- Давно тебя не было видно обожжёная крыса, прятался в своей помойке?!
Мэй решила убираться поскорее, подобру-поздорову, сделала несколько шагов к улице. "Обожёная? Гаспар?!"
Мэй развернулась и направилась к подросткам, на ходу воскликнув:
"Он со мной!"
Парни удивлённо и раздражённо уставились на неё, тот, что был выше, держал Гаспара за ворот рубахи, как кутёнка.
Мэй, совсем забыла, что выглядит сейчас не как солидная двадцатилетняя экономка, а как обычный субтильный подросток и тут же перешла в нападение:
- Быстро убрали от него свои лапы, поганцы! Не то сейчас я позову городового!
- Кого ты позовешь? - насмешливо протянул один из парней, - Он тебя и сцапает, шпана!
- Ваше тугодумие, господа, весьма простительно Вам по возрасту, но вот Ваша бесчеловечность - нет, поэтому я буду добиваться справедливого наказания! - провозгласила Мэй, - Немедленно отпустите Гаспара!
Ошарашенные необычной речью подозрительного мальчишки, парни замерли в странных позах, не то собираясь ретироваться, не то нападать.
Гаспара, впрочем, они так и не отпустили. Тогда Мэй ринулась на обидчиков, резко отцепив руку, держащую Гаспара.
Хлоп, и перед глазами Мэй заплясали яркие искры, она упала на тротуар, потирая ушибленную скулу.
- Ах, ты урооод! - заорал взбешённый Гаспар, который до этого даже не пробовал обороняться и резко ударил обидчика Мэй в область паха.
Тот произнёс сиплое: "Ой!" и осёл на брусчатку, густо покраснев.
Второй тут же размахнулся, чтобы ударить мальчика, но уже поднявшаяся Мэй прыгнула ему на спину, вцепившись зубами в ухо. Детина заголосил и с размаху упал назад, уронив Мэй на камни. Девушка почувствовала, что не может вдохнуть…
Гаспар в это время, со всей силы пнул укушенного в живот.
Казалось бы, победа была близка, только парень с ушибленным пахом, начал приходить в себя. Он резко поднялся и попытался схватить Гаспара.
Девушка ясно осознала, что их сил не хватит, чтобы отбиться. Докричаться до улицы, она, вероятно, не сможет.
Пальцы Мэй нащупали камень на дороге, она замахнулась.
"Попробуй только, швырни", - поднимаясь с земли и наступая на неё, прорычал один из подростков.
И Мэй изо всех сил бросила камень, только не в детину, а в ближайшее окно. Стекло с громким хлопком разлетелось на мелкие осколки. Одновременно с этим, Мэй стянула с себя колпак и тоненько завизжала: "Помогите! На нас с братом напали! Они грабят нас!"
Неизвестно, что повергло обидчиков в бегство: чужое разбитое стекло, паренёк, внезапно преобразившийся в желтоволосую девушку или внимание со стороны горожан, которые стали выглядывать из окон и всматриваться в происходящее в переулке. Но маленькие садисты тут же ретировались, извергая проклятья.
Мэй села на брусчатку, тяжело дыша, скула её пульсировала от боли. Гаспар, стоял, согнувшись и уперевшись в колени, тоже восстанавливая дыхание.
- Ты как? - спросила его Мэй, он слабо улыбнулся в ответ.
В переулок уже спешил какой-то полный господин в рубашке и жилетке с красным лицом, за ним следовал городовой. Мэй поднялась на ноги и закрыла Гаспара спиной.
- Вы мой спаситель, - протянув руки к "хозяину окна", восторженно запричитала она, - Двое парней напали на меня и моего брата, хотели отнять у нас деньги. Мы приплыли сегодня утром к нашей тетушке. Вещи оставили в порту. Хотели найти магазины с готовым платьем, не являться же к родственнице оборванцами. Заблудились в городе, а двое парней напали на нас!
Городовой и краснолицый с сомнением посмотрели на девушку в рыбацком костюме. Но та не дала ни слова вставить:
- Я так Вам признательна, что Вы услышали мой зов. Я не могу представить, что бы было с моей честью, если бы не Вы, господин! - Мэй утёрла рукавом невидимую слезу, - Разумеется, я готова компенсировать Вам издержки по восстановлению остекления. Серебряной монеты хватит?
Мэй знала, что денег хватит остекление нескольких окон, как и то, что хозяин не упустит возможности получить их.
- Вам не следовало всё же заходить в такие безлюдные переулки, мисс.... - всё-таки не удержался от комментария краснолицый, благосклонно принимая серебряную монету.
- Эмили, - ответила Мэй, - Зовите меня Эмили. А это мой младший брат Гаспар, мы сироты.
И Мэй снова принялась утирать несуществующие слёзы.
- Вы хотите заявить о нападении, мисс Эмили? - вступил в разговор городовой.
- О нет, в конце концов, они не успели ничего украсть, только напугали. Дева Жизни учит нас любви и милосердию, я прощаю их от всего сердца.