Я ожидал какого-то общего объявления, но вместо этого стражники, среди которых было и много простых чужан, начали непринужденно болтать на разные темы. Порой даже какой-то безусый юнец начинал говорить и его слушал сам Анфалар. А я тем временем испытывал на себе пристальный взгляд молодого Форсварара. В какой-то момент даже неуютно стало. Словно я городской, который зачем-то зарулил на сельскую дискотеку, где познакомился с местной красавицей. И теперь мне точно уготованы приключения, но отнюдь не сексуальные.
— Так… Матвей, ты чего сидишь, поешь мяса, — обратился ко мне Лео. — Давай я положу. Теперь с нами торгуют все Великие города.
Он стал накладывать ароматные куски какого-то огромного, если судить по ребрам, животного, загородив нас блюдом от бывшего правителя. И именно в этот момент шепнул мне:
— Не смотри на него.
— Чего?
— Не смотри на Форсварара. Сделай вид, что все нормально.
Надо ли говорить, что после этого игра «Как заинтересовать идиота» тут же началась. Голова попросту взрывалась от мыслей и общего непонимания. Получается, тут ведется какое-то негласное противостояние. Лео против Форсварара? За что? За внимание Анфалара и возможность быть подле него? Так вроде бывший правитель сам радовался, что избавился от такого ярма. В общем, непонятно.
Но теперь я только и делал, что дергался, отвечал невпопад и старался не смотреть на Форсварара. Чем, наверное, привлекал еще больше ненужного внимания. Я ждал своего шанса, чтобы хоть кто-нибудь ответил на несколько вопросов — пока тот не подвернулся. Курить тут не курили, а вот после массы выпитого, периодически ходили до ветру. Вот и мне предложил прогуляться молодой знакомый стражник — Раннагар. Я не сразу узнал в нем того пацана, который получил рубец и проклятие в нашей с Анфаларом охоте на тварей Созидателя. Точно, именно он влез вне очереди. Что забавно — теперь Раннагар опять оказался с рубцом, даже двумя, хотя после крона все отметины должны были слететь. Да и проклятия на его лице больше я не наблюдал. Видимо, искупил свою вину перед Скуггой? Может, и у Наташи тогда в этом плане был бы шанс, если возле нее окажется правильный человек. Вопрос лишь в том, захочет ли она подобного сама?
Суть в том, что за нами увязался и Лео. А когда мы вышли наружу, он жестом отослал Раннагара и теперь мне стало ясно, что все это — опять какая-то игра. Никто не хотел по-маленькому. Ну, разве что кроме меня. Но кого теперь это интересует?
— Будь начеку, — быстро проговорил Лео. — С Форсвараром что-то не так.
— Что не так?
— Не могу объяснить. Анфалар отказывается это видеть, дружба застилает ему глаза. Я заметил это еще в прошлый раз, после слабого голоса Царя царей. Тогда Фосварар был сам не свой несколько дней, молчал, ни на что не реагировал. Вел себя не как рубежник. И вернулся в нормальное состояние не сразу.
Мне стало не по себе от его слов. Особенно про «не как рубежник». Хотя бы потому, что я сам не вполне понимал, кем теперь являлся Форсварар. Он действительно был не совсем рубежником, как тот же волот, но в то же время сознание и память остались. Меня на мгновение посетила страшная мысль — что, если я создал того, против кого пытался бороться? А призыв Царя царей лишь активировал его. Нет, Мотя, ты параноик.
— А недавно, когда вы услышали короткий отголосок Царя царей, он опять изменился? — спросил я на всякий случай.
— Да, словно отрешился от всего. А после, когда Анфалар принес тебя, напротив, стал энергичнее. Все время только и делает, что пытается выведать что-то про тебя. И Безумец рассказывает.
— И что делать, Лео?
— Не знаю. Просто я решил, что ты должен знать.
Когда мы вернулись, я снова встретился с Форсвараром взглядами. И бывший правитель улыбнулся. Будто бы даже располагающе, только мне показалось в этой улыбке нечто неживое, вымученное. А когда я сел, Форсварар заговорил. И все неожиданно замолчали, потому что все это время бывший правитель заговорил.
— Матвей, расскажи, что произошло на Стралане. И как ты оказался близ Фекоя? Без чуров.
Стражники загалдели. Видимо, многих интересовал этот вопрос, но то ли у них не хватало духу его озвучить, то ли они стеснялись. Я поглядел на Анфалара, тот сидел совершенно спокойно, словно отец в присутствии детей. А я на мгновение замешкался.