Разумеется, выхлопы двигателей подняли лунные песчинки, из-за чего на несколько мгновений испортилась видимость. Но уже через пару секунд мы выплыли из мутного облака и медленно двинулись в сторону провала.
Лицо Светланы было сосредоточенно. Взглянув на приборы и на счетчики расхода топлива, я понял, что не все риски заложил в свои расчеты. Там, где опытный пилот совершил бы быстрый маневр, может и на грани риска, моя подруга всё делала как по учебнику. Отчего мы явно вываливались за пределы расчетного максимума.
Байк медленно подплыл к середине провала. Девушка переключила какие-то тумблеры и намертво вцепилась в ручки балансировки. Синий пластик даже слегка промялся. Я уже хотел было поддержать ее какими-то словами, но она взглянула на меня так, что я счел за лучшее сидеть молча и не отсвечивать.
После небольшой, в секунд пятнадцать, паузы, наш аппарат начал снижаться. Пару раз он проваливался быстрее, чем нужно. Но подруга быстро исправлялась, и темп движения возвращался к расчетному. К удивлению, кренов уже практически не было. Синтетик училась с неимоверной скоростью.
Примерно через десять минут такого спуска радар показал быстро приближающееся дно. Пилот усилила тягу нижних двигателей. Кресло лишь слегка скомпенсировало удар в копчик, и весь вертикальный ствол моего организма, подобный позвоночнику человека, запросил пощады. Его молитвы были услышаны. Темп падения снизился, и в конце концов байк завис в десяти метрах над темным полом. Как ни удивительно, никаких барханов лунной пыли, которая сыпалась с поверхности, тут не было.
– Странные стены – не находишь? – Светлана показала на мониторы. – Практически от пола вверх идут ложбинки. Будто направляющие.
– Согласен, – ответил я.
Трудно было их не заметить. Если около поверхности, как я уже говорил, стены были идеально ровными, то уже через минуту нашего путешествия появились эти впадины, напоминавшие по своей форме нарезку в стволе огнестрельного оружия. К самому дну они и вовсе корежили идеальную стену слишком часто. Материал, из которого было сделано дно, не поддавался никакому сканированию, не пропуская ни ультразвук, ни радиоволны. А лазерный луч расфокусировался за метр до стен, мгновенно остывая и не причиняя никакого вреда.
Светлана снова включила кормовые двигатели. Наш катер плавно двинулся вперед и вниз, заходя в первую гигантскую петлю. К сожалению, летели мы не на истребителе, и потому легендарный маневр Нестерова выполнять не стали: никаких переворотов не было. Пришлось постоянно подниматься и опускаться, сохраняя примерно одно положение относительно горизонта. Что, понятно, сильно увеличило расход топлива. Ведь основную нагрузку несли те восемь движков, которые были у нашего катера снизу.
Прогноз приходилось корректировать буквально каждую секунду, из-за чего уже начали слегка подвывать процессоры.
– В кои-то веки мы сможем полетать в настоящем байке. Когда бы нас к нему еще допустили?
На лице Светланы сияла улыбка счастья. Еще немного, и начнет лихачить будто пилот-ас. Пора что-то предпринять. Да и пересчитывать в тысячный раз запас хода уже надоело.
– Вообще-то, наша задача не прокатиться, а всё обследовать. И найти подлунный мир, если он есть.
– Подлунный мир? Ты о чём?
– Да ладно, мы с КАЛСом догадались, что Мадлен тебе всё рассказала.
– Мадлен? Ничего она мне не говорила.
Я сразу понял, что Светлана лукавит. Слишком быстро отвела глаза и постаралась перевести разговор на другую тему.
– Наш разведчик здесь всё просканировал, – сообщила она. – Когда мы будем подбираться к тому месту, где он пропал, стоит усилить бдительность. Я бы вообще предложила сесть пораньше и подобраться на танкетке. Мало ли что там случилось. Может, его сбили лазерные пушки и усиленная оборона, которую возглавляет таракан-генерал. Ой.
Она хихикнула и прикрыла правой ладонью свой рот, одновременно выпучив глаза. Проговорилась. И поняла, что я это уловил. Но на ее спасение, катер начал заваливаться влево, и подруга вернула вторую руку на штурвал.
– Извини, ты еще совсем молод и можешь всё понять неправильно. Давай я тебе расскажу после того, как вернемся.
Это был не вопрос, а утверждение. Синтетическая девушка замолчала и стала всматриваться вперед. К десятой минуте полета пол, потолок и стены исчезли из светового пятна – настолько темно было вокруг. Потому Светлана вывела в нижний край переднего монитора изображение с инфракрасной камеры, показывавшей рельеф по курсу катера.