Кобра была на взводе, и, похоже, ей уже всё равно было, кого кусать. Она резко отодвинулась в сторону, словно примериваясь к человеку, и ринулась в атаку. Разорвав с треском и хлюпом человеческую кожу, ее зубы легко вошли в правое плечо. Мужчина попытался выдернуть мерзкое пресмыкающееся. Но было видно, что сила давно покинула его руки. Еще мгновение, и он заорал от боли. В закрытом помещении децибелы были особенно впечатляющими. От неожиданности мы со Светланой немного растерялись, и этого, к сожалению, хватило. Человек сник буквально на наших глазах и потерял сознание.
Я рванул ему на помощь, но кобра успела увидеть мой рывок. Резко оторвалась от мужчины, отчего из его плеча выскочили два небольших темных фонтанчика. И практически сразу я ощутил два молниеносных удара – в обе руки. Будто мне сказали: не лезь! Понятно, что такие шлепки меня не остановили, и рептилия, окончательно рассвирепев, кинулась мне на грудь. Удар был очень мощный: неожиданно сильный для такого, в общем-то, маленького шнурка. Она легко пробила остатки скафандра, одежду и внешний слой синтетической кожи. Ее зубы уперлись лишь в короб, защищавший центр координации сервоприводов, прокусить который смог бы разве что амурский тигр – да-да, самая большая и мощная кошка на Земле всё еще скрывалась где-то в сибирской тайге. Да и то, ему пришлось бы для этого серьезно попотеть. Пробить короб маленькие зубки злющей кобры так и не смогли.
Перед глазами сразу всплыло сообщение о потере целостности кожного покрова и появлении в организме альфа-нейротоксина, вязкой жидкости, способной за считаные мгновения блокировать передачу команды от нервных клеток к мышечным. Попадание яда заканчивалось обычно параличом и смертью. Опасная штука, конечно, но не для нас, синтетиков. Охранные системы выдали тревожный сигнал, и дыра в груди стала постепенно затягиваться.
Правда, я об этом узнал чуть позже. В тот момент я умудрился схватить кобру чуть ниже капюшона. Ощутил еще один удар острыми зубами по кисти и прочитал сообщение уже об утроившейся дозе отравы в организме. Пальцы стали как-то странно гореть: то ли она умудрилась пробить сенсор, отвечающий за энергобаланс в моей конечности, то ли ее яд попал в систему смазки и дал такую странную реакцию. Но мощные механизмы, управляющие пальцами, сжались в полную силу. Тело змеюки просто лопнуло в этом месте, где я ее стиснул. Я всё-таки самый настоящий робот, хоть и не комбайн или лунный трактор, что уж.
Я хотел было отбросить тело рептилии в сторону, но пришлось подойти к мужчине и буквально силой отодрать ее хвост от его спины: он, словно пиявка, присосался к позвоночнику. На спине бедолаги выступили красные пятна. Он вскрикнул и осел мешком. Но на удивление был жив: ни яд, ни потеря этой прилипалы не отправили его в страну вечной охоты.
Насладиться плодами победы мне, впрочем, не дали.
БАММММ!!! В помещении раздался самый настоящий звук колокола. Ваш мозг когда-нибудь оказывался между дрожащими стенками черепа? Ну, например, если вы занимаетесь боксом и пропустили хороший удар. Или не заметили верхний косяк в двери и приложились лбом.
Наш процессор, конечно, закреплен в голове более надежно. Да и не он главный: в черепной коробке расположено только то, что отвечает за видео, звук, обоняние и вкус. Но система всё-таки выдала угрожающую стабильности работы вибрацию, взяв паузу на определение неприятных последствий. Процессоры, находящиеся в голове, как будто взбесились. Звуковая волна оглушила микрофоны, а зрительный нерв в панике пытался понять, не было ли какого землетрясения. Обоняние, впрочем, я давно отключил, ибо пахло в этой комнате премерзко.
Не знаю, сколько это продолжалось, но из ступора меня вывел… тот самый бедолага, которого я попытался спасти. Как оказалось, он говорил уже достаточно долго. Но мой переводчик вернулся в реальность лишь после двух последних фраз:
– Очнитесь. Ничего страшного не случилось. Так всегда происходит, когда погибает симбиот. Через месяц распакуют нового, вот тогда опять начнутся пытки, – русский поморщился и повел плечами, отчего остаток верхней части рукава съехал на локоть.
– Симбиот? – переспросил я. – Вот эта жуткая кобра?
– Ну да. Их личинки похожи на наших змей, – ответил мужчина. На удивление, он не выглядел человеком, который должен вот-вот умереть от смертельного яда. Очень изможденным – да. Но не более. Между тем мужчина продолжил: – Кстати, этот экземпляр был не самым тупым. Быстро понял, что наше слияние невозможно, и мы не особо докучали друг другу. Я даже научил его играть в крестики-нолики и в шахматы. А он рассказал всё, что знал об их цивилизации. Немного, правда, он был еще совсем молоденьким. Ребенок одного важного лорда с их планеты.