Минуту или даже больше в помещении стояла тишина. Мэй застенчиво улыбалась братьям, Роза и Адель, с видом победительниц, наблюдали за реакцией мужчин. Гаспар совсем по-мальчишески прикрыл ладонью рот, будто опасаясь, что не сдержится и выскажет что-то не подходящее ко случаю. Крейг превратился в изваяние, только желваки нервно ходили на скулах и в глазах плясал огонь, он лихорадочно, до побелевших костяшек вцепился в маску. - У тебя снюнка капает, брат, - не выдержал таки Гаспар, и всё пришло в движение.
Крейг отвесил младшему шуточный подзатыльник, Адель метнулась за занавес и принесла короткую утеплённую курточку с «у»- образным вырезом, которая позволяла разглядеть кружевную блузу. Роза смахнула с плеча Мэй невидимую пылинку. А Мэй, во предки всем правилам, схватила её за руки и горячо поблагодарила. Прощались, как давние знакомые, с какой-то лёгкой, но светлой печалью. На улице Крей предложил Мэй руку и они торжественно направились в центр города.
На площади, освещённой парящими магическими огнями играл оркестр, посередине была устроена арка из украшенных гирляндами еловых веток. Два огромных круга танцующих пар, кружились, пересекаясь в центре. Медленно обойдя круг, они либо шли на второй, либо расставались в центре и меняли партнёра, снова начиная движение по кругу.
Если же партнёр приходился по нраву, держась за руки мужчина и девушка проскакивали через еловую арку, под свист и ободряющие возгласы толпы, танцуя уже по периметру площади. У Мэй почему-то быстро забилось сердце, она неуверенно замерла в первых рядах наблюдающих, лихорадочно поправляя маску, но Гаспар, не давая передумать, ловко схватил её за талию, увлекая в круг танцующих. Мальчик оказался на удивление ловким танцором и Мэй даже не приходилось следить за движениями, чтобы случайно не оттоптать друг другу ноги. Голова закружилась, но не от слабости, как утром, а от удовольствия. - Я рад, что познакомился с тобой, Мэй, - стараясь перекричать музыку воскликнул Гаспар, - Ты хорошая девчонка, иногда упрямая, но с тобой весело и на тебя можно положиться. - Я тоже рада, Гаспар, уверена, что как только другие хорошие девчонки узнают о твоём золотом сердце, Крейгу придётся оборонять тебя он них! – улыбаясь ответила Мэй. Гаспар поморщился, видимо, представляя, как на него несётся толпа восхищённых девчонок, а потом спросил: - Ты планировала когда-нибудь вернуться в Лаундер? Мэй пожала плечами: - Возможно, я буду здесь жить, кто знает? - Это вряд ли, - Гаспар криво усмехнулся и стал совершенной копией брата, потом он замедлил движение, приостанавливаясь в круге. - Спасибо за танец, Мэй, я буду скучать, - мальчик внезапно поднёс её руку к своим губам и поцеловал. Не успела девушка произнести и слова, как её подхватили другие руки, сильные, надёжные, заботливые. Это был Крейг. Танцевал он так же великолепно, как и младший Питерс, кристалл в ухе мерно покачивался в такт мелодии. Он широко улыбался своей чудесной белоснежной улыбкой. Красивый и насмешливый, как всегда. "Как было бы просто, если бы она влюбилась в Крейга," - подумала Мэй,- "Просто и даже романтично!"
Она легко могла представить себе, как она ждёт его из плавания, как они покупают небольшой домик на берегу, чтобы растить Гаспара и ещё пару красивых темноглазых малышей. Но эта мысль не уносила её к звёздам, не заставляла замирать от предвкушения. Не его имя выводило глухими ударами её сердце. Как жаль! - Ты прекрасна, Мэй, - сказал Крейг ей в самое ухо, он не пытался, подобно Гаспару перекричать музыку, он просто придвинулся ближе. - Роза и Адель настоящие волшебницы! - начала было Мэй, но мужчина покачал головой, став неожиданно серьёзным. - Всегда… ты прекрасна всегда, - произнёс он, - С синяком под глазом, намокшая в ледяной воде, заплаканная и сонная, радостная и смешная. Ты почему-то не хочешь в это поверить. Мэй действительно было трудно в это поверить. Она всего лишь скромная Мэй, экономка в доме вдовы Мэйсон, не одаренная, некрасивая и нелюбимая дочь. - Ты даже не представляешь, какой силой обладаешь, скажи ты сейчас хоть слово, я бы схватил тебя в охапку, увёз бы на какой-нибудь остров и всю жизнь кормил бы твоими адскими фруктами. Мэй прыснула, вспомнив про тхури, но тут же спрятала улыбку, понимая, что он серьёзен. - Я не принуждаю тебя ни к чему, не беспокойся, - пояснил мужчина, - Я говорю, чтобы ты запомнила – ты настоящее чудо! - Спасибо тебе, Крейг, - искренне отозвалась девушка, - За всё, за то, что спасал и баловал, за наряд, за чердак, за слова... Их шаг замедлился. Крейг посмотрел ей прямо в глаза с каким-то тоскливым выражением. Совсем как Гаспар, недавно, он поцеловал ей руку и произнёс: - Мне кажется, я впервые в жизни продал за пятьдесят золотых что-то несоизмеримо более ценное. Прощай, Мэй, будь счастлива! Он выскочил из круга, как будто за ним гнались. Мэй обеспокоенно заозиралась, не понимая, что это всё могло значить. А перед ней уже появился новый партнёр, галантно протягивая ей руку ладонью вверх. Что-то до боли знакомое было в этом жесте... Сердце девушки рухнуло вниз, ноги подкосились, она наверняка бы упала, если бы стоящий напротив мужчина не подхватил её легко, как пёрышко и не закружил в танце. Казалось, что, но она не касалась земли, ощущая его тепло, его руки, прижимавшие к себе намертво, его запах, окутавший её вязким пленительным коконом. Весь он был рядом, еще красивее, чем она помнила, в расстёгнутой белой рубашке и золотистой полумаске, приоткрывающей совершенные губы, которые улыбались ей. Одэн! Это был Одэн!