Да, маг действительно выкладывался по полной, так что никто не замечал потёртые костюмы или скромные декорации. Затаив дыхание зрители, наблюдали за созданными волшебными иллюзиями.
На сцену вышел высокий темноволосый мужчина в костюме рыцаря, представившись девушкам и публике Хейлом. Снова зазвучала музыка, рыцарь кружил поочерёдно то с одной "сестрой", то со второй, явно предпочитая даму в белой маске. Наконец, они остановились, и вокруг влюблённой пары возникла свадебная цветочная арка. Рыцарь протянул руку, и вытащил из замысловатой причёски Девы Жизни цветок.
Дева Смерти горько заплакала, она пела о своём разбитом сердце и отчаянно металась по сцене, пока влюблённые целовались, а затем кто-то из-за сцены передал Светлой Деве в руки куклу-младенца, завёрнутого в одеяла.
Молодая мать стала уделять внимание малышу, играя и укачивая его, а Тёмная Дева, пользуясь этим, стала нашептывать Хейлу о том, что он может стать не только мужем и отцом, но и Императором!
"Дай клятву, что в смерти ты будешь моим, коль будешь ты править мирами!"- запела Дева Смерти и над рыцарем возникла украшенная сотнями бриллиантов императорская корона. Толпа загудела, заохала.
Глупый рыцарь поддался амбициям, произнёс страшные слова клятвы и тут же рухнул замертво. Теперь, уже Дева Жизни, прижимая к груди своё дитя, в отчаянии металась по сцене.
Внезапно помостки заволокло густым туманом.
"Прошло тысячу лет!"- раздался откуда-то голос зазывалы в бархатном костюме.
Белесая дымка начала рассеиваться и на сцене проявилась фигура мужчины, над ним развевался огненный стяг. - Ноарское пламя.
" Одэн?!" - сердце Мэй рухнуло вниз, а кровь наоборот ударила в голову. Она порадовалась, что лицо её скрывала маска.
Актёр, игравший герцога Тайрина (нет, конечно, это не был настоящий Одэн), пел о своём одиночестве, о времени проведённом в боях, о подвигах, которые прославили его имя. Вокруг него кружились всё те же девушки в масках, изображавшие Богинь. Они что-то нашёптывали Одэну, но тот, казалось, не слышал их.
Наконец, Богини вывели на сцену своих фавориток, худенькую и болезненную девочку, по имени Франсин и полногрудую красавицу Леонору. Дева Смерти пообещала Одэну вечную славу и власть, если тот женится на Леоноре, Дева Жизни предрекла ему рождение сына, воплощение того самого рыцаря Хейла, владеющего всеми стихийными магиями.
Одэн взял за руки обеих девушек и внутри Мэй всколыхнулась такая волна неприязни к обеим, что только руки Крейга удерживали её от того, чтобы немедленно убежать прочь с этой нечистой площади...
"Выбирай Леонору!"- голосили из толпы, в основном мужские голоса.
"Выбирай Франсин!"- кричали в ответ женщины.
Мэй была решительно настроена против обеих. Впрочем, финал истории, к разочарованию публики, остался открытым. Одэна, державшего за руки девушек снова заволокло дымом, а музыканты во второй раз заиграл песню о Девах.
Мэй медленно выдохнула, ей показалось, что она и вовсе не дышала последние несколько минут. Зрители аплодировали.
-Вот накрутили!!! - удивлённо присвистнул Крейг, когда толпа начала расходиться.
- Кто такая Леонора?! - неожиданно для себя выпалила Мэй, резко разворачиваясь всем телом и заставляя мужчину отступить.
Питерс лишь пожал плечами.
- Так это невеста его, за которую его папаша Вейнон сосватал. Южанка вроде, - с важным видом пояснила стоявшая рядом благообразная старушка, которую до этого момента Мэй и не замечала.
- Да какая южанка! - возмутилась вдруг полная женщина средних лет в чепце и тёплой шали, - Южанка померла даже раньше, чем его отец. Леонора - флорийка, так же как и его мать, да упокоят духи её душу!
Завязался жаркий спор, в котором каждая сторона приводила новые, неожиданные аргументы привлекая на свою сторону всё новых свидетелей и не обращая уже никакого внимания на Мэй. Крейг же подхватил девушку под руку и начал вновь пробираться сквозь толпу к выходу.
В это время удивительная карета под лиловым стягом с прекрасной возницей на облучке, сопровождаемая огнями фейерверков, пересекала переполненную площадь. Из ее окон высовывались ярко раскрашенные девушки, некоторые даже с обнаженной грудью и зазывно махали прохожим. Крейг быстро прикрыл глаза Мэй ладонью и удерживал ее, пока экипаж не скрылся из виду. У расстроенной девушки не было сил сопротивляться, да и не было желания смотреть разглядывать полуголых женщин, имеющих отношение (как справедливо предположила Мэй) к определенной сфере развлечений.
Воодушевлённый и раскрасневшийся Гаспар встретил их в начале улицы, по которой они пришли.
- Мускулистый победил! - радостно сообщил он, хотя видно было, что поделиться он хочет другим.