ят пол-золотого в Мории! - плотоядно облизал губы "неприметный" мужчина. - Да ладно заливать! Десять серебрушек? - заспорил вихрастый парень, которого назвали Майлосом, - В ней же ни кожи, ни рожи, даже ухватиться не за что, кто будет столько платить за такое? Да ещё и тащить её в Морию. - Вырастешь - поймешь, - огрызнулся Гирт. - Послушайте, господин Гирт, я хочу предложить Вам обратиться к моим спутникам, они непременно заплатят Вам... Это была чистой воды ложь, никто не заплатит, потому что глупая Мэй сама распрощалась со своими попутчиками, сама освободила Одэна от клятвы, сама ушла! - Я пригляделся к твоим спутникам, козочка, и что-то мне подсказывает, что мне не стоит связываться с этими магами. - Тогда они догонят Вас, догонят и будет много жертв, - попыталась перейти в наступление Мэй. - Много болтаешь, козочка, может догонят, а может и нет. Удача любит смелых! По щекам Мэй потекли слёзы, она отчаянно не хотела верить, что это происходит именно с ней. Ей хотелось бежать куда глаза глядят, но верёвки туго скручивали ей лодыжки и запястья. - Ну-ну, - принялся утешать её Гирт, - мы не изверги какие-нибудь. Скажи мне, как ты предпочитаешь ехать, в той позе, которой ехала до этого или ты будешь паинькой и я привяжу тебя к себе. Мэй, в ужасе, от перспективы снова оказаться вниз головой, сказала дрожащим голосом: - Я буду слушаться Вас. - Ну вот и славно, - объявил Гирт. Девушку посадили позади громилы обвили её руки вокруг его туловища и связали верёвкой, затем и саму Мэй закрепили веревками к телу её мучителя, по всей видимости, для того, чтобы она не свалилась с лошади. Всадники разделились, одни, те, что были нагружены, поехали прямо, когда вторая группа, включавшая знакомых Мэй Майлоса, "неприметного", Гирта и ещё троих, ничем не отличившихся, свернули налево в густую чащу. В дороге Мэй было предостаточно времени, чтобы обдумать случившееся. Духи, какой дурой она себе казалась: дурой, когда бросилась защищать Брайана, очевидно в этом не нуждающегося, дурой, когда решила сбежать от заботливого Одэна, из-за ревности Магды, дурой, когда вообще решила, что именно она должна провести его в святилище, только из-за того, чтобы почувствовать себя нужной ему. Что ей оставалось? Лишь молиться Деве Жизни о чуде, которое, к сожалению доставалось далеко не каждому. Теперь, когда земля была под ногами, а руки можно было хотя бы распрямить, в её тело словно впилась добрая сотня мелких иголок. Мэй застонала и рухнула на землю. Руки и ноги ей снова связали, поэтому встать долго не удавалось. Всадники остановились в узкой скалистой бухточке, прикрытой густыми зарослями деревьев, море сонно оглаживало берег, уже притухший костер, разведённый на берегу, отбрасывал блики на волны. В бухте был пришвартован небольшой корабль, а так же ялик со спущенным парусом. С ялика сошёл довольно молодой брюнет в чёрной расстёгнутой не по погоде рубашке, кожаных штанах и ботфортах, в ухе у него был подвешен бирюзового цвета кристалл. "Настоящий пират!"- подумала Мэй, когда мужчина встал над ней протянув ей руку, сверкнув насмешливыми карими глазами. Потом, сообразив, что она связана, незнакомец поднял её с земли и легко поставил на ноги, как куклу. Когда он оказался рядом настолько, чтобы услышать её шёпот, Мэй пискнула ему на ухо: " Умоляю, спасите! " Мужчина не расслышал или сделал вид, что не расслышал, и как бы, между прочим бросил Гирту: - Солёный, что за юную нимфу ты с собой привёл? - Слышь, как чешет, - хохотнул Майлос, снимавший седло со своей лошади, - какая она тебе нимфа, придурок, ты посмотри на нее, она же вся в веснушках и рыжая. - Если бы существовали соревнования придурков, Майлос, я бы обогатился, поставив на тебя, - не остался в долгу мужчина и добавил, - а мне всегда нравились рыженькие! - Уймись, Крейг, не для тебя рыбка, - отрезал Гирт. - Гирт собирается продать её в бордель в Мории, говорят, что можно выручить половину золотого, - разъяснил словоохотливый Майлос, совсем не обидевшись на тираду Крейга. "Пират" подошёл к Гирту, о чём-то вполголоса с ним беседуя. Мужчины, меж тем, развели огонь жарче, Крейг достал из-под одеял, лежащих на берегу котелок с ухой (видимо, помещённый туда для сохранения тепла), поставил перед костром и присутствующие довольно загудели. Откуда-то появились закопчённые и кривые жестяные кружки и большая бутыль, видимо с чем-то горячительным. Похитители Мэй разлили спиртное по кружкам, выпили и заработали ложками, поглощая уху из одного котелка. Крейг отошёл от общей группы, сел в отдалении, укрывшись всё теми же одеялами, не выпивал и не ел, погружённый, казалось, лишь в созерцание набегающих на берег волн. Ветер с моря усиливался и Мэй, сидящая на большом валуне окончательно закоченела. - Налей и ей, Гирт, - неожиданно заговорил тот самый неприметный мужчина, который так напугал Мэй в лесу. - Да она буйная, когда выпьет, - хохотнул один из похитителей. - Вот заодно полюбуемся насколько она буйная, при других обстоятельствах, - высказался неприметный и подошёл к Мэй с жестяной кружкой отвратительно пахнущей брагой. - Пей, - сунул он ей под нос кружку, - согреешься. Мэй отвернулась. Каждый раз, когда он подносил ей брагу к лицу, она отворачивалась в другую сторону. - Смотри-ка артачится, а обещала быть паинькой, правда Гирт?! - В борделе ей быстро расскажут, что значит быть паинькой!- отозвался последний, язык его слегка заплетался. - Ну какой бордель, мужики, ну кто её такую купит?! - начал "дудеть в свою дуду" Майлос. Вид у Мэй действительно был жалкий: растрепанные вороньим гнездом волосы, порванное местами платье, натёртые веревками руки и впавшие ещё больше обычного щеки, осыпанные потемневшими веснушками. - Готов поспорить, что без одежды она выглядит лучше! - заявил неприметный, хлебнув, в итоге, из предложенной Мэй кружки. - Но...- начал возражать Гирт. - Погоди, Солёный, мы не будем "есть конфеты", мы лишь "вскроем упаковку"! Парни ехали верхом весь день, они заслужили небольшое представление. К нарастающему ужасу Мэй, Гирт согласно кивнул, и у костра радостно заулюлюкали. Неприметный обошёл вокруг Мэй, примиряясь с чего бы начать. Он подошёл ближе и поднял её на ноги одним рывком, затем развязал руки и скомандовал: "Раздевайся!" "Раздевайся, раздее-вай-ся!" - скандировали у костра. Мэй в отчаянии повернулась к Крейгу, но тот, с отсутствующим видом, по-прежнему смотрел на волны. Щёлк, завязки на её накидке были разрезаны, она полетела к ногам. Удовлетворённый мучитель ещё раз обошёл девушку по кругу. - Раздевайся сама, козочка, - пропел он, - иначе от твоей одёжки не останется и лоскутка. - Нет, прошу Вас, - Мэй закрыла лицо руками. Щёлк, щёлк, щёлк, сзади на платье стали отлетать пуговицы. Мэй заплакала, обнимая себя руками, а неприметный продолжил: - Вытяни руки, будь умничкой! Мэй замотала головой, трясясь в беззвучных рыданиях: - Нет! Неприметный ловко вывернул ей руку назад и она громко вскрикнула от боли. - Эй, - вмешался Гирт, - Я же сказал, без членовредительства! Стой смирно, козочка, с тебя не убудет! Неприметный вспорол сначала один рукав, потом второй, с какой-то хирургической точностью. Рукава ненужными лоскутками упали на землю. Затем послышался треск и юбка от платья упала вслед за ними. У костра раздались радостные крики. - Помоги мне, Майлос, - крикнул неприметный и тот с готовностью оказался рядом, - подержи руки. Майлос сжал руки Мэй сзади. Слезы девушки катились по щекам ручьями. Лиф от платья, ни чем больше не сдерживаемый, оказался на камнях. - Я прошу вас, не надо! Щёлк, и нижняя сорочка была разорвана пополам, корсет Мэй не носила, и кожи тут же коснулся обжигающе холодный воздух. - Нечистый, со спины ничего не видно, - возмутился Майлос, поворачивая несчастную Мэй к себе лицом и протягивая ладонь к маленькой обнажённой груди. - Не лапай, говорят, - неприметный толкнул Майлоса на его место и разрезал сорочку сзади. Она стояла перед ними в одних панталонах, пытаясь закрыть израненными руками свою грудь, волосы её развевались на ветру золотыми волнами, а кожа казалась полупрозрачной в свете костра. Искусанные от страха губы, молили о пощаде. Мужчины у костра затихли, во взгляде каждого появился какой-то лихорадочный блеск, они как хищники ждали, пока падёт последняя её защита и Мэй понимала, что это произойдёт очень скоро. - Гирт, не надо, пожалуйста, - плакала Мэй, но в его глазах находила лишь предвкушение, - Майлос, ну пожалейте меня... - Золотой, - вдруг послышался из темноты голос Крейга, взорвал воздух, словно удар хлыста. - Что ты сказал? - не сразу понял Солёный. - Я говорю, что плачу тебе золотой, за то что ты отдаёшь мне эту девушку, - пояснил Крейг медленно приближаясь. - Даёт! - восхищенно присвистнул Майлос, а Крейг продолжил. - После продажи моего товара ты мне должен половину золотого, плюс плату за то, что я привёл и сторожил ваш корабль, плюс моя лошадь. Ты забираешь всё, Гирт, а мне отдаешь девушку сейчас. - А что, если не отдам?! - прищурился Солёный. - Ну сам суди, тебе придётся купить ей новое платье, кормить в дороге, заплатить таможне, чтобы вывезти её из страны или пробираться тайно, что тоже чревато последствиями. Что ты выгадаешь? - Ладно, - согласно кивнул Гирт, почесав лысину, - Твоя правда! -Эй, ну вы чего? А как же раздеть её до конца!? - принялся возмущаться Майлос, но Крейг ответил: - Вот это я уже сделаю сам! Он укрыл Мэй одеялом, развязал ноги и легонько подтолкнул по направлению к ялику. Та,слабо осознавая, что сейчас её спасли от к