– И что будем делать? – терпение у моей подруги закончилось быстрее.
– Ты починила байк?
– Когда? Нет, конечно. Как только увидела, что вы остановились, побежала к вам. Благо даже инструмент не успела распаковать, – она кивнула на огромную сумку, лежавшую с противоположной от меня стороны.
– Плохо.
– Я уже говорила, что вместе сможем всё починить быстрее. Я посмотрела – там делов-то на пару часов максимум. Просто задели и смяли внешние сопла. Надо будет выправить. Тяга ровной не станет всё равно – мы ж не в цеху на станции. Но кое-как долететь сможем.
– Сколько у тебя осталось заряда?
– Ой, всего шестьдесят пять процентов. Почему? Мы ж вроде ничего не делали. Просто летели, потом просто стояли. Как будто… ну, эти… ну, ты должен помнить. В прошлом были такие аппараты, зарядки которых хватало меньше, чем на сутки.
– Помню, смартфоны. Да, всего лишь летели. Стояли. Вот только в расчетах забыли про космическую радиацию. Хапнули сверх нормы. Проверь отчеты.
На пару минут она углубилась в изучение своего организма. Потом хмыкнула и спросила.
– Вопрос остается прежним. Что будем делать? – хотя во мраке я едва угадывал лишь контуры ее шлема, почти не сомневался, что сейчас ее губы вытянулись в тонкую линию, а глаза стали снова холодными.
Впрочем, подруга была права. Сейчас нам явно не до препирательств.
– Придется спускаться вниз. Что есть в твоих инструментах? Нам бы очень пригодился трос, кувалда и металлические скобы, чтобы создать страховку. Я читал про то, как действовали альпинисты на Земле. Думаю, можем здесь попробовать ту же тактику спуска и подъема.
Ответить моя подруга не успела. Сначала она растопырила руки, вытянув ладони параллельно полу, будто стараясь противостоять боковой качке. Потом повернулась ко мне и спросила:
– Ты тоже это чувствуешь?
Что конкретно имела в виду подруга, я понял не сразу. А вот легчайший шлепок снизу вдруг ощутил. Посмотрел вниз и понял. Мы двигались! Вот прямо сидя на попе и двигались, словно дети по очень липкому снегу. Откуда в моей голове такие образы? Я и снега-то ни разу не видел. Снова кадры из раскрытых дел. Светлана, отклонившись, схватила сумку с тяжелыми инструментами и водрузила ее себе на колени, но скорости движения это не изменило. Напротив, с каждой секундой она стала нарастать: миллиметр в секунду, сантиметр в секунду, метр в секунду.
Нет, мы не падали с горки. Трение между нашими скафандрами и вылизанным до блеска мрамором не исчезло. Отличный материал наших костюмов сначала натянулся, потом начал потрескивать, но пока держался. Внешние сенсоры уловили очень мощное электромагнитное поле, которое стаскивало нас вниз, с каждой секундой всё увеличивая свою силу.
Не сговариваясь, мы взяли друг друга за руки и попытались упереться в пол ногами. Особого результата это не дало. Лишь чуть-чуть замедлило наше скольжение. Но уже скоро темп восстановился, а потом и вовсе стал нарастать.
Через пару минут скорость стабилизировалась. Теперь она не увеличилась, даже когда угол наклона поверхности подошел к пятидесяти градусам. В свободном полете мы бы падали гораздо быстрее. Мелькнула робкая надежда, что уже скоро это необъяснимое явление закончится, ведь крутой спуск в конце концов должен был завершиться подъемом. Но она не оправдалась – мы просто двигались по прямой с постоянной скоростью.
В миг, когда мы уже готовы были запаниковать, справа и слева от нас возникли белые огни – та самая глиссада, которую мы видели еще совсем недавно, провожая взглядом бедного Бублика. Нас потянуло еще сильнее – настолько, что сила притяжения буквально подняла нас в вертикальную стойку, хотя мы пытались сгруппироваться, как лыжники перед прыжком с трамплина. Единственное утешение: потерять остатки обуви нам больше не грозило. Наши подошвы перестали касаться пола! Мы как будто заскользили на невидимом сёрфе в миллиметре от мраморной глади.
– Нас затягивает! – прокричала Светлана, и мои динамики вынуждены были немного приглушить ее истерику. Из-за чего я чуть было не пропустил ее предложение. – Надо прыгать! Прыгать в сторону! Ты готов?
Мое тело в тот момент было практически парализовано. Процессор прикидывал, как сохранить живучесть, если нас постигнет та же участь, что и Бублика. Потому я только кивнул и сказал:
– Командуй.
– На счет три. Раз… Два…
Сказать «три» она не успела. Только нам удалось поджать ноги в надежде вытолкнуть свои тела в сторону, как ровно между нами появилась сплошная синяя полоса, и нас двоих потянуло вправо.
«Ну всё, попались», – подумал я. Сопротивляться не было никакой возможности – нас будто заморозили в позе готового к прыжку ныряльщика. При этом очень быстро втягивали вперед и вправо.