идит тут всё это время. Зрелище, надо сказать, было препотешное. Однако существовал нюанс: нужно было четко высчитать время между появлением Роны и мамы, потому что привлечение к поискам последней, всегда заканчивалась для Мэй наказанием. Так бы оно и продолжалось, если бы не садовник, который выдал убежище Мэй, с тех пор чердак закрыли, а сама Мэй месяц полола сорняки в саду. Оказавшись на крыше вместе с Крейгом, она вспомнила свои детские проказы и улыбнулась. Тот, проследив за её реакцией, деланно удивился: - Что, не будет криков: "помогите, здесь так высоко"?! - Почему же, - не осталась в долгу Мэй, - Если ты свалишься, крики безусловно будут. Крыша была общей для нескольких трёхэтажных домов, граничащих стеной к стене. Большинство строений в этом квартале были такими же. Квартал оказался торговым, располагался в некотором отдалении от центра города, но и до доков с трущобами было далеко. Здесь находились кондитерские и булочные, сыро- и пивоварни. Торговый люд коптил колбаски и рыбу, мариновал овощи и выпекал хлеб. Какофония запахов заставляла рот Мэй поминутно наполняться слюной, ведь с самого утра, кроме сухарей, вяленого мяса и цукатов, она ничего не ела. Увлечённая украшением свечей, она не замечала голода, но теперь тянущее ощущение в желудке настойчиво давало о себе знать. - Ох, надеюсь, что нам ещё недолго идти?! - вздохнула Мэй, осторожно пробираясь по металлической поверхности, обходя дымовые трубы и вентиляционные вытяжки. - Да мы уже... - начал было Крейг, но нога его внезапно соскользнула и он стремительно начал скатываться вниз. Сердце Мэй оборвалось, она бросилась к нему через конёк и застала жуткую картину. Крейг повис на руках, зацепившись за закруглённый край крыши и опасно раскачивался, под ним чернела мокрая от растаявшего снега мостовая. Лицо у мужчины было напряжённым и сосредоточенным, пальцы побелели, видно, было, как тяжело ему держать свой вес. - Духи, Крейг, держись, я позову кого-нибудь на помощь, - крикнула Мэй, но сама осознала, что вряд ли он продержится так долго. Удержать взрослого мужчину с её телосложением, да ещё и стоя на скате, ей было тоже не по силам и тогда Мэй вспомнила про кушак- старомодный длинный пояс из парусины, которым подпоясывались рыбаки. Опасаясь, что чужие штаны свалятся с неё, утром Мэй обмоталась этим странным предметом одежды, досадуя, что каждый раз, когда потребуется отойти в уборную, ей придётся перевязывать его заново. Сейчас, рискуя снова остаться без части туалета, она принялась лихорадочно развязывать пояс, молясь Деве, чтобы его длинны хватило. Она сделала на концах две скользящие петли, потом обернула кушак вокруг вытяжной трубы, один конец бросила Крейгу, второй, накинула на свою руку, затянув и обмотав пояс несколько раз вокруг кисти для надёжности. - Надень петлю на руку и постарайся подтянуться, - прокричала она Крейгу и всеми силами упёрлась в ногами в скат. "Лишь бы кушак выдержал!" Мэй зажмурилась, когда почувствовала, как Крейг начал подтягиваться на своём конце пояса, всеми силами попыталась сделать шаг назад. Штаны, ожидаемо упали, обнажив бедра девушки в обтягивающих панталонах, но Мэй не обратила на это никакого внимания, твердя про себя, как заклинание: "Давай, Крейг, держись!" Неожиданно давление исчезло, Мэй испуганно открыла глаза, ожидая, что Крейг свалился-таки вниз и она следующей, под собственным весом соскользнёт к краю, но с удивлением обнаружила, что Питерс стоит в полушаге, намотав на руку кушак и насмешливо смотрит на неё. - Я, конечно, ждал, что ты попробуешь привлечь чьё-нибудь внимание, чтобы вытащить меня, но не таким...хм..необычным способом, - ухмыльнулся он. Мэй всполошилась, попробовала натянуть застрявшие на щиколотках штаны, но неосторожно выпустила пояс и заскользила вниз. Крейг среагировал моментально, подхватив её и крепко прижав к себе. - Всё-таки ты не очень умная, Мэй Лотнер! Мэй стало обидно, мало того, что он напугал её до полусмерти, так ещё и насмехается, вместо того, чтобы поблагодарить за спасение. Мэй зло вырвала у него пояс, повыше подтянула штаны и принялась зубами развязывать узлы на кушаке, бросая недовольные взгляды на Крейга. Его, казалось, это только забавляло: -Я это к тому, - наконец пояснил Питерс, - Что ты могла вовсе не спасать меня, а сбежать к своему магу, пока я пытаюсь уберечь свою голову от встречи с мостовой. Мэй от удивления снова уронила кушак, досадливо вздохнув, Крейг подхватил его, с какой-то невероятной скоростью развязал узлы, подошёл в плотную к Мэй и с деловитой сноровкой хорошей горничной несколько раз обмотал кушак вокруг её талии, так быстро,что девушка даже пискнуть не успела. - Пойдём скорее домой, Гаспар наверное уже