виртуальной клавиатуре, и на экране появились две фотографии – симпатичного, но немного растерянного юноши и улыбающейся во весь рот блондинки.
– Прям Ромео и Джульетта, – хмыкнул Хосе, всего пару дней назад скучавший около знаменитого балкона шекспировской героини. Побывать в Италии и не съездить в Верону отваживалась далеко не всякая влюбленная парочка. Каких-то полчаса на аэротакси от Венеции, и впереди ждало море страсти и длинная ночь.
– Давид и Светлана? – в свою очередь пробормотала Элизабет. – Почему бы нет? Похоже, у нас есть стратегия, как разгрести кризис и вернуть интерес к Лунной программе.
Ее губы растянулись в коварной улыбке.
Глава 7. Новый друг и телохранитель
Я бы и дальше развлекал вас историей о том, как парочка земных интриганов коротала время за игрой в космическое реверси1 – ведь за его классическим вариантом любил скоротать вечерок не кто иной, как сам Наполеон, когда англичане сослали его остров Святой Елены. Однако наши события между тем стремительно развивались. Самое главное, у меня появился новый друг. Еще один персонаж, который сыграет в моей истории заметную роль.