Ну что, попробуем?
Я подошел к кодовому замку и на свою удачу набрал первую комбинацию: 1495. Удача покрутила пальцем у виска и отрицательно помотала головой. Облом! Четвертая цифра сбросила первые три и выдала ошибку: неужели код такой короткий, всего из трех цифр? Я испытал облегчение, хотя 999 вариантов – тоже немало. Но хотя бы не нужно было вычислять дату гибели Атлантиды.
Я сел на корточки и будто человек почесал затылок. Похоже, мои расчеты не были верны. Я снова пожалел, что спросить не у кого.
«С чего ты взял, что дела древнего бога можно измерить хронологией более позднего христианства?» – возникло в моей голове. Я был слишком погружен в новые вычисления и не сразу понял, что это мысль не моя. Еще секунд десять – а для нас это очень много – вычислял, где же я ошибся.
«Египтяне вели счет от восхождения правителей на трон, – снова таинственный некто проник в мои размышления. – Они делили год на три сезона. Типа сейчас год второй третьего месяца сезона нильского крокодила день тридцатый правления фараона Рамзеса Второго».
Я огляделся вокруг – никого нового в помещении не было. И ничего не изменилось. Лазерные лучи всё так же хаотически двигались, сжигая последние поднятые мною пылинки. Змееголовая испарилась, а Бублик лежал кучкой… гм… металла. Не считая погибшего человека, который, разумеется, двигаться и говорить уже не мог.
«Сам ты, гм… Чего остановился? Какие еще версии?»
– Бублик! Ты ожил! – наконец догадался я. Вскочил и подбежал к нему. Но как я его ни тормошил, израненное тело по-прежнему не двигалось.
«Отвали. Ты сбиваешь мне настройки. Дай восстановиться. Думай лучше. Ищи правильную цифру! Вдруг замок после трех неверных попыток заблокируется лет на пятьсот? Хорошенькие мумии из нас получатся, да только археологи нескоро доберутся».
Я нехотя оставил в покое ворчливого друга, хотя хотелось увидеть, как он откроет глаза и хотя бы слабенько улыбнется. Снова подошел к замку.
Будем рассуждать логически, думал я практически вслух. Ведь двусторонний канал связи снова работал. Змееголовая сказала, что Йаахн полюбила варвара. Предположим, она скрывалась под именем Яххотеп. И правление ее мужа началось в 1569 году до нашей эры. Если считать это стартовым днем календаря, то нужная нам цифра… всего 74. Не годится.
«А никто не говорил, что будет просто», – снова пробурчал в моей голове Бублик.
Я ничего не ответил и лишь продолжил свои изыскания. Так, а если пойти обратным путем. Египет, переживавший период раздробленности, был захвачен гиксосами около 1675 года до нашей эры. И государство начало трудный путь восстановления. Кульминацией той эпохи вполне могло стать появление божественного знака, за который приняли пролетающую комету.
Ну что, попробуем еще раз? Я медленно поднес пальцы к терминалу. Светившиеся легким голубым цветом клавиши встретили их всё таким же холодом. Указательный ткнул единицу, и цифра сменила окрас на зеленый. Средний нажал восьмерку – та повторила смену масти. И, наконец, большой коснулся ноля.
Я замер, надеясь на чудо. Пронзительно долгие пять секунд коварная третья цифра трепала мне нервы, не желая менять цвет. Но потом в стене что-то звякнуло, хрустнуло, и по контуру каменной двери взорвались фонтаны пыли. Нехотя, словно продолжая издеваться над моей поспешностью, она сдвинулась чуть назад. Замерла. И только потом с грохотом отъехала в сторону.
Итак, в качестве кода было выбрано не время с начала правления сына бывшей жительницы Луны, а период, прошедший с момента захвата государства пришельцами до его освобождения. Похоже, Йаахн вовсе не разделяла точку зрения оставшихся на Луне космических туристов. Потому и покинула их в конце концов.
Впрочем, то дела далекого прошлого. Мне же нужно было решать задачи текущего момента. Да, я вырвался, но пройден лишь один этап к свободе. Сколько их еще будет?
Я оказался в горизонтальном коридоре, концы которого терялись уже в пятидесяти метрах в неосвещенной мгле. Змееголовые явно экономили энергию, автоматически освещая пространство лишь на двадцать метров вперед и назад. Моя радость быстро уступила место задумчивости. Что дальше? Хорошо бы сейчас было найти старого русского робота, о котором говорил псевдо-Гагарин. Я долго знал человека именно под таким именем, и называть его реальным уже не хотел.