волнуется, - примирительно произнёс он. - Извини меня, Крейг, - вдруг произнесла Мэй, и в тоне её послышалось столько достоинства, что он недоуменно замер, - Но я не собираюсь решать свои проблемы за счёт страданий других, каким бы глупым это тебе не показалось. Во взгляде мужчины появилось какое-то странное нечитаемое выражение, он уже без улыбки произнёс: - Прости меня, Мэй. Девушка кивнула и направилась вдоль конька, гордо распрямив плечи и не оборачиваясь. - Мэй,- снова позвал Питерс, - Я забыл предупредить... Девушка остановилась и обернулась, всё ещё избегая смотреть ему в лицо. - Помнишь, я рассказывал, что моя мать погибла при пожаре? Девушка кивнула. - Гаспар, он... тоже там был и сильно пострадал. Он не выходит на улицу, потому что люди смотрят на него, как на диковинку. Я был бы тебе очень признателен, если бы ты не подала виду, что замечаешь это. - Ты мог бы об этом не просить, - отозвалась Мэй. И на лице Крейга снова промелькнуло это странное выражение. В торце дома под слуховым окном располагался решетчатый балкон, на стене рядом был зафиксирован крюк для подъема грузов, видимо и устройство и балкон ранее использовали для разгрузки и подъема сырья. Напротив, через узкий проулок, на отдалении не более двух метров располагался точно такой же балкон с таким же устройством и окном. Само же соседнее здание отличалось от остальных. Окна были наглухо закрыты ставнями с потрескавшейся краской, штукатурка на фасаде местами облупилась, не критично, но было заметно, что за строением не следят. Ловко спрыгнув на балкон и проследив, что Мэй благополучно спустилась, Крейг внезапно заливисто свистнул. - Эй, на корабле! Живо спускайте трап, капитан явился домой голодный! В окошке напротив появилась голова темноволосого мальчишки, тот махнул рукой Крейгу и закричал в ответ: -Где нечистый носил Вас всю ночь и весь день, капитан?! Затем из окошка выдвинулся узкий мосток, сколоченный из двух досок с поперечинами, один его край лёг на ограждение балкона на стороне Мэй и Крейга, второй фиксировался на подоконнике напротив. Крейг в два счета преодолел трап, будто шёл по широкой мостовой и протянул руку Мэй. Не давая больше поводов считать себя глупой и беспомощной, Мэй демонстративно не приняла его руку и с осторожностью гимнастки, продвигающейся по канату в цирке, прошествовала следом. - А парень не из пугливых! - восхищённо проговорил Гаспар. - Ты ещё больше удивишься, брат, - ответил Крейг с ухмылкой, - Когда узнаешь, что у нас в гостях дама. Мэй протиснулась в окошко и оказалась внутри чердачного помещения, на потолке тускло горел магический светильник и в его свете Мэй разглядела, наконец, младшего брата Крейга. Тот был высоким для своего возраста и очень походил на Питерса старшего, тёмные непослушные волосы, слегка раскосые смешливые карие глаза, губы, которые и в самый серьёзный момент, казалось сохраняли загадочную полуулыбку, его можно было назвать красивым, если бы не страшный ожог, исковеркавший половину лица. Вдова Мэйсон, у которой служила Мэй была увлечена различными видами гадания. Например, ночь Зимостоя она клала под подушку заговорённое зеркало и потом рассказывала, как видела во сне респектабельного седовласого мужчину, которого прочила себе в мужья. В прошлом году она собирала девушек в кухне гостевого дома и все они по очереди выливали расплавленный воск в миску с холодной водой. Выходило что-то непонятное, нагромождение разводов и неровностей, в которых вдова пыталась разглядеть признаки будущего. Когда Мэй вытащила из воды свою фигурку, миссис Мэйсон тут же опознала в ней дракона. Правда девушке показалось, что с тем же успехом это могла быть курица, собака или навозная куча. Теперь, глядя в лицо юного Гаспара, Мэй видела, что кожа его, словно воск, расплавилась, а потом застыла в беспорядочном узоре, навсегда стерев привлекательные черты с левой половины лица. - Привет, Гаспар, я - Мэй, Крейг про тебя много рассказывал! Боюсь это из-за меня он задержался сегодня. Твой брат спас мне жизнь, - с этими словами Мэй сняла с себя нелепый рыбацкий колпак, под которым прятала волосы и протянула мальчику руку. Тот недоверчиво уставился на её ладонь. - Привет, Мэй, - наконец произнёс он, покраснев и пожал руку, на кистях мальчика Мэй тоже заметила следы ожогов. - Хммм, - перевал неловкий момент, Крейг, я чувствую какой-то убийственно соблазнительный запах, - Ты разжигал печь, Гаспар? - Ну а что, я по-твоему должен был мёрзнуть и голодать почти двое суток? - возмутился Питерс младший, видно было, что его тяготит чрезмерный контроль брата. - Я лишь говорю, что голоден, как волк, - Крейг пошёл на попятную, - Так что у нас на ужин? - Жареная курица с чесноком и запечённы