— А это, дядя Гриша, с чем пирожки?
— С мясом. Алена Николаевна, его, конечно, выдала, как украла. Пришлось перемешать с какой-то травой, а ту немного вымочить в кипятке. Ну и так, добавил пару своих секретных ингредиентов.
Я не стал озвучивать догадку, что весь секрет заключался в алкоголе, а просто отправил крохотный пирожок в рот. Раскусив, чуть не обжегся от сочащегося мясного сока и многозначительно замычал.
— Совсем плохо? Я предупреждал, давай выкину.
— Ты офанарел? — пришлось даже искренне возмутиться. — Да я ничего вкуснее в жизни не ел. Это как… как…
Что самое забавное, я действительно не мог подобрать нужных слов. Фекойская выпечка из топора напоминала нечто среднее между пирожками с луком и яйцом и беляшами. Разве что взяв все самое лучшее от этих блюд. Что удивительнее всего, крестсеж чувствовался, но не горчил, а придавал определенную пикантность, что ли? Вроде какой-то травы, которой положили в меру.
Вслед за мной к уничтожению ужина приступил Митя, тут же заурчавший от удовольствия, как кот, дорвавшийся до деревенской сметаны. Гриша недоуменно поглядывал на нас, явно сомневаясь в нашей вменяемости. Вот научили беса плохому, теперь он каждый раз думал, что мы его троллим.
Однако когда на звук наших комплиментов, сказанных с набитым ртом, в комнату с печкой вышел Саня, по-дедовски шаркая ногами, даже Гриша расслабился.
— Вы чего разорались, поспать не даете? — с порога предъявил Лже-Александр.
— Встал, лежебока, — в тон ему ответил бес. — Я тут шуршу по хозяйству, а домовому хоть бы хны. Чего, хозяин, я плесну по постакашки? Вроде как принято, за новоселье.
— С нашими переездами никакой печени не хватит. Ладно, давай.
Пока бес оформлял самое дорогое, что он утащил из дома Инги, до меня наконец дошло, о чем он говорил. Точнее уж когда-то рассказывала маменька Грише. «Домового лечит дом». Когда Гриша занялся хозяйством, когда прибрался Митя и когда мы в теплой дружеской компании принялись за уничтожением припасов, сработала та самая природная магия.
Одной заботой меньше.
— Ну, короче, чтоб хе…. — Гриша осекся. — Чтобы все вздымалось и промысел нас не оставлял.
Мы чокнулись и выпили, сразу заедая пирожками. Сначала мне казалось, что Григорий приготовил целую гору (когда только успел), однако спустя минут десять наших посиделок выяснилось, что большую часть мы уже уговорили. Поэтому Анфалару, который решил заглянуть на огонек, можно сказать повезло. Гриша так и заявил.
— Смотри-ка, явно за углом стоял, ждал, пока наготовлю. Садись, раз уж пришел.
Анфалар, не привыкший к тому, что нечисть может вести себя так вольно, не сразу нашелся что ответить. А сев, сначала кобенился. Мол, поел и вообще ждет трамвая, но стоило ему попробовать выпечку, налетел на нее коршуном.
— Матвей, а тебе этот повар сильно нужен? — поинтересовался он.
— Сейчас ты скажешь, что поторопился с женитьбой и лучшая кандидатура — это Гриша?
Бес, который к подобным шуткам относился как Роскомнадзор, то есть не очень, весь набычился. Видно, ему не улыбалось идти под венец со здоровенным фекойцем.
— Нет, такая корова нужна самому. Это из мультика, — поторопился я объяснить абсолютно всем, потому что меня никто не понял. Гриша даже открыл рот, чтобы выступить с заявлением, что никакая он не корова. — Значит, что такого беса я просто так не отдам.
— А не просто? — не унимался Анфалар. — Моя жена прекрасно готовит, но до подобного ей далеко. С этим может сравниться лишь твой плов.
— Плов? — скривился Гриша. — Вы, похоже, тут вообще оголодали. Я ничего плохого не могу сказать про хозяина, но он готовит средненько. Вот вы бы мой плов отведали.
— Ладно, тогда будешь каждый день готовить фекойцам, — заявил я.
— Я же так, чтобы разговор поддержать, — сразу понял, что сделал стратегическую ошибку, Гриша.
— Все, первое слово — дороже второго. Можешь даже деньги брать, мне все равно.
Григорий хотел было что-то ответить, но в его глазах внезапно блеснула алчность. Наверное, бес уже прокручивал в голове, сколько серебра он может срубить с местных. Удивительный персонаж, состоит на моем полном обеспечении, а все туда же.
— Что до твоей супруги, то она прекрасная женщина во всех отношениях, — заверил я Анфалара, чем заслужил неодобрительные взгляды моей нечисти. Ревнуют, что ли?
Ладно, недоверчиво смотрели лишь Гриша с Митей. Саня продолжал ужинать как ни в чем не бывало. И, между прочим, правильно делал, еды оставалось все меньше.
— Это чего, хозяин, и характер у нее хороший, так